Непубличные политики

Алексей Пономарев о скромности кандидатов в президенты

В минувшие выходные Москва, если вспоминать последние аполитичные годы, поставила рекорд по митинговой активности. В центре столицы - на Болотной площади - собрались десятки тысяч противников действующей власти, ближе к окраине - на Поклонной горе - митинговали сторонники стабильности и призванного олицетворять ее Владимира Путина, которых набралось, по подсчетам ГУВД, больше ста тысяч. При таком раскладе и всего за месяц до выборов весьма удивительно, что на два масштабных митинга не нашлось ни одного оратора из числа кандидатов в президенты России.

Причины, по которым оппозиционные кандидаты один за другим отказались от выступлений на Болотной, честно говоря, до сих пор не очень ясны. Если бы речь шла, скажем, о приглашении на домашнюю вечеринку, хозяину дома впору было бы назвать оправдания гостей-отказников тухлыми отмазками. Один не пошел, потому что боялся столкнуться на сцене с другими, второй - из-за того, что отказался первый, а третий - потому что не хотел пиариться в отсутствие остальных. Череда широких жестов, выглядящая трижды нелепо - как если бы женихи-конкуренты отказались от знакомства с родителями невесты, потому что не получилось сделать это всем одновременно.

Более того, из троих потенциальных спасителей России только буржуазно-зажиточный Михаил Прохоров оказался настолько близок к народу, что пришел в морозный субботний полдень на шествие "За честные выборы". Коммунист Зюганов и социалист Миронов предпочли не высовываться, хотя на Болотной им, скорее всего, были бы рады: количество красных и красно-желтых флагов в толпе весьма впечатляло.

Хочется, конечно, спросить каждого из оппозиционной тройки: друзья, вы разве не понимаете, что эффектное выступление на таком знаковом митинге за месяц до выборов дало бы вам все карты в руки? "Лига избирателей" ведь до сих пор не определилась с единым кандидатом, а именно она сейчас имеет наибольший кредит доверия в рядах носителей белых ленточек. А тут единый кандидат бы выдвинул себя сам, просто проявив инициативу.

Или, товарищ Зюганов, вы рассчитываете на заведомо поддержавший вас "Левый фронт" Сергея Удальцова, в котором состоит от силы человек триста, да и тех, скорее всего, заберут в полицию за пару дней до выборов? Или, господин Миронов, вы надеетесь на то, что вашему одухотворенному лицу достаточно уличного пиара в лице однопартийца Геннадия Гудкова? А вы, Михаил Дмитриевич, видимо, надеетесь на поддержку членов клуба "Сноб"?

Удивительные люди, честное слово. Разве упустил бы такой шанс кандидат в президенты США, будь он демократом Обамой или республиканцем Маккейном? Или у вас свой, исконно русский путь в политическом шоу-бизнесе? А может быть, вы просто уже отчаялись и не надеетесь пробиться в марте во второй тур? Это было бы, пожалуй, грустнее всего.

Неприятно удивил своим отношением к людям, проявившим 4 февраля гражданскую позицию, и самый народный кандидат - Владимир Путин. Если завязать глаза белой ленточкой и довериться заявлениям правоохранительных органов, то в субботу, несмотря на мороз, его пришли поддержать почти 150 тысяч противников честных выборов патриотов России. Если же довериться мэру Собянину (а у меня, признаюсь, нет причин не доверять ему), то на Поклонной горе собралось и вовсе 190 тысяч человек.

И вот все эти люди мерзли в Парке Победы битых два, а то и три часа, чтобы увидеть на сцене конспиролога Старикова, эпилептика Кургиняна и постаревшую телезвезду Первого канала Леонтьева. Что стоило Владимиру Владимировичу оторваться на полдня от своих государственных дел и доехать/долететь, черт возьми, на бронированном лимузине/истребителе до Поклонной горы? Выйти на сцену, молодецки гикнуть, сравнить Навального с кондомом, да просто поблагодарить морозоустойчивых сторонников за поддержку. Неужели премьер-министр России боится своего народа после конфуза в "Олимпийском", когда рядом с Путиным на сцене как назло оказался американский боксер-неудачник?

Хотя, конечно, это все оранжистские злопыхательства зажравшихся бездельников. Владимир Путин в минувшие выходные действительно был очень занят - сначала инспектировал сползающее в овраг народное хозяйство на Урале, а затем занимался и вовсе непривычной для главы правительства журналистской работой. А именно напряженно дописывал для "Коммерсанта" программную статью - о последовательном воплощении воли народа. При этом тот самый народ (патриотично мерзший на Поклонной) был неизбежно принесен в жертву прочим обстоятельствам. Это в общем-то объяснимо - кто еще кроме главы правительства может срочно расселить покосившийся дом в Челябинске. А уж как авторов гоняют за просроченную сдачу текста в номер ("Коммерс" все-таки!), нам, отпетым журналистам, можно лишний раз и не напоминать.