Новости партнеров

Чеченбаши

Кадыров стал единоличным хозяином Чечни

Рамзан Кадыров. Фото AFP

Вечером 15 февраля Владимир Путин удовлетворил прошение президента Чечни Алу Алханова об отставке. На его место глава государства назначил премьер-министра республики Рамзана Кадырова, пока что в ранге временно исполняющего обязанности. Таким образом была поставлена точка в противостоянии между двумя политиками, которое грозило очередной дестабилизацией обстановки в этом проблемном северокавказском регионе.

Алу Алханову, которой последнее время находился в Москве и, видимо, вел напряженные переговоры о своей дальнейшей судьбе, Путин предложил почетную должность заместителя федерального министра юстиции и вручил экс-главе Чечни орден "За заслуги перед Отечеством" IV степени.

Отставка Алханова казалсь всем, в том числе, видимо, и самому Алханову, неминуемой. Вопрос был только в сроках. По слухам, когда в 2004 году команда Рамзана Кадырова согласилась на его выдвижение в президенты Чечни, уже тогда существовала договоренность о том, что по достижении Кадыровым 30-летнего возраста Алханов уступит ему пост главы республики.

Однако за прошедшее время расклад сил несколько изменился. Алханов оказался более самостоятельным, чем думалось многим, и не захотел быть исключительно декоративной фигурой. К тому же поддержку ему стали оказывать влиятельные чеченцы из московской диаспоры, которых не устраивала монополизации власти в Чечне. Несомненно, и у Кадырова были могущественные сторонники в Москве. В результате, некоторое время обеим группировкам удавалось удерживать паритет.

Но долго так продолжаться не могло. Между двумя лидерами и их командами существовало слишком много противоречий. "Кадыровцы" олицетворяли и олицетворяют собой расчетливое крыло бывших сепаратистов, которые поняли, что плетью обуха не перешибешь и поэтому лучше править Чечней на деньги Москвы, чем бегать по горам с оружием на зарплату от арабских спонсоров.

С другой стороны, вокруг "алхановцев" объединились промосковские чеченцы, многие из которых с самого начала 1990-х годов выступали против сепаратистов - как исламистов, так и националистов. Подобный расклад скорее обусловлен социально-историческими причинами, нежели сознательной идеологической доктриной. Горная Чечня издавна была обособленным миром, в котором сохранялись консервативные воззрения, тогда как жители равнинной Чечни, чаще общаясь с русскими, оказались лучше адаптированными к изменившейся обстановке.

В условиях, когда нужно было подавить вооруженное сопротивление непримиримых боевиков, Кремль решил сделать ставку на пусть и менее предсказуемую, но более жесткую в своих действиях фракцию, представленную Кадыровым-старшим, который к тому же пользовался авторитетом в качестве духовного лидера. Возможно, в тех обстоятельствах для Москвы это был наилучший выход, потому что светски настроенные промосковские чеченцы смогли бы удержаться у власти исключительно на российских штыках.

Поэтому неслучайно запасная площадка для Алханова была приготовлена в Москве. Правда, первоначально речь шла о том, чтобы отправить его в МВД возглавлять транспортный департамент в ранге замминистра. Но пока решение о расширении полномочий Кадырова вызревало в кремлевских коридорах, вакантную должность отдали путинскому знакомцу по питерской мэрии Вячеславу Захаренкову.

Длительное пребывание Алханова в Москве было как раз обусловлено тем, что ему подыскивали новое место работы. Чтобы не допустить разброда и шатания в Чечне, Алханову пришлось выступать с опровержениями своей грядущей отставки, которую некоторые горячие головы из окружения Кадырова уже провозгласили решенным делом.

Запутанная история с доселе никому неизвестным Германом Воком, главой чеченского Совбеза, назначенного Алхановым против воли Кадырова, скорее всего, явилась сигналом Кремлю, что противоречия зашли слишком далеко и два медведя в одной берлоге больше не уживутся. Поэтому, как только условия для почетной капитуляции Алханова созрели, эта возможность была тут же использована.

Если о дальнейшей судьбе Алханова можно не беспокоиться, то развитие событий в Чечне вызывает растущие опасения, что Кремль наступит на те же грабли, что и с Джохаром Дудаевым и с Асланом Масхадовым. По закону у Владимира Путина есть две недели, чтобы внести в чеченский парламент кандидатуру нового президента республики. В ближайшие дни полпред президента в Южном федеральном округе Дмитрий Козак прибудет в Чечню для обсуждения кандидатуры будущего главы региона.

Чтобы соблюсти приличия, Кадырову будет подыскан конкурент. Вероятно, им станет министр социального развития и труда Магомед Вахаев, кандидатуру которого якобы предложил сам премьер. В этой ситуации вопрос о том, кто займет кресло главы регионального правительства вместо Кадырова, уже не является актуальным.

Гораздо важнее, в каком направлении двинется Чечня при президенте Рамзане Кадырове. Его взгляды, мягко говоря, не вписываются в представления о политике федерального уровня. И если сам будущий президент старается выступать на публике поменьше, а его стилистически выверенные заявления написаны заезжими спичрайтерами, то из уст главы республиканского парламента Дуквахи Абдурахманова можно услышать о том, чего же на самом деле добивается пришедшая к власти группировка.

Конечно, предложение об объединении Чечни с Ингушетией и Дагестаном можно воспринимать как очередную блажь, но настораживает то упорство, с каким чеченский спикер отстаивает свой вариант договора о разграничении полномочий между Москвой и Грозным. Кроме того, в Чечне постоянно муссируется тема о многомиллиардных компенсациях, а фактически контрибуциях, которые Россия должна выплатить республике по итогам двух чеченских войн. И это не считая уже сейчас идущих дотаций на восстановление Чечни. И это не считая требований о передаче "нефтянки" исключительно в ведение чеченского правительства. И это не считая заявлений о том, что масштаб личности Кадырова давно уже перерос уровень республики.

Фактически автономная Чечня, какой она видится Кадырову и его окружению и в которой роль федерального центра будет сводиться лишь к наполнению бюджета, охране внешних границ и представительству за рубежом, не слишком сообразуется с проповедуемой Кремлем идеей федеральной вертикали власти. Безусловно, существует и такая формула государственного устройства, как "через многообразие к единству", но если местные традиции вступают в непримиримое противоречие с федеральными законами, то возникает естественный вопрос, могут ли подобные различия существовать в рамках одной страны.

Безусловно, в ряде других российских регионов тоже встречаются странноватые начальники, однако никто из них не позволяет себе вольностей, которые сходят с рук Кадырову. Вряд ли Путин спит и видит, как бы обострить обстановку на юге России, но если ему не удастся обуздать новоявленного "чеченбаши", добром дело не кончится.

Россия14:2416 декабря 2020

«Это была политическая игра, а жизнями расплачивались мы»

41 год назад СССР ввел войска в Афганистан. Эта война навсегда изменила жизни тысяч советских людей