Нет ресурса — нет диктатуры

Александр Лукашенко о скромности, Сталине и цене дружбы с Россией

Ежегодно, в течение последних десяти лет, президент Белоруссии Александр Лукашенко собирает на пресс-конференцию представителей российских, в основном региональных, СМИ, которых перед этим возят по республике и показывают им различные достижения народного хозяйства, исторические памятники и прочие достопримечательности. Корреспондент "Ленты.ру" побывал на такой пресс-конференции и попытался понять, что хочет сказать россиянам Лукашенко.

Экскурсия в прошлое

Каждый раз, попадая в Минск, не устаешь поражаться: кажется, что этот город, как впрочем и вся Белоруссия, как бы собран из игрушечного конструктора. Он как макет - широкие улицы, минимум людей на них, блеклые промышленные здания в самом центре города, соседствующие со сталинскими кварталами, ратушей, костелами и прочими признаками католической Европы. Возможно, не проводи руководство республики столь откровенно ориентированную на советские времена политику, Минск уже сейчас был бы сродни Праге или Кракову. Но не сложилось: в глазах Запада Белоруссия - обитель зла, здесь правит "последний диктатор Европы", как любят величать Александра Лукашенко в Брюсселе и Вашингтоне.

"Диктатору", и это вполне объяснимо, не нравится, что за пределами республики его воспринимают как одно из олицетворений Саурона. Со своими-то согражданами сложностей нет: работа с инакомыслящими здесь проводится в оперативном порядке, и не сказать, чтобы драконовскими методами. Сказывается все та же "игрушечность" режима. Лукашенко - не восточный тиран, он не расстреливает демонстрации и не грозит миру обогащенным ураном. Но при этом все равно служит пугалом для западной общественности. Президент Белоруссии с таким статусом не согласен и при каждом удобном случае пытается намекнуть оппонентам на бревно в их собственном глазу. При этом в самой республике идет широкая пиар-кампания, нацеленная на потенциальных туристов и инвесторов: добро, мол, пожаловать в Республику Беларусь.

Основной мишенью этой кампании являются россияне - они не так часто смотрят новости BBC News, чтобы пугаться "последнего диктатора". Российский капитал обеспечивает львиную долю инвестиций в экономику Белоруссии, а российские туристы - выручку минских баров и казино. С 2003 года Лукашенко, и так неплохо представленный в российском медиа-пространстве, по осени собирает более сотни журналистов, представляющих в основном регионы РФ, и удовлетворяет их любопытство на специальной пресс-конференции.

Общению президента с работниками российских СМИ предшествует их вывоз на различные объекты в областях республики - это может быть и кукурузно-калибровочная фабрика в Ивацевичах, и Дворец спорта с гребным каналом в Бресте. Вояж россиян их белорусские коллеги отслеживают предельно тщательно: репортажи о поездке делегации идут едва ли не первыми в выпусках новостей, у журналистов из российских регионов берут интервью, в которых они делятся впечатлениями от увиденного, как правило положительными. Чупакабра, новый состав парламента, визит в Белоруссию патриарха Кирилла, очередной триумф Виктории Азаренко, переизбрание Уго Чавеса и пресс-тур российских журналистов - вот главные темы минувшего уикенда.

Отягощенных впечатлениями и угощениями работников российских СМИ, которых некоторые оппозиционные белорусские издания называют просто "халявщиками", накануне пресс-конференции везут на званый ужин к председателю Минскгорисполкома. По этой причине на общение с президентом некоторые из них выходят немного квелые, и связанные с этой ситуацией шутки уже успели обрасти бородой среди (почти постоянных) участников пресс-тура. Как например, случай с одним из представителей пишущей братии, который попытался пронести на встречу с президентом чекушку водки.

Работа с прессой у "последнего диктатора" поставлена на должном уровне, и не сказать чтобы охрана у него особо усердствовала - чувствуется высокий профессионализм. Недаром секьюрити Лукашенко регулярно выигрывают чемпионаты, проводимые среди их коллег из стран СНГ. Одна рамка металлоискателя, перед которой нужно расстаться с мобильным телефоном, и бродящий где-то на периферии пес - вот, собственно, и все видимые глазу предосторожности. С другой стороны, и средний возраст журналистов, чего уж там говорить, не располагает к каким-то буйным поступкам - на встречу с Лукашенко зачастую едут люди, освещавшие еще если не взятие Берлина, то уж точно - полет Юрия Гагарина.

Разговор по душам

Зная некоторые привычки главы российского государства, вздыхаешь с облегчением, понимая, что уж в пунктуальности Александр Лукашенко даст Владимиру Путину серьезную фору - он появляется в президентском зале Национальной библиотеки всего лишь с 15-минутным опозданием. Присутствующие дружно встают, но радует, что обходится без аплодисментов. Лукашенко сразу заявляет, что готов искренне ответить на все, даже самые неприятные вопросы. Впрочем, протокольности мероприятия эти слова не отменяют, как и постоянные жаргонизмы в ответах президента: только слово "дерьмо" из уст белорусского лидера прозвучало не менее трех раз, что для подобного мероприятия, согласитесь, перебор.

Самые скучные вопросы, адресованные Лукашенко, касаются строительства Союзного государства. Другими они быть и не могут, что следует из ответов президента, признавшего, что еще в начале 2000-х годов процесс сближения Москвы и Минска попал в полосу стагнации и конца-края этой полосе пока не видать. Со слов президента, Белоруссия готова принять все интеграционные инициативы восточного соседа, но после того как в Кремле отказались от идеи совместной конституции, "произошел слом". При этом никаких претензий в адрес российского руководства Лукашенко на этом этапе беседы не высказывает. Он вообще настроен крайне миролюбиво: Белоруссия, этот "клочок земли", готова дружить со всеми, поскольку здесь прекрасно понимают свое место в окружающем мире и "не страдают глобализмом". И уж тем более готова дружить с Россией. Пусть "некоторые россияне и любят кушать свой картофель", мы - все равно один народ, утверждает президент.

И политические системы двух стран, по мнению Лукашенко, тоже идентичны, только, уточняет он, в Белоруссии "все более честно, открыто и пожестче". "Когда встал вопрос после двух президентских сроков (Лукашенко находится у власти уже четвертый срок), то мы переписали конституцию, а не устраивали комбинации", - раскрывает президент смысл выражения "честно и открыто". Еще одно существенное отличие - Лукашенко категорический противник выборов по партийным спискам, то есть российская практика в этой части для него непонятна. В республике, по его словам, есть только две партии, которые знакомы избирателю - Компартия и Белорусский народный фронт. Что же касается прав человека и все прочих либеральных ценностей, то из всех прав белорусский лидер признает только три: право на жизнь, право на труд и право на достойную зарплату. Все остальное - баловство. "У вас выборы - большие деньги и шоу, у нас - праздник", - заявляет президент, поминая выборы еще советских времен. По его мнению, Россия взяла что-то из западных демократических традиций, до чего белорусы "не доросли и не хотели бы". "Нельзя быть чуть-чуть беременным", - резюмирует Лукашенко, намекая на половинчатость российских реформ.

Отвечая на вопросы экономического характера, Лукашенко постоянно обращается за подтверждением приведенных цифр к членам правительства, которые сидят тут же и оперативно уточняют озвученные президентом цифры. Слушая Лукашенко, прямо диву даешься, как Белоруссия, не имея запасов природных углеводородов, умудрилась пережить несколько кризисов и с голоду, вроде бы, не умирает. Батька любит подчеркнуть: дескать, дали бы нам, как Греции, 100 миллиардов евро или будь у нас столько газа, сколько в Казахстане или в России, то жила бы республика в раю. Пустите хотя бы качать нефть в России, практически упрашивает президент присутствующих, а то англичане или американцы качают, а мы из Венесуэлы возим - непорядок.

То же самое касается и приватизации белорусских предприятий. "Отдадим нефтеперерабатывающий завод, но вы дайте скважину", - предлагает Лукашенко. Но по ходу дела сам себе и отвечает: не будет такого равноправия, поскольку в России тоже "не дураки".

Рассказывая о приватизации, Лукашенко привел забавный случай, когда к нему явился некий человек по имени Миша, представляющий российских олигархов, и предложил 15 миллиардов долларов за "Беларуськалий". Мол, 10 миллиардов за предприятие, а 5 туда, куда скажет белорусский президент. Предложение, понятное дело, было отвергнуто (иначе бы Лукашенко о нем не распространялся). "Продадим все, но вы предложите нормальные деньги", - горячится Батька. Вообще рыночная экономика его настораживает. По собственному признанию Лукашенко, его уже 20 лет мучит "шальная мысль", что эту экономику "нам подкинули", чтобы все развалилось. "Но мы пошли своим путем, - заявляет президент, - иначе бы превратились в киргизов, которые все продали и до сих пор мучаются". На сегодняшний день главные принципы белорусской экономики таковы: процесс приватизации сдерживается, но частная собственность приветствуется (свои принципы управления страной Лукашенко формулирует словами "честность и справедливость").

Из ответов Лукашенко явственно следует, что большие надежды он возлагает на Таможенный союз и Единое экономическое пространство. И это понятно, учитывая, что Казахстан с Россией являются крупнейшими добытчиками нефти и газа. Казахстан-то вообще "всегда будет востребован", считает Лукашенко. В то же время форсировать интеграционные процессы в Минске не намерены. Но если, например, с инициативой создания единого парламента будут выступать в Астане, то белорусы эту инициативу поддержат.

Если на вопросы, связанные с политикой и экономикой, Лукашенко отвечает предельно собранно, хотя его риторические таланты (и это без иронии) позволяют постоянно переключаться с темы на тему, то при разговоре "о разном" он выглядит скорее расслабленным и даже благодушным. "Отдайте нам Кубок Кремля, а то смотришь - это же позорище, когда два человека на трибунах" - это он о своих впечатлениях от просмотра по телевизору известного теннисного турнира в Москве; "Это надо же обкакавшись выйти на поле", - о результате футбольного матча Белоруссия - Испания (0:4), билеты на который, к слову, распространяли в обязательном порядке и в итоге собрали аншлаг на 40-тысячном стадионе; "Лучше они будут какую-то порнуху показывать, чем новости из Белоруссии", - про методы работы некоторых российских СМИ; "Если я беру на работу 45-летнего, то он должен быть семи пядей во лбу, если 30-летнего, то только вундеркинда", - про кадровую политику белорусского руководства; "Работал на "Енисее", потом был комбайн "Дон", вот там мы мучились с гидравликой", - про стародавнюю работу на сельхозпредприятии; "Я дом свой первый сам построил, дерево посадил, троих сыновей, как это правильно сказать, сделал", - про жизненный опыт. Заговорив об одном из бывших руководителей израильской спецслужбы "Моссад", которому делали операцию по пересадке печени в минском Центре трансплантологии, Лукашенко спрашивает у подчиненных: "А он жив еще?" И в ответ на смешки журналистов поясняет: "Ну так уже десять дней с операции прошло".

Православно настроенный журналист спрашивает про "волну богохульства", прокатившуюся по Украине и России, и интересуется, не считает ли Батька нужным дать всем провокаторам по "рогам и копытцам". Лукашенко считает, что и на Pussy Riot и на Femen надо реