Русская зима

Иностранные СМИ разглядели на Болотной признаки нового Тахрира

Россия меняется, и теперь Кремлю придется приспосабливаться к новым условиям. К такому выводу пришли западные СМИ, анализируя события прошедшей недели, кульминацией которых стали многотысячные митинги против фальсификаций на выборах в десятках российских городов. Неспособность пойти на уступки оппозиции грозит возникновением протестного движения, подобного "арабской весне".

Другая Россия

"Еще неделю назад представить себе такое было просто невозможно, - писала вечером 10 декабря британская The Daily Telegraph. - Позиции господина Путина казались незыблемыми, а его правящая партия 'Единая Россия' - неуязвимой". "Конечно, - оговариваются авторы , - выступления оппозиции случались в России и раньше, но как правило они были малочисленными, быстро и жестоко подавлялись властями и не причиняли Кремлю никаких мало-мальски значительных неудобств. В этот раз все было иначе. Полиция могла лишь осторожно наблюдать за тем, как люди, еще недавно не участвовавшие в митингах, да и вообще не интересовавшиеся политикой, выходят на улицы десятками тысяч".

"В воскресенье у многих в России появилось ощущение, что они проснулись в новой стране, - заявляет немецкая Die Welt в заметке под названием "В России пробудилось гражданское общество". - Накануне только в Москве на Болотной площади собрались до 100 тысяч человек в знак протеста против фальсификаций на парламентских выборах и против путинского режима. Это была крупнейшая демонстрация за последние 12 лет - и она прошла мирно".

То, что за неделю, прошедшую с выборов в Государственную думу, Россия изменилась больше, чем за все годы путинского правления, с удивлением отмечают авторы подавляющего большинства зарубежных изданий. "Наемники, либералы с бороденками, шакалящие у иностранных посольств - как только не называл представителей российской оппозиции Владимир Путин, - пишет американский еженедельник Time. - Но никогда прежде оппозиция не представляла угрозы для его правления. Теперь все может измениться".

Отныне Кремль не сможет игнорировать оппозиционеров или просто отмахиваться от них, раздавая хлесткие прозвища и изобретая обидные эпитеты, уверены журналисты Time, и с ними склонны соглашаться и авторы других западных СМИ. В связи с этим возникают два вопроса: как будет развиваться протестное движение после Болотной и, главное, как отреагирует российское руководство на эту внезапную активизацию гражданского самосознания?

Тахрир по-московски

"Масштаб сегодняшних митингов в Москве и других городах России делает 10 декабря крупнейшим днем гражданского протеста с начала путинской эпохи, - пишет британская The Independent. - Но главный вопрос теперь: что дальше?" Автор отмечает, что хотя все участники митингов в России выступают за отмену статус-кво, лишь небольшая их часть готова поддержать "маргинальных лидеров оппозиции, таких как Борис Немцов", а у Алексея Навального, единственного человека, который пользуется широкой народной поддержкой, нет никакого политического опыта.

"Получить разрешение на столь масштабный антиправительственный митинг - дело для России неслыханное, - продолжают авторы заметки. - Это означает, что господин Путин пытается продемонстрировать миру, что готов мириться с отдельными, контролируемыми проявлениями инакомыслия". Но в остальном, отмечают они, власти изо всех сил старались помешать проведению митинга, рассылая спам на сайты оппозиционных движений, а участникам угрожая опасностью заражения гриппом и призывом в армию.

Между тем, большинство изданий увидело в российской "революции сытых" предпосылки для оформления мощного и всеобъемлющего протестного движения, подобного тому, которое в начале 2011 года накрыло арабский мир. Охочие до запоминающихся ярлыков журналисты уже придумали для будущего народного восстания несколько названий, в частности - "Снежная революция" и "Русская (или "Славянская") зима".

В противовес авторам, которые указывают на отсутствие в России серьезных оппозиционных лидеров, приверженцы этой точки зрения пишут о внеидеологическом характере митингов "За честные выборы". "Как такое могло произойти, непонятно, - удивляются авторы The Wall Street Journal. - Среди участников акции протеста и выступавших были и представители Коммунистической партии, и националисты, и защитники прав сексменьшинств. Их сплотило негодование по поводу вопиющих фальсификаций на выборах, а в числе их требований - пересчет голосов на выборах 4 декабря и отставка премьер-министра Путина".

Читателей, избалованных миллионными толпами на площадях Египта и Туниса, западные СМИ спешат заверить: пятьдесят тысяч человек, которые вышли на Болотную площадь в Москве 10 декабря, - событие для российской столицы беспрецедентное. "На общемировом фоне эти цифры могут показаться незначительными, - пишет московский корреспондент BBC News, - но для Москвы это очень и очень много. Владимиру Путину никогда не приходилось сталкиваться с народными выступлениями такого масштаба. За годы у власти он привык считать себя самым популярным и самым могущественным политиком в России".

"Значение момента переоценить невозможно, - резюмирует автор. - Может быть, смертельного удара по правительству господина Путина митингующие и не нанесли, но это безусловно самый тревожный звонок, полученный им за 12 лет пребывания у власти".

Австрийская Wiener Zeitung и вовсе считает, что одно то, что россияне пересилили страх перед властью и решились выйти на массовую демонстрацию, свидетельствует: руководство страны скоро получит собственный Тахрир.

Кремль выжидает

Относительно того, как именно российские власти собираются действовать в новых условиях, мнения выдвигаются различные. Например, журналисты The Guardian сочли, что митингующие уже вынудили правительство пойти на ряд уступок. Это выразилось и в том, что власти согласились на многотысячный антиправительственный митинг в центре Москвы, и в том, что этот митинг показали все государственные каналы.

А вот авторы Time склонны полагать, что власти попросту хотят дать оппозиционерам возможность выпустить пар. Правящая верхушка РФ, пишет издание, разделилась на два лагеря: представители первого (и наиболее многочисленного из двух) считают, что действенным ответом станет быстрое и решительное подавление выступлений, запрет на новые демонстрации и, при необходимости, их силовой разгон. Есть, однако, и меньшинство, которое надеется, что протестное движение выдохнется само по себе.

Из того, как российские власти действовали в ходе митингов 10 декабря, авторы заключают, что возобладал, по крайней мере пока, второй, умеренный подход. Ведь то, что полицейские не применяли силу против митингующих, означает лишь, что такой приказ они получили сверху, а вовсе не то, что "полиция с народом". Того же мнения придерживаются и авторы колонки в британской The Times, которые отмечают, что госканалы, которые, как и в советские времена, остаются важнейшим политическим инструментом режима, могли показать кадры с митингов только по решению, принятому на самом верху.

Действиям властей авторы газеты дают три объяснения. Первое - Путин просто выжидает, пока страсти не утихнут, чтобы потом разобраться с оппонентами. Второе - вероятно, что египетский опыт научил его осторожности, и он пойдет на незначительные уступки, например, уволит кого-то из непопулярных чиновников, чтобы спасти свой рейтинг. Третье - Путин осознает, что его возвращение в Кремль можно будет оправдать только демократизацией политической жизни и жесткой борьбой с коррупцией и беззаконием. К несчастью, эта версия представляется журналистам наименее убедительной из трех.

Мир00:01Сегодня

«Человека убивали за неправильную считалочку»

От Чечни до Украины: он прошел все войны бывшего СССР и готов о них рассказать