Муки англофила

Как американский президент одолел в споре английского лексикографа

Когда я лет десять назад впервые понял, что выражение "доверяй, но проверяй" это никакая не народная мудрость, а бюрократический штамп, прославленный в наших палестинах американским президентом Рональдом Рейганом, мне стало обидно. В английский язык эта нехитрая формула пришла, скорей всего, от еще более, когда надо, лаконичных римлян (fide sed vide). Но мне-то всегда был ближе совет великого лексикографа Сэмюэля Джонсона, что, мол, лучше быть иной раз обманутым, чем не испытывать доверия к людям.

Этим летом заочный спор Рональда Рейгана и Сэмюэля Джонсона возобновился для меня с новой силой.

Душной июльской ночью я шарил взглядом по книжным полкам микроскопической библиотеки на приморской даче, где проводил отпуск. Всем известны такие библиотеки: они составлены из книг, забытых или нарочно брошенных кем-то из прежних постояльцев. Книжки попадались в основном на английском, и я уже был готов взяться за Иэна Макьюэна или Донну Леон, как вдруг на меня выпали "Окаянные дни" И.А.Бунина. В свежем и даже, кажется, первом и единственном переводе, выполненном в 1998 году известным в Великобритании специалистом по Бунину профессором Марулло. Оригинал, опубликованный за границей в 1935 году, а в России – с опозданием на советскую власть, в 1990-м, я впервые прочитал в конце прошлого столетия. Цикады проверещали, мол, сама судьба дарит тебе возможность соединить приятное с полезным. Сначала мне все очень нравилось. Но некоторые места показались подозрительными. Не помнил я ничего подобного у Бунина. Приведу только один пример (в обратном переводе на русский, с.188):

"Вот они, красные офицеры: двадцатилетний мальчишка. Голое и бритое лицо, впалые щеки, темные и расширенные зрачки. Вместо губ у него отвратительная щель, как у сфинкса. Почти все зубы у него – золотые. К его куриному телу льнет гимназистка (в оригинале a high school girl), нацепившая офицерскую портупею. У нее тонкие, как у скелета, ноги, но на них надеты отвратительно пузырящиеся бриджи для верховой езды. Она носит сверхдорогие моднейшие туфли. Абсурдно громадный пистолет висит на ее бедре".

Русский текст я, признаться, помнил плохо, к тому же интернета на даче не было, и мне пришлось переписать в тетрадку несколько пассажей, которые делали бунинские зарисовки не просто зловещими, но прямо фантасмагорическими. Неужели, гадаю, Бунин, начитавшись Булгакова, переписал свой дневник? Рональд Рейган ненадолго взял верх над Сэмюэлем Джонсоном, а просто Бунин – над Буниным-Марулло. Итак, оригинал:

"Красное офицерство: мальчишка лет двадцати, лицо все голое, бритое, щеки впалые, зрачки темные и расширенные; не губы, а какой-то мерзкий сфинктер; почти сплошь золотые зубы; на цыплячьем теле - гимнастерка с офицерскими походными ремнями через плечи, на тонких, как у скелета, ногах -- развратнейшие пузыри-галифе и щегольские, тысячные сапоги, на костреце - смехотворно громадный браунинг".

Мы с Сэмюэлем Джонсоном сразу начали искать оправдания для Бунина-Марулло. Во-первых, говорили мы, слова сфинкс и сфинктер, не говоря уже о гимназистке и гимнастерке, очень похожи и даже родственны.

Рейган возражал: доверяй, но проверяй!

Во-вторых, говорим мы с Джонсоном, гораздо легче переводить произведение с сюжетом, например, детектив, где переводчик просто вынужден исправлять ошибки по мере раскручивания действия. А тут – разрозненные дневниковые записи, скрепленные только датами и апокалиптическим ужасом гражданской войны...

Рейган заладил: доверяй, но проверяй.

Сэмюэль Джонсон, воспользовавшись непомерной жарой, примирительно заметил, что на ошибках, ложных этимологиях и тому подобных просчетах ума стоит вообще вся мировая литература. В том и преимущество вашего времени, продолжал он, что критику перевода, бесплатную редактуру, можно теперь собирать, не отходя от пишущей машинки. "Не для того ли и придуманы эти ваши интернеты, чтобы можно было до переноса текста на бумагу устранить сомнения?" – признал-таки Джонсон поражение в споре с Рейганом.

На Западе существует долгая непрерывная история бесцензурного изучения СССР. И знают и понимают старую и новую Россию в Великобритании хорошо, во всяком случае, получше, чем в самой нынешней РФ, обиженном на весь свет осколке империи. Иначе бы так не льнули к Альбиону самые хитроумные из наших соотечественников. Но и на старуху бывает проруха. Труд переводчика тяжел и неблагодарен. Но виноват в конечном счете не он, а непомерно экономный издатель, забывший завет президента Рейгана. Редактор, граждане, никогда не помешает.

Другие материалы рубрики
Дмитрий Захарченко

«Может быть, их просто подкинули»

Полковник Захарченко — о миллиардах, кознях спецслужб и одиночестве арестанта