Безотцовщина

Ярослав Загорец об исчезновении Рашида Нургалиева

Из моей жизни пропал ни много ни мало министр внутренних дел России Рашид Нургалиев. Не то чтобы совсем "ушел из дома и не вернулся", но все же. На экранах появляется редко, в газетах мелькает лишь эпизодически, новостные агентства - и те пишут о нем дай бог раз в неделю. Не сказать, что я сильно по министру Нургалиеву скучаю. Но кое-какие тревоги в связи с этим у меня есть.

1 января 2012 года было очень важной датой для России, но ее почти никто не заметил. В этот день была полностью закончена реформа МВД, начатая еще в конце 2009 года. Почему датой окончания реформы было названо именно 1 января наступившего года, я не знаю, но факт есть факт - именно ее на протяжении двух лет регулярно называл мой президент Дмитрий Медведев. В то время, когда реформа МВД еще была его любимой игрушкой.

Понятное дело, что за два года любое однообразное и довольно сложное занятие может надоесть кому угодно - даже президенту России. Но два года - это большой срок. За два года ребенок, например, начинает довольно уверенно ходить и приобретает начальный словарный запас. То есть, активно развивается на радость гордым родителям.

В случае с рожденным Медведевым и Нургалиевым детенышем все намного печальнее. Мы не слышим заливистого смеха этого пышущего здоровьем сорванца. Он не восторгает нас своими успехами в познании окружающего мира. Да и родители, похоже, ему совсем не рады - занимаются им мало и лишний раз посторонним стараются не показывать. Что, вообще-то, неправильно.

Ну и что, что он некрасивый. Ну и что, что у него странное иностранное имя (к нему, кстати, все на удивление быстро привыкли, лишь немного поворчав в самом начале). Даже если он родился не таким, как его сверстники в соседнем европейском квартале, это не значит, что его не нужно развивать, учить, выводить на прогулку и покупать ему удобную красивую одежду. В конце концов, детей не выбирают. Как и родителей.

Нет, сначала президент с министром довольно активно занимались и реформой МВД в целом, и созданием полиции в частности. С того самого момента, как Денис Евсюков решил пострелять в московском магазине, не было в стране темы важнее и популярнее, чем преобразование милиции. Но месяц за месяцем, плавно и неторопливо реформа МВД сходила на нет, оставив последний заметный след в нашей памяти в августе 2011 года, когда на смену милиции пришла та самая долгожданная полиция. И тишина.

Мне стало любопытно, и я поискал последние упоминания о главе МВД в прессе. С начала декабря, то есть с момента проведения парламентских выборов и зарождения в России гражданского протеста, Рашид Гумарович упоминался на информационных лентах дай бог если два десятка раз.

Не знаю как вам, но мне еще памятны времена, когда новостные "бомбы" за авторством Нургалиева публиковались куда более регулярно - вспомните хотя бы его "господ полицейских", нашумевшую отмену "палочной" системы (так и не состоявшуюся), новую систему отбора кадров в МВД (так и не внедренную в практику) и многое другое. И пускай в большинстве из этих "бомб" смысла было не больше, чем в проводимой реформе, но все же они появлялись. И благодаря им я помнил, что есть в стране такой министр - Рашид Нургалиев. И что министр он, судя по происходящему в его ведомстве, так себе.

Я, конечно, помню об этом и сейчас. Когда я читаю о том, что треть полицейских начальников в Санкт-Петербурге не смогли сдать нормативы, или о том, что полицейский (прошедший, кстати, аттестацию) до смерти забил шваброй 15-летнего парня. Забыть о таком сложно, даже если глава МВД и не мелькает у тебя перед глазами. Но все-таки "исчезновение" Нургалиева из информационного пространства говорит о многом. Например, о том, что он хочет дистанцироваться от негатива.

На месте министра мне бы тоже не хотелось никому показываться на глаза. Особенно после таких случаев - ну как можно говорить об успехах реформы, если допущенный тобой же на службу обезумевший полицейский убивает подростка прямо в отделении. Как можно сидеть на торжественном мероприятии вместе с президентом и выслушивать слова о создании профессиональной полиции, зная, что 11 тысяч человек из числа твоих бывших подчиненных остались без работы.

Мне хорошо запомнились слова Владимира Путина о том, что с его возвращением в Кремль правительство ждет "серьезная ротация". По всей видимости, кандидат в президенты имел в виду не только горизонтальные перестановки министров, но и полноценные отставки, а это значит, что для членов правительства ближайшие недели будут особенно интересными. Велика вероятность, что весной многие из них лишатся своих должностей - и не исключено, что исчезновение из публичного пространства не поможет притихшему сегодня Нургалиеву, которого не могли выдавить из кресла ни лавина преступлений в МВД, ни провальная реформа министерства.

Впрочем, даже если МВД и избавится наконец от своего не самого успешного руководителя, в ближайшее время ситуация в любом случае сильно не изменится. Какого бы опекуна для министерства ни нашел новый президент вместо нынешнего незадачливого родителя, взросление - дело долгое. Запущенный ребенок требует особого подхода, а он у большинства наших чиновников в головах не заложен. Поэтому, что бы ни произошло с карьерой Рашида Нургалиева, воспитывать его детище все равно предстоит нам с вами. Потому что безотцовщина - это плохо.