Страсти хопровы

Россию захлестнула волна экологических протестов

Митинг в Новохоперске. Фото с сайта "Движения в защиту Хопра"

Еланское и Елкинское месторождения под Воронежем - последние крупные залежи никеля в Европе - стали жителям воронежского Новохоперска поперек горла. Если весной уроженцы городка на реке Хопер грозились в знак протеста против строительства в области рудника перекрыть федеральную трассу, то 6 августа Новохоперск митинговал против добычи никеля уже почти целиком. Резонансный митинг в Новохоперске мог бы стать серьезной заявкой на формирование в стране "зеленого" движения, если бы подобная схема организации "экологического протеста" ранее не применялась во множестве других регионов России.

Будь мужиком, спаси Хопер

Склока в Воронеже началась с корпоративного конфликта. В конце декабря 2011 года правительство России распорядилось провести конкурс на разработку Еланского и Елкинского медно-никелевых месторождений, запасов которых хватит на несколько десятилетий интенсивной добычи. К этому моменту основные претенденты на месторождения были уже известны - Уральская горно-металлургическая компания (УГМК) и "Норникель". При этом гигант из Норильска считался наиболее вероятным победителем конкурса, поскольку сам же его и инициировал. Компания, однако, как писала газета "Коммерсантъ", сочла предложенную правительством России конкурсную форму торгов непрозрачной, поэтому стала добиваться проведения аукциона на выгодных для нее, как для более богатой компании, условиях. С предложением провести аукцион вместо конкурса вроде бы даже согласился премьер Владимир Путин, однако в последний момент все отыграли назад: 22 мая был проведен конкурс. УГМК победила, а "Норникель" проиграл.

Норильскую компанию, которая, к слову, является крупнейшим производителем никеля в мире, провал в конкурсе мягко говоря, расстроил. В "Норникеле" проводившую конкурс комиссию обвинили в необъективности, а также обещали приложить все усилия для изменения ситуации в свою пользу. УГМК и "Норникель" включились в информационную кампанию, а разнообразные эксперты ударились в конспирологические изыскания. Однако уже в начале июля "Норникель" отказался от борьбы за воронежскую руду (и от соперничества с УГМК).

"В условиях, когда жители Воронежской и Волгоградской областей консолидировано высказываются против промышленного производства на территориях, прилегающих к Новохоперскому заповеднику, руководство ГМК "Норильский никель" с пониманием относится к тревожным заявлениям экологов и считает невозможным  выступать против такой позиции населения", - заявили в компании, которая к этому моменту уже и не имела никаких прав претендовать на разработку Еланского и Елкинского участков. С этим норильский инвестор, элегантно лягнув в бок УГМК, самоустранился из конфликтного информационного поля, оставив конкурента один на один с разгневанными жителями Воронежской области. Надо признать, что повод свалить в "информационные" кусты у "Норникеля" был более чем серьезный. Движение против разработки никеля в Воронежской области к этому моменту окрепло настолько, что всякому, кто претендовал на разработку Еланкинского и Елкинского месторождений, оно грозило серьезными репутационными рисками.

Митинг в Новохоперске, август 2012 года. Фото с сайта
Митинг в Новохоперске, август 2012 года. Фото с сайта "Движения в защиту Хопра"

Противники инвестпроекта утверждают, что добыча никеля в Новохоперском районе нанесет ущерб Хоперскому заповеднику, созданному более 70 лет назад для защиты от вымирания русской выхухоли, а также может загрязнить речку Хопер, которая является притоком Дона. И основания опасаться за экологию района у жителей Воронежской области, безусловно, есть. Так, глава общественного совета по контролю за разработкой месторождений профессор ВГУ Николай Чернышов в марте, перечислив безусловные выгоды от проекта для Воронежской области, отмечал, что в случае, если инвестор не будет соблюдать жесткие экологические ограничения, разработка месторождений может загрязнить реки и уничтожить черноземные почвы в районе.

В апреле поддержать протестующих в Воронеж прибыла лидер движения в защиту Химкинского леса Евгения Чирикова, обещавшая "вывести проблему на общероссийский уровень", но воронежские активисты, похоже, прекрасно справляются со своей задачей и без помощи московской гостьи. Акции протеста в области начались еще до объявления в мае результатов конкурса, а в апреле экологические активисты пытались провести в регионе референдум по вопросу разработки Еланского и Елкинского месторождений. Пыл защитников Хопра не остудило даже то, что по закону референдумы можно проводить только в масштабах страны: если в середине мая в Борисоглебске, по данным полиции, на митинг собралось около тысячи человек, то в начале июня в 65-ти тысячном городе на улицы вышли, по разным оценкам, от 5 до 10 тысяч человек. В июле в пятитысячном селе в Новохоперском районе, неподалеку от которого расположено возможное места разработок, на митинг вышли до 3 тысяч человек.

