Театр русского зла

или Как Андрей Звягинцев убил свою старушку

Начинать писать о «Левиафане» Андрея Звягинцева нужно с констатации факта: мы все теперь преступники. До выхода фильма на большой экран осталось две недели, но широкая премьера, можно считать, уже состоялась. В сети уже появилось мнение, что фильм выложили в открытый доступ «гебисты», чтобы опорочить автора и испортить впечатление о фильме. Так оно или не надо паранойи, но, по мнению режиссера, все, посмотревшие фильм с торрентов или в онлайн-кинотеатре и с таким воодушевлением пустившиеся в его осуждение или прославление — преступники. Да, нелегко соблюдать законы; даже сам режиссер настаивает практически на «документальности», на типичности сюжета своего фильма, посвященного принципиально внеправовому русскому злу.

Русское зло — можно бы писать с заглавных букв, но не в случае «Левиафана». Фильм до дурновкусия литературоцентричен, и дело не в Гоббсе с киллдозеристом Химейером, который застрелился и мемуаров не оставил. Тут, внутри «Левиафана», и сказка про мужика, который за правдой ходил, и весь Гоголь, и Катерина, прыгающая с утеса, отчего люди не летают. Школьную программу по литературе (по большей части советскую — ту, что против самодержавия и попов) разжевали для зрителя так, будто за дурака держат. Одна осталась загадка, сама ли жена главного героя в море кинулась или городское начальство подстроило, чтобы окончательно проблему строптивого слесаря ликвидировать и храм построить. Подлая мыслишка — но ряд комментаторов картина на нее навела.

Звягинцев — большой мастер топорной детали. Трудно не заметить, как кокетливо камера оператора Михаила Кричмана съезжает по торпеде ДПСного уазика с иконок на голожопых красавиц, как отец Василий, утешив овдовевшего Николая притчей об Иове, через минуту бросает хлеб свиньям, и тому подобное. В подкорке оседает вся эта грубая деталировка, и зритель уже готов к утверждению мощнейшего финала фильма: церковь — зло.

Воскресная проповедь в последних кадрах «Левиафана» накладывается на кошмарное предчувствие, что этот новенький, сверкающий свежим золотом храм поставлен на месте дома Николая, что ради него случилась эта история предательств, насилия и несправедливости. В довершение всего это не актерская игра, а настоящий verbatim. В финал вмонтирована реальная проповедь, смысл которой Звягинцев выворачивает наизнанку, вставляя кадры с городским начальством, только что уничтожившим семью простого автослесаря.

Подобные игры с монтажом характерны для пропагандистской продукции. Но разве «Левиафан» — пропаганда? Ничуть! Это большой фильм, мастерски снятый, с прекрасной актерской игрой. В особенности нужно отметить главного злодея, мэра в исполнении Романа Мадянова, — он единственный кажется живым персонажем, в то время как остальные больше похожи на пластиковые марионетки авторского театра русского зла. Марионеточная достоевщинка семьи слесаря, которую предают все — не только местное начальство, но и сама Москва в лице адвоката, старого друга Николая, — предают, как оказывается, ради постройки храма, происходит в условных декорациях: серые пейзажи депрессивного северного поселка, обрамляющие картину театральные скелеты судов, мертво бьющее в камни бесцветное море. Весь этот минимализм сурового стиля (и герои, будто сошедшие с советских полотен, но пока сходили — походя спились) с его условностью был бы хорош, если бы не орущая с экрана (и четко проговариваемая в интервью автора) претензия на «достоверность», дающая в итоге обратный результат, потому что уж либо условность, либо достоверность, а вместе — нельзя.

Вот что удивительно: фильмов о вечном конфликте власти и простого народа снято было немало. Но «Окраина» Петра Луцика 1998 года, которой тогда до посинения испугались либеральные критики, прошла незамеченной в прокате. Стал классикой, но не знаменем революционного сопротивления силам коррумпированного правопорядка «Конвой» Сэма Пекинпа 1978-го. А градус обсуждения «Левиафана» уже напоминает шумиху вокруг «Доктора Живаго». Тогда тоже художественные достоинства книжки затмил жар идеологической борьбы.

Может быть, потому что «Левиафан» — не зрительское, а фестивальное кино, ориентированное не на прокат, а на премии? Популярные мифы о России — преступную власть, пакостную церковь, водку и разруху — картина демонстрирует все свои два часа с размахом. Образ дополняет слабоволие (вовсе не бессилие перед обстоятельствами неодолимой силы) главного героя. Формула изготовления такого кина разработана в конце 80-х, она проста: гипербола + банальность = чернуха. Правда, тогда социальный запрос на «Россию в говне» был внутренний, теперь он, скорее, внешний. Этому запросу «Левиафан» удовлетворяет на отлично.

А может быть, не все так однозначно плохо; может быть, трагедия маленького человечка Николая Сергеева, потерявшего все и сразу, иллюстрирует не кровавую и безальтернативную — по Звягинцеву — сущность русской власти и православия, а в самом деле так трудно, через Островского и Достоевского, переложена им притча об Иове, вдруг поглядевшем в зеркало действительно уникальной русской мерзости? Ведь как притча не сразу смотрится и фильм Карена Шахназарова «Город Зеро» 1988 года, перекличек с которым у «Левиафана» слишком много, чтобы это было случайностью. Буквально совпадают первые кадры обоих фильмов: на пустой перрон города N приезжает ободранный поезд, выпускает единственного пассажира и отходит в туманный nevermore. Совпадает и судьба главного героя, попавшего в лапы местного начальства, — фантасмагорического у Шахназарова, плакатно злого у Звягинцева.

Живет на Севере, не так далеко от мест, где снимался «Левиафан», священник Ярослав Шипов. Пишет рассказы. В них все то же самое: повальное пьянство, разврат, суеверие, сплошные похороны, — вся глупая мерзость русской жизни, вечная тема национальной литературы и травелогов интуристов. Даже Почта России работает как ей положено: на смех людям. Но рассказы эти написаны с любовью. А в «Левиафане» — по воле автора даже водка не дает радости.

Стоит все-таки исправиться и пересмотреть «Левиафана» в официальном прокате. Может статься, что смотреть большой фильм на маленьком экране действительно преступление, что заунывной тарковщине звягинцевской камеры в самом деле требуется соборность просмотра, и тогда финальная проповедь о правде и истине вызовет коллективный зрительский экстаз — только во что он выльется? В сочувствие недотепе Николаю? В веру, чему учит история Иова? В ненависть к земле, где наяву случается ветхозаветный ад и нет спасения? Мне пока кажется — последнее.

Был такой знаменитый в середине позапрошлого века персонаж Владимир Печерин. В 1836 году он бежал из России в Европу и в католичество, прославился в Ирландии как проповедник. Россию он оставил, считая ее «землей мертвых», не отмеченных отпечатком Создателя. После его смерти в бумагах нашли стихи:

Как сладостно отчизну ненавидеть
И жадно ждать ее уничтоженья,
И в разрушении отчизны видеть
Всемирного денницу возрожденья!

Ненависть — страшная сила. Вот только жить с ненавистью в душе неприятно. Хотя и она — право имеет.

Обсудить
В Россию вернулся «Прогресс»
Кто виноват в падении «Прогресса» и почему это — приговор космической отрасли
Чужими молитвами
В Лос-Анджелесе наградили лучшие видеоигры и показали будущие бестселлеры
Четыре мужика в одной палатке
Какие прелести таит продолжение японской культовой ролевой игры Final Fantasy XV
«Великобритания не знает, относится ли она к Европе»
Даг Уоллас о русской и британской литературе и самосознании
INDIO, CA - OCTOBER 14:  (L-R) Musician Keith Richards, singer Mick Jagger and musician Charlie Watts of The Rolling Stones perform during Desert Trip at the Empire Polo Field on October 14, 2016 in Indio, California.  (Photo by Kevin Winter/Getty Images)Че-то приуныли
Как The Rolling Stones записали первый альбом за 11 лет — возможно, и последний
Девочки или виденья
Кино недели с Денисом Рузаевым: от «Союзников» до «Плохого Санты 2»
Ленинград в зазеркалье
Как питерские фотографы-любители определили эстетику конца XX века
BEVERLY HILLS, CA - OCTOBER 04:  Internet personality Casey Neistat accepts the First Person award onstage the 6th annual Streamy Awards hosted by King Bach and live streamed on YouTube at The Beverly Hilton Hotel on October 4, 2016 in Beverly Hills, California.  (Photo by Mike Windle/Getty Images for dick clark productions)Закрой канал, я ухожу
Почему интернет-звезды отказываются от миллионов и завязывают с YouTube
Владимир Познер«Я за сопротивление хамству, бескультурью и мракобесию»
Владимир Познер о духовных скрепах, байкере Хирурге и поиске национальной идеи
Дмитрий МедведевПо секретным каналам
Где раскрываются тайны российской политики
Прикормленные детки
Как политическую элиту США посчитали сектой педофилов
«Вы приехали»
Длительный тест Toyota Camry с «Яндекс.Навигатором»
Безумные трюки грузовиков Volvo
Самые необычные видеоролики с грузовиками Volvo
Выбираем лучший компактный седан
Длительный тест Octavia, Elantra, Corolla и Mazda3
Как полиция перехватывает машины
Полицейские лайфхаки или 8 инновационных способов остановить преступника
Конец близок
Уходящий 2016 год может стать последним для ипотеки
Лестница в ад
Неприглядная правда об интеллигентных обитателях центра Москвы
Да он упоротый просто
Самые странные дома мира в фотографиях из Instagram
Худо будет
Москвичи тратят миллионы на квартиры, в которых невозможно жить