Особенности приватизации 2.0

Кому мешает «Роснефть» в процессе приватизации «Башнефти»?

Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявил, что «Роснефть» может участвовать в приватизации «Башнефти». «Они вправе подать заявку. Продавец вправе принять свое решение», — цитируют Пескова СМИ.

Ведущие российские юристы, специалисты по корпоративному и предпринимательскому праву также не видят никаких преград для участия «Роснефти» в приватизационной сделке. «С юридической точки зрения, конечно же, "Роснефть", так же, как и любое другое акционерное общество, имеет право принимать участие в приватизации "Башнефти". Равенство — так равенство, здесь нет никаких нарушений. И те, кто призывает не допускать "Роснефть" к приватизации не могут привести внятных с правовой точки зрения аргументов, — сообщил агентству РИА Новости заведующий кафедрой предпринимательского права юридического факультета МГУ Евгений Губин. — Следует подчеркнуть, что "государственные компании" — это условное название. Такой организационно-правовой формы вообще не существует с точки зрения Гражданского кодекса Российской Федерации, где дается исчерпывающий перечень организационно-правовых форм».

Тем не менее вчера вице-премьер России Аркадий Дворкович распространил через свою пресс-службу заявление о том, что «Роснефть» не сможет принять участие в приватизации «Башнефти», так как косвенно контролируется государством через «Роснефтегаз». «Было принято решение не допускать к участию в приватизации компании, контролируемые государством, и речь идет как о прямом контроле, так и о косвенном», — утверждает Дворкович.

Пресс-секретарь «Роснефти» Михаил Леонтьев отказался вступать в полемику. «Мы не участвуем в публичных дискуссиях с государственными чиновниками, — отметил он в эфире телеканала РБК. — Это противоестественно, понимаете? "Роснефть" — компания, которая принимает решения на основании директив, законным образом, процедурно, корректно оформленных директив нашего главного акционера. У государства есть возможности воздействовать на нас известными и абсолютно легальными процедурами. Мы выполняем команды. Зачем вести с нами дискуссию? Но пока нам команды не дали, мы естественно выполняем те функции, которые мы обязаны осуществлять в интересах наших акционеров, в первую очередь, конечно, главного акционера».

Некоторые обозреватели говорят о двойных стандартах «большой приватизации». «Не слышно, чтобы оказывалось столь же страстное противодействие по отношению к заявкам других российских госкомпаний, таких, например, как РФПИ и "Татнефть", — отмечает в своей статье в журнале «Эксперт» директор Института проблем глобализации Михаил Делягин. — Приглашение поучаствовать в приватизации, которое получили иностранные госкорпорации вроде Statoil и Sinopec, а также контролируемая государством Eni, не вызвало никаких эмоций, как и участие иностранных госкомпаний в других приватизационных сделках (например, финской Fortum, отметившейся скандальным ультиматумом Тюмени)». Мало кто будет спорить, что сегодняшний мировой тренд — консолидация у государств стратегических активов. Госкорпорации постепенно превращаются в инструменты и институты развития, своеобразные центры компетенций, становятся основой завтрашнего, посткризисного мира.

И неудивительно, что ряд инвестиционных аналитиков считают «Роснефть» оптимальным покупателем «Башнефти». На прошлой неделе, например, вышел аналитический отчет инвестиционной компании «Открытие Капитал», в котором отмечалось, что интеграция «Башнефти» в структуру «Роснефти» с целью последующей продажи акций последней позволила бы не только сохранить целостность активов «Башнефти», но также поддержала бы планы по приватизации «Роснефти» с премией к текущей рыночной оценке. «Подобная структура сделки дала бы дополнительные аргументы для поддержания премиальной оценки самой "Роснефти", поскольку в очередной раз подтвердила бы ее способность расти как органически, так и при помощи успешных приобретений. В этом случае государство станет конечным бенефициаром не только от продажи акций "Башнефти", но и от увеличения стоимости своей ведущей энергетической компании, пакет акций которой может быть кратно выше», — утверждали авторы доклада. По их мнению, дополнительная стоимость после поглощения «Роснефтью» башкирской компании составит «порядка 2,5 миллиарда долларов — довольно внушительная цифра, которая вполне сопоставима с масштабом самой сделки по продаже пакета "Башнефти"».

Правительство изначально объясняло приватизационную эпопею необходимостью залатать дыры в бюджете. «Выходит, на первом плане все-таки деньги, а не приход мифического "эффективного собственника", — отмечает известный экономист Никита Кричевский. — Так какая разница, откуда эти деньги поступят? Если от "Роснефти", то понятно, что не из бюджета или кредитов госбанков, а из свободного денежного потока, к слову, наибольшего среди всех мировых энергетических гигантов. Несколько лет назад, когда "Роснефть" приобретала по рыночной цене ТНК-ВР, претензии заблудших в трех экономических соснах аналитиков основывались на непомерно высокой оценке покупаемой компании, а не на бюджетных заимствованиях. Мол, дорого купили. Теперь, когда "Роснефть" вновь предлагает купить «по рынку», концепция у них поменялась?»

«Мы всегда выступали за равные рыночные условия для всех участников. Если нет никаких внятных препятствий, связанных с национальной безопасностью, то рыночная игра должна быть равной», — заявил Михаил Леонтьев в эфире Русской службы новостей, подчеркнув, что в стране разворачивается «истерическая кампания, цель которой не допустить "Роснефть" к участию в приватизации "Башнефти"». «В чем смысл так называемой "приватизации 2.0", почему вдруг все всполошились?, — продолжает он. — Есть сформулированная позиция государства: бюджету нужны деньги. Есть люди, которые работают на выполнение этой задачи, в том числе и мы. Но есть также некая группа лиц, которая заполошно пытается создать такую ситуацию, чтобы можно было "скапитализдить" один плохо лежащий актив. И разнузданная визгливая кампания в СМИ нацелена на то чтобы нейтрализовать, загнать за можай "Роснефть", которая является государственным игроком не в смысле формы собственности ("Роснефть" — публичная коммерческая компания с открытой отчетностью, действующая в мировых масштабах), а в смысле отстаивания государственных стратегических интересов».