К требованиям запретить разработку никелевых месторождений в Воронежской области вскоре присоединились жители города Урюпинска из соседней Волгоградской области. В конце мая на главной площади города собрались, по разным оценкам, от 2 до 4 тысяч человек, чтобы запретить освоение никелевых месторождений. С народом на площадь пришли мэр города и представители местных партий, включая "Единую Россию". Резолюция, принятая на митинге, с подписями 10 тысяч человек была направлена президенту РФ Владимиру Путину, а также в Генпрокуратуру. Свое требование законсервировать никелевый проект собравшиеся объяснили тем, что "обеспокоены судьбой реки Хопер". В УГМК тем временем обещали применять самые передовые технологии, отмечая, что до реальных работ на месторождениях дело дойдет лет эдак через девять.

В конце июня не стихающие акции протеста вынудили вмешаться в ситуацию губернатора Воронежской области Алексея Гордеева. Глава области, еще недавно бывший ярым сторонником добычи никеля, сулившей значительные поступления в бюджет, заявил, что хотя и видит вокруг привлекательного для области проекта "спекуляции безответственных политиканов", но не допустит разработки месторождения "без достижения общественного согласия". Губернатора услышали, но протестующие и не подумали сворачивать свою активность. Жители Новохоперска, еще в мае отметившиеся попыткой перекрыть федеральную трассу, 6 августа вновь собрались на митинг движения "В защиту Хопра" в количестве то ли двух с половиной то ли пяти тысяч человек. Участники акции решили поучаствовать в сборе 100 тысяч электронных подписей против добычи медно-никелевых руд в Центрально-Черноземном районе.

Экология протеста

Протестные акции экологов в России случаются регулярно: на сайте Общественной палаты, к примеру, существует неполная, плохо систематизированная, но все же впечатляющая "летопись" борьбы россиян за экологию. Та же УГМК столкнулась с резким недовольством со стороны населения во Владикавказе, где экологические активисты более или менее регулярно протестуют против деятельности завода "Электроцинк". Экологи и их сторонники обвиняют руководство предприятия в том, что оно загрязняет атмосферу, в ответ на что администрация в специальных листовках обвиняет экологов в том, что они хотят лишить работы сотрудников "Электроцинка". И если акции протеста экологов во Владикавказе сложно назвать серьезными, то в других регионах протестная риторика, замешанная на экологической теме, принесла удивительные для России результаты.

В 2010 году в Хакасии экологи и общественные активисты выступили против строительства кремниевого завода в Абакане, вынудив республиканские власти поставить крест на проекте. С учетом того, что его намеревалось реализовать ООО "Русский кремний", контролируемое столь влиятельным в Хакасии человеком, как Олег Дерипаска (на территории республики располагаются подконтрольные "Русалу" Дерипаски Саяногорский и Хакасский алюминиевые заводы), нетрудно представить, что для главы Хакасии Виктора Зимина это решение стало, мягко говоря, вынужденным. После того как в июне 2010 года на митинг против строительства завода в 165-тысячном Абакане вышли почти 7 тысяч человек, местная фракция "Единой России" и мэрия города в едином порыве протащили через городской совет Абакана законодательную инициативу, которая фактически заблокировала возможности для строительства завода в городской черте.

Митинг против строительства кремниевого завода в Абакане, июнь 2010 года. Фото xakac.info
Митинг против строительства кремниевого завода в Абакане, июнь 2010 года. Фото xakac.info

Похожим образом развивались события в соседнем с Хакасией Красноярском крае, где экологическим активистам уже почти год удается блокировать проект по строительству Енисейского ферросплавного завода неподалеку от Красноярска. В октябре 2011 года в городе состоялся самый массовый за последние годы митинг с участием более 6 тысяч человек с требованием закрыть инвестиционный проект, инициированный федеральным центром и финансируемый на средства госкорпорации ВЭБ. Всю зиму с 2011 на 2012 год город был обклеен листовками с призывом не допустить строительства завода, а организаторы протеста заявляли о десятках тысяч собранных подписей противников проекта. В январе губернатор Красноярского края Лев Кузнецов, который сперва поддерживал строительство завода, был вынужден под давлением общественников объявить о разрыве соглашений с инвестором - кемеровской компанией, блокировав в результате подписанные премьером Путиным соглашения с Пекином на поставки оборудования под проект. Летом в Красноярске прошли общественные слушания по этому вопросу, на которых большинство горожан высказалось против возведения предприятия.

Аналогичную ситуацию можно наблюдать и с проектом строительства похожего по технологии ферросплавного завода в Новокузнецке, где протесты населения вынудили инвестора и власти Кемеровской области приостановить проект до проведения международной экологической экспертизы. И даже местный политический тяжеловес Аман Тулеев, изначально поддерживавший строительство завода, был вынужден уступить напору протестующих.

Акции экологов в Абакане, Красноярске и Новокузнецке роднит с акцией в Новохоперске целый ряд схожих черт. Организаторами всех вышеперечисленных акций протеста являются безвестные как на федеральном, так и на местном уровне экологические активисты, которым за рекордно короткие сроки удается привлечь внимание местных жителей к экологическим угрозам и через короткий промежуток времени транслировать протестный потенциал в уличные акции. При этом для распространения информации активно используются уличная агитация, зачастую выполненная в едином стиле, и агитация в социальных сетях, преимущественно ориентированная на поддержание популистского дискурса, который не предполагает возможности диалога ни с местной властью, ни с инвестором, а исключительно нацелен на самовоспроизведение.

Разговор глухонемых

Все вышеперечисленные протестные проекты быстро становились важными элементами региональной политики, вынуждая местные власти солидаризироваться с чуждыми для них требованиями экологов. В результате именно местные власти, успев пару раз обвинить оппозицию в том, что она "политизирует проблему", затем, опасаясь потерять инициативу, сами взашей гонят еще недавно лелеемого ими инвестора, что обычно приводит к завершению протестных акций и скорому самораспаду активного ядра протестующих.

Получается, что политика здесь ни при чем. В пользу того, что организаторы экологических протестов не претендуют на электоральные дивиденды, указывает еще и то, что они в принципе и не ставят перед собой задачи принять участие в политическом процессе, довольствуясь ролью агента влияния на отдельном участке. Все попытки федеральных политических сил оседлать протест, что, в частности, пытался сделать лидер движения "Солидарность" Борис Немцов и защитница Химкинского леса Евгения Чирикова, провалились. Да и с местными партиями протестующие солидаризировались нехотя, скорее вынуждая тех искать поддержки у экологов, чем наоборот. Наконец, что бы ни говорили представители МВД и критики экологических акций, протесты и митинги проходили при активной поддержке местного населения. На улицы российских городов действительно выходили недовольные, их было по-настоящему много.

Митинг против добычи никеля в Воронеже, июнь 2012 года. Фото с сайта
Митинг против добычи никеля в Воронеже, июнь 2012 года. Фото с сайта "Движения в защиту Хопра"

Ранее никакое давление общественности не позволяло добиться отмены проектов, лоббируемых влиятельными промышленными группами. Тот же Байкальский ЦБК, спасенный в свое время от закрытия правительством РФ, работает и поныне, вопреки всякой экономической целесообразности и угрозе для Байкала. До сих пор крупнейшей победой "зеленых" можно было - и то с натяжкой - считать решение Владимира Путина о переносе нефтепровода ВСТО в сторону все от того же Байкала. Кстати, Дмитрию Медведеву повторить подобное не удалось: несмотря на то, что он на некоторое время все же приостановил вырубку Химкинского леса в Подмосковье, спасти лесополосу экологи так и не сумели. Тем более удивительны местные всплески экологического самосознания в условиях, когда в политической повестке дня экология практически не присутствует, а в партийном спектре представлена лояльной власти партией "Зеленых", которую в лучшем случае можно охарактеризовать как совершенно аморфное политическое образование.

На фоне этих провалов тот факт, что никто не пытается капитализировать политический эффект от успешной борьбы сибиряков с металлургическими производствами (и, похоже, в случае воронежских активистов - с никелевым), выглядит странно. Еще более странно, что мы даже не знаем имен тех, кто регулярно собирает под свои знамена тысячи человек и добивается с их помощью вполне конкретных результатов. Наконец, непонятно даже, действительно ли результат соответствует интересам митингующих. Пока что итогом всей этой активности является блокирование ряда инвестиционных проектов в промышленности. И даже то, что в некоторых из вышеперечисленных случаев протестующие добились отмены (как минимум - заморозки до лучших времен) не самых, мягко говоря, привлекательных с экологической точки зрения проектов, не отменяет того факта, что подобные выступления озабоченных экологией россиян могут быть использованы в интересах третьей стороны.

В экономической науке существует такое понятие, как экстерналия, или издержки от рыночной транзакции на третьих лиц. Экологический ущерб от инвестиционного соглашения как раз и относится к экстерналиям, как, впрочем, и улучшенное медицинское обслуживание, и улучшенная дорожная инфраструктура, которая возникает благодаря тому, что в результате причинившей экологический ущерб сделки в бюджет края значительно увеличиваются поступления. То есть издержки могут быть как положительными, так и отрицательными, а баланс между ними достигается на переговорах сторон. В ситуации же, сложившейся в Воронежской области, волна недовольства ведет к банальному блокированию диалога, манипулированием как местной администрацией, так и гражданским обществом. Позиция экологических активистов не позволяет краевым властям торговаться с инвестором, а также лишает жителей региона возможности не только получить долю финансового пирога, но и попытки трезво разобраться в "никелевой" проблеме.

Обсудить
TEHRAN, Nov. 19, 2015 (Xinhua) -- Iranian engineers work at the South Pars gas field at the southern Iranian port of Assalouyeh, Iran, Nov. 19, 2015. The South Pars/North Dome field is a natural gas condensate field located in the Persian Gulf. The South Pars or North Dome field is a natural gas condensate field located in the Persian Gulf. It is one of the world's largest gas fields, shared between Iran and Qatar. (Xinhua/Ahmad Halabisaz) (Credit Image: Global Look Press via ZUMA Press)
Photographer: © Ahmad HalabisazПризрачная угроза
Сможет ли иранский газ бросить вызов интересам России?
Real estate magnate Donald Trump waves as he leaves a Greater Nashua Chamber of Commerce business expo at the Radisson Hotel in Nashua, New Hampshire, May 11, 2011. Trump suggested Wednesday it's not much fun flirting with the idea of running for president in the face of relentless attacks and ridicule. REUTERS/Don Himsel/Pool (UNITED STATES - Tags: POLITICS)Прощание с иллюзией
Почему Трамп не мог оправдать надежд на нормализацию отношений с Россией
Желтую расу — в лагеря
Жизнь японцев, интернированных в США во время войны
Самый лучший президент
Американские историки составили список наиболее успешных руководителей страны
Мило ДжукановичИнтриги Черной Горы
Зачем Подгорица обвиняет Москву в попытке переворота
Продажи под прессом
Ретейлерам не удается реанимировать потребительский бум
Леонид Хазанов: Налоговая блокада
Или как облегчить экспорт металлургам
Детские деньги
Как открыть частный детсад и сэкономить
Сочи-2017
В бывшей олимпийской столице стартовал российский инвестиционный форум
Старые кирпичи, новые цены
Воскресший Nokia 3310 и таинственный Samsung: новинки Mobile World Congress
Допрос обвиняемого - митрополита Петроградского Вениамина на судебном процессе по делу об изъятии церковных ценностей, проходившем в зале филармонииСидеть!
Как молодая советская власть карала своих граждан
Ястреб сбит, ястреб сбит!
Пушка-ловушка, орлы и другие неожиданные способы уничтожить беспилотник
«Местные со мной два года не здоровались»
История программистки из Москвы, переехавшей в итальянские Альпы
Мимимиметр сломался
Азиатский бум на умилительных собак пришел в Instagram
Фильтр «зависть»
Звезда Instagram из Нью-Йорка показала изнанку интернет-славы
Я не знаю, как она это делает
Личный опыт: быть фитнес-звездой Instagram и многодетной матерью одновременно
Внедорожники для асфальта
Внедорожники, которые беспомощны на бездорожье, но круты во всем остальном
Автомобили, заслужившие «Оскар»
Машины, которым стоило бы вручить самую престижную кинопремию
Ружье и палатка: уникальные автомобильные опции
Инструменты, ружье, пылесос и другие необычные вещи в комплекте с машиной
Летают, но низенько-низенько
11 машин, способные ехать по любой поверхности. Точнее, даже не ехать
Бог простит
В церкви нашли квартиру с красной мебелью и портретами в стиле поп-арт
Дворянское гнездо
Один из самых шикарных в мире домов нашли в диком лесу
«Пусть меня захоронят в отравленную, но родную землю»
Почему люди отказываются покидать чернобыльскую зону: реальные истории
Поставили баком
Англичане сделали идеальный дом из резервуара для воды