Твое тело

Про неприличное

Черное кружевное боди. Серебристые трусики с кружевами; серебристый бюстгальтер; серебристый же крестик у пупочка. Вызывающе белый верх - лифчик и рубашка нараспашку; таинственно темный низ - черные трусы, ажурный корсет, подвязки для чулок. Самих чулок нет, что открывает вид на ноги.

Черный приталенный пиджак со светлой подкладкой; черные же, второй кожей сидящие бюстгальтер и трусы; загорелые ноги, бесстыдно покрасневшие коленные чашечки. Изумрудная ткань, прикрывшая грудь; черные кружева с изумрудными вставками - снизу. Боком, без лифчика, чуть стыдливо прикрывшись, изогнувшись в корректирующих трусах - полупрозрачных шортиках - мило.

Уста цвета фуксии шепчут номер телефона и “хочу поздравить лично”. Розово-перламутровые губы вторят - “я вас люблю”, пальцы с кроваво-красным маникюром охватывают беззащитные плечи; розовый рот произносит - “вы - лучший”, ногти окрашены в бескомпромиссный черный. Прежде чем ответить “спасибо, девочки”, я перевожу взгляд с черных ногтей на черную надпись “Владимир Владимирович”. Изобразите что-нибудь эротическое с крутым обломом в конце, сказал режиссер.

Я не Владимир Владимирович. Я один из тех, кто зашел в ЖЖ пресс-секретаря “Наших” Кристины Потупчик и увидел поздравление студенток журфака МГУ премьеру на день рождения. Красивый календарь, красивые девушки. Говорят, поступит в магазины умопомрачительным тиражом, чтобы каждый, побывавший Джоном Малковичем, ощутил себя Владимиром Владимировичем.

Разденься!
Пусть они удивятся,
Пусть делают вид, что не видят тебя.
Но им ни за что не забыть,
Их мысли заполнит твое тело.

Вышел скандал. Судя по многочисленным отзывам, тело действительно заполнило мысли многих. В администрации журфака меланхолично заявили, что наказания студентки не понесут, добавив, что те зря прикрылись брендом, который им лично не принадлежит.

На форумах и в блогах тем временем причмокивали и цокали языком, листая картинки. Острили про доказательство полной совместимости первой и второй профессий: между первой и второй перерывчик небольшой. В массовом рунетовском сознании журналистки заняли первую строчку рейтинга легальной эротики, с легкостью подвинув фигуристок, балет и женские команды по синхронному плаванию. Как поет группа “ВиаГра”:

Мое юное тело полстраны захотело,
Боже, как это все мне надоело.

На деле, конечно же, не в теле дело, к нему, юному, прекрасному, затянутому в дорогую ткань, никаких претензий не только нет, но и быть не может. Милые девушки уже десятки лет снимаются для поздравительных календарей в самых разных видах и позах. В мужских журналах они вообще поздравляют аудиторию издания с началом нового месяца.

Проблема в том, что в любви к премьеру признались не фотомодели и не кто-то еще, а журналисты, задача которых - быть беспристрастными. Журналист, который публично признается в любви к ньюсмейкеру - это, перефразируя “ДМБ”, не журналист, а млекопитающее.

Основная функция СМИ ведь не массовое информирование, а обеспечение выборного процесса. Журналисты на летучках, редколлегиях, за столом, в поле, в пуле и под пулями - гаранты того, что граждане, которые их читают, слушают и смотрят, к выборам смогут объективно оценить свою власть. В некотором смысле журналист должен держать власть за горло, однако вместо этого в России власть часто держит журналиста за яйца. Поэтому подобное поздравление - лучший способ скомпрометировать профессию.

Я сходу вспомнил только две профессии, кроме журналистской, которым слова “Владимир Владимирович, вы - мой премьер” или “Мы вас любим” или “Всем бы такого мужчину” или “Как насчет третьего раза?” - противопоказаны. Это судьи и учителя. У них общественная функция такая - не стелиться под власть. Но вернемся к журналисткам.

Ситуация, надо сказать, сложилась постыдная, но более-менее исправимая. Так как журналист должен представлять самые разные точки зрения, компенсируя неровности информационного ландшафта, студентки третьего курса журфака МГУ выступили такими компенсаторами, как и положено, задав премьеру несколько неудобных вопросов. Не раздеваясь. Потому что в нормальной стране журналисту не нужно раздеваться, чтобы получить ответы. И потому что в нормальной стране всерьез никто эту песню не поет:

Я видела его вчера в новостях,
Он говорил о том, что мир на распутье.
С таким, как он, легко и дома, и в гостях,
И я хочу теперь такого, как Путин.

Другие материалы рубрики