Другие голоса

Юрий Сапрыкин о бойкоте сторонников Путина

Я бы очень не хотел оказаться на месте людей, которым предлагают сняться в ролике в поддержку Путина или стать его доверенным лицом. Даже если я искренне сочувствую именно этому кандидату в президенты и хочу поддержать его своим авторитетом, это крайне невыгодный контракт. Выгоды от такого решения минимальны - скорее всего, тебе за это ничего не сделают; ну, может, лишний раз покажут в программе "Время" или позовут через год на какую-нибудь очередную встречу сторонников (тоже то еще удовольствие).

А вот убытков (в первую очередь, моральных) не оберешься: твое имя станет синонимом продажности и сервильности, твою фотографию будут изучать с увеличительным стеклом, находя в глазах признаки старческого слабоумия, и тот единственный ресурс, который ты можешь потратить на поддержку кандидата - тот самый авторитет - внезапно окажется растраченным и не подлежащим возобновлению. По крайней мере, на первый (он же самый поверхностный) взгляд.

Чтоб предсказать реакцию общественности на ролики с доверенными лицами Путина, не нужно быть особенно тонким аналитиком: общественность объявляет доверенным лицам бойкот, клянется не ходить на их спектакли и не болеть за их футбольные команды, утверждает, что имена доверенных лиц покрыты теперь несмываемым позором - и, в лучшем случае, готова предположить, что согласие на включение в список сторонников получено под пытками (впрочем, и это согласившихся не особо оправдывает).

Разумеется, отношение к тем или иным действиям Евгения Миронова или Алисы Фрейндлих - не только к съемкам в агитролике, но и ко всем прочим их ролям, речам и поступкам - это личное дело каждого; но странным образом, как только обсуждение (и осуждение) их участия в предвыборной кампании выносится в публичное поле, неоднозначно начинают выглядеть в первую очередь сами осуждающие. Мы действительно отказываем актеру Миронову в праве поддержать того кандидата, которого он считает нужным поддержать? Мы готовы зачеркнуть всю карьеру Фрейндлих только из-за нескольких слов, сказанных ей во вполне законном предвыборном ролике? Мы считаем, что включение человека в список доверенных лиц Путина характеризует его как дегенерата, если не как врага? Ау, мы все еще за честные выборы?

После первого митинга на Болотной часто приходилось встречать в сети радостные отзывы - мол, редко когда удается увидеть на улице столько приятных людей. По-моему, главное достижение следующего митинга на Болотной заключается в том, что на нем можно было увидеть множество неприятных людей - и это уже не вызывало у приятных отторжения или желания немедленно сбежать в бар на "Красном Октябре". Ощущение от всего этого было примерно такое: мы понимаем, зачем мы здесь собрались, у нас общая цель, мы очень разные, но это нормально. Чертовски странно при этом, что научившись находить общий язык с Сергеем Удальцовым или Константином Крыловым, прогрессивно-рассерженная интеллигенция разучилась понимать Алису Фрейндлих - равно как и любого из голосующих за Путина.

От того, что эти голоса отданы таким образом по недомыслию, в связи с недостаточной информированностью или даже, черт побери, под давлением, они не перестают быть голосами; я бы даже сказал, большинством голосов; и объявлять их носителей мерзавцами или там бессловесным скотом - не лучший способ эти голоса завоевать.

Я бы сказал даже, что раз и навсегда объявить Путина исчадием ада - не лучший способ одолеть Путина. Невозможно предъявить приемлемую для большинства альтернативу Путину, не поняв его логики и не обнаружив в ней слабых мест. И то, что иные его сторонники объявляют врагами и дегенератами людей с Болотной, еще не повод орать "сам дурак" - если мы, конечно, все еще добиваемся формирования демократических институтов, а не просто идем стенка на стенку.

РоссияПартнерский материал

Впереди планеты всей

Невероятный тест о способностях россиян