Кудрин против ветра

Директор Центра политической информации о приватизации «Роснефти»

Алексей Леонидович Кудрин, конечно, большой ученый и является в каком-то смысле «иконой стиля» для либерального крыла российских экономистов, однако сделанные им заявления на Международном инвестиционном форуме в Сочи вызывают легкое недоумение и вопросы.

Во-первых, тезис о том, что «квазиприватизационность» сделки не принесет бюджету выгоды, легко «разбивается», если отследить динамику выплат самой «Роснефти» в государственный бюджет.

Конечно, простая форма — «продай актив и положи средства на госсчета» — крайне привлекательна для либералов эпохи тех самых 90-х, когда активы приватизировались, собственно, за госсчет и средства действительно перекладывались из кармана в карман, фигурально выражаясь, «не покидая пальто».

Однако нынешние приватизационные процессы посложнее будут, и учитывать многие факторы и нюансы просто необходимо. Тем более когда речь идет о решении глобальной задачи — за счет нынешнего этапа приватизации хоть немного «выровнять» российскую экономику и, по крайней мере, сделать бюджет бездефицитным.

Еще один тезис Кудрина касался «разведения» приватизационных сделок по «Башнефти» и «Роснефти» во времени. Ловко получилось: сначала затягивается приватизационный процесс, затем назначается дедлайн по сделке и, внимание, появляется тезис о необходимости две из них, явно связанные по смыслу, разнести. В результате получаются искусственно созданные форс-мажорные обстоятельства, продавать которые: а) крайне затруднительно; и б) неизбежно получится дешевле. Вопрос же к господину Кудрину состоит в следующем: это небрежность в высказывании или какой-то тайный умысел?

Условие, которое выставил заместитель председателя Экономического совета при президенте РФ компании «Роснефть», — дескать, забудьте о льготах, если выкупите пакет «Башнефти» — весьма интересное, если рассмотреть ситуацию повнимательнее.

Ну, во-первых, это прямая и явная угроза. Причем весьма серьезная, если учитывать, что она исходит от официального лица. А во-вторых, хотелось бы уточнить: получала ли «Роснефть» какие-либо льготы «для себя», что называется?

Под условия разработки месторождений — получала. Но это делалось вполне в рамках моделей рыночной экономики, которую выстраивал сам же Алексей Кудрин, будучи главой Минфина и вице-премьером. Это, что называется, необязательное, но вполне себе нормальное отраслевое явление, призванное придать инвестиционному проекту более привлекательный для бизнес-процессов вид. Выходит, что Кудрин нынешний выступил против себя, Кудрина, так сказать, вчерашнего.

Впрочем, выяснилось, что бывший министр напрямую связал получение каких-то гипотетических льгот «Роснефтью» «в ближайшее время» с эффективностью приватизационной сделки вообще, что, мягко говоря, не вполне логично и остается на экспертном балансе спикера этакой «вещью в себе», требующей, возможно, дальнейшего разъяснения.

По поводу сделки по приватизации «Башнефти», вернее, того, что она, в случае участия в ней «Роснефти», станет менее «прозрачной», так это вопросы не к компаниям-конкурсантам, а к организаторам, то есть правительству РФ. Хотя, конечно, теплота отношений Кудрина с нынешним кабинетом министров, как говорится, известна широко, и здесь целью его претензии была как раз не «Роснефть».

В общем, дело ясное, что дело темное, и выяснить, почему же Алексей Кудрин так открыто, но, на мой взгляд, не очень удачно выступил против участия «Роснефти» в приватизационной сделке по «Башнефти», пока не удалось.