Новости партнеров

Заслуживает снисхождения

Обвиненного во взрыве дома в Архангельске приговорили к 25 годам колонии

К 25 годом лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима приговорил суд Сергея Алексейчика, бывшего слесаря объединения "Архангельскгоргаз". Суд признал его виновным во взрыве жилого дома в марте 2004 года и согласился с требованиями прокурора. Между тем в вердикте присяжных было указано, что Алексейчик заслуживает снисхождения.

Мститель и разгильдяй

Дом номер 120 по улице Советских Космонавтов в Архангельске взорвался в ночь на 16 марта 2004 года. В результате взрыва пятый подъезд панельной многоэтажки был полностью уничтожен. Погибли 58 и пострадали около 170 человек. Причину взрыва установили быстро. Было объявлено, что ею стала утечка бытового газа. По всем признакам - организованная намеренно.

В ту ночь работникам "Горгаза" пришлось потрудиться - кто-то свинтил несколько заглушек на газовых трубах, проходящих в подъездах высотных домов. Это было сделано в доме номер 25 на улице Садовой и доме номер 46 по проспекту Обводный канал. Жильцы этих домов, почувствовав запах газа, вызвали аварийку. Там взрывы удалось предотвратить. А в дом номер 120 по улице Советских Космонавтов газовщики уже не успели.

22 апреля 2004 года сотрудники ФСБ вышли на предполагаемого виновника взрыва. 26-летний Сергей Алексейчик, бывший сотрудник "Горгаза", был арестован по подозрению в совершении этого преступления. 23 апреля стало известно, что он подписал признательные показания. К тому моменту все уголовные дела, возбужденные по факту взрыва и случаям разгерметизации газоснабжения, были объединены в одно производство.

Сообщалось, что следователи оформили Алексейчику явку с повинной. При этом Алексейчик заявил, будто вывинчивал заглушки из газовой трубы, "не осознавая последствий содеянного". Однако начальник УВД Архангельской области полковник милиции Владимир Лобанов утверждал, что Алексейчик свинтил заглушки газовой трубы "на почве неприязненных отношений к своему бывшему руководству", пытаясь отомстить за свое увольнение и отказ восстановить его на работе.

Кстати, если сотрудник службы газа не понимает, к чему приводит свинчивание заглушки, - решение уволить его и ни в коем случае не восстанавливать на работе кажется довольно-таки обоснованным.

Террорист и пьяница

Признание слесаря, впрочем, не означало, что расследование завершилось. Спустя девять месяцев после этого на свет появилась сенсация: следствие пришло к выводу, что взрыв следует классифицировать как теракт. 20 января Алексейчику было предъявлено обвинение в терроризме.

Видимо, важность этого события обвиняемый оценил не сразу - к тому моменту его уже обвиняли в убийстве и умышленном уничтожении чужого имущества. Во всяком случае, сообщалось, будто в ходе следствия молодой человек признался, что действовал по наущению чеченских экстремистов.

Вскоре после этого расследование было закончено. К 1 июля 2005 года Алексейчик завершил ознакомление с материалами дела, а 8 июля дело было передано в суд. Решено было, что судить молодого человека станут присяжные.

8 ноября 2005 года Алексейчик перед судом признал свою вину. В этом сообщении СМИ не было ничего сенсационного, если бы чуть ранее подсудимый не объявил, что невиновен, а показания давал под давлением со стороны следствия. На сей раз Алексейчик попытался свести обе версии воедино, объявил суду, что совершил преступление, будучи пьяным. То есть вроде как совершил - но не нарочно, а потому не очень виноват.

При этом слесарь подчеркивал, что выкрутил заглушки не из религиозных соображений и не из желания напугать общество или оказать влияние на действия властей. Нет, он просто хотел "отомстить", доставить бывшим коллегам неприятности. Он также говорил, что на следующий день, протрезвев, раскаялся в содеянном, и отрицал все связи с террористами.

Заслуживает снисхождения

После этих объяснений, прений сторон и оглашения результатов психиатрической экспертизы (Алексейчик, несмотря на свои разноречивые показания, был признан вменяемым) присяжные вынесли вердикт: виновен, но заслуживает снисхождения. Это означало, в частности, что суд не вправе присудить обвиняемого к пожизненному заключению.

Однако прокурор и не требовал пожизненного заключения. Гособвинитель считал, что Алексейчика следует приговорить к 25 годам заключения в колонии строгого режима.

Защита же просила не наказывать молодого человека строго - по мнению адвокатов Алексейчика, его действия следовало классифицировать как "причинение смерти по неосторожности двум или более лицам". Адвокаты подчеркивали, что их подзащитный не желал смерти людей и уничтожения чужого имущества и уж тем более не совершал теракта. А с учетом того, что ранее он не судим и уже провел в СИЗО почти два года, защита предлагала назначить Алексейчику условную меру наказания.

Однако впечатление от выступления адвокатов было смазано. К моменту произнесения речи защитников обвиняемый снова передумал. Он заявил, что для его преступления лучше всего подходит статья "терроризм". А спустя примерно неделю, словно испытывая терпение суда, еще раз изменил показания. Он повторил, что все признания были самооговором, а делал он эти признания под давлением следствия. Причем на сей раз Алексейчик утверждал даже, что вообще не отвинчивал никаких заглушек.

Непоследовательное ли поведение обвиняемого произвело невыгодное впечатление или же гособвинитель был более убедительным, чем защита, сказать сложно. Так или иначе, 16 декабря 2005 года суд признал бывшего слесаря виновным во взрыве дома, а наказание, которое требовал назначить Алексейчику прокурор, - справедливым. Снисхождения, о котором говорили все 12 присяжных, суд не проявил.

Адвокат Алексейчика Оксана Грушецкая заверила журналистов, что защита намерена подать жалобу на процессуальные нарушения, допущенные в ходе судебного разбирательства. Если суд высшей инстанции сочтет доводы адвокатов достаточно вескими, приговор будет отменен. Адвокат надеется, что в следующий раз суд окажется не столь строгим.

Мария Мстиславская

Россия00:01Сегодня

«Делая вид, что лечишь»

Как работать без лекарств и оборудования: откровенный рассказ российского врача