Кофе в ожидании

Михаил Визель о "подвешенном кофе"

В последнее время вокруг меня все только и говорят, что о "подвешенном кофе". Если кто еще вдруг не слышал, речь идет о сердобольной традиции, возникшей в Неаполе в нищие послевоенные годы: заказывая в баре кофе, оплачивать два - для себя "и для того парня". Причем под "тем парнем" понимался любой бедолага, который мог в течение дня зайти в заведение и угоститься за счет своего более благополучного земляка.

Нынешние призывы перенести эту чисто итальянскую, более того - южно-итальянскую традицию на подмороженную московскую почву вызывают у меня недоумение. Потому что, боюсь, призывы эти свидетельствуют о полном непонимании того, о чем, собственно, идет речь.

Все мы знаем: для итальянцев кофе - национальный напиток. Но не всем известно, что итальянцы сами признают: кофе у них чем южнее, тем лучше. И в Неаполе его качество достигает едва ли не апогея, чем неаполитанцы заслуженно гордятся. И "подвешивают" именно его, а не, скажем, сандвич-трамедзино, чтобы подчеркнуть: именно кофе - важнейший элемент неаполитанского образа жизни. А теперь скажите, положа руку на сердце: можно ли гордиться московским кофе? Хоть он и стоит в два-три раза дороже.

Так же отличается и то, как итальянцы пьют этот свой лучший в мире кофе. Забегают, опрокидывают чашечку у барной стойки и бегут дальше. Самое большее - перекинувшись с соседом парой слов о погоде. Согласитесь, в этом свете акция "угости неимущего" начинает выглядеть несколько по-другому. Никто не подразумевает, чтобы этот самый неимущий рассиживался часами за соседним столиком с "кофе и сигаретой", как обожают делать посетители московских кофеен, испорченные "старбаксами" с их картонными ведерками "кофе американо" (который итальянец в рот не возьмет).

Не говоря уж про то, что с честью несущие свою бедность неаполитанские бедняки в залатанных костюмах послевоенных лет - это совсем не обитатели московского дна. Трогательные неореалистические фильмы Росселини или де Сики сейчас знают далеко не все, но все читали "Золотого теленка" и помнят старика Фунта, который вынужден ходить в праздничных брюках, потому что повседневные совсем истрепались. Неаполь - такой же южный портовой город, как и Одесса. В послевоенные годы в Италии, особенно на юге, царили инфляция, безработица и чудовищная бедность. Но неаполитанцу немыслимо было выйти из дому в нечищеных туфлях или неглаженых брюках. Именно потому, что ему необходимо было зайти в бар выпить кофе на глазах у соседей. А теперь вспомните опустившихся московских бомжей и беспардонных студентов-халявщиков. Которые, боюсь, просто не оценят красоты жеста с "подвешенным кофе". Вот если бы им "подвесили" бутылку пива...

Так что же, значит, "подвешенный" (или все-таки правильнее - "отложенный") кофе - благоглупость узкой прослойки европейски-ориентированных завсегдатаев московских кофеен, вроде попыток перенести на московскую гололедицу европейский велосипедизм? Или даже вроде пресловутого "нет хлеба - пусть едят пирожные"? Если бы это было так, об этом не стоило бы писать. Но стихийно возникший благотворительный флэш-моб, при всей его наивности - неожиданный, но красноречивый ответ на призывы налаживать в обществе систему горизонтальных связей в обход государства. Об этом после 24 сентября в полный голос и на разные лады заговорили самые разные люди, от Дмитрия Быкова до Евгении Пищиковой, а теперь мы видим, как это начинает воплощаться в жизнь. Пусть даже в такой сугубо хипстерской, "гламурной" форме. В конце концов, обычай подвешивать кофе возник в Неаполе именно тогда, когда про него говорили, что это город миллионеров. Но давайте все-таки лучше понимать, что, зачем, и для кого это делается. Чтобы искренний и осмысленный порыв не выглядел как нелепая барская причуда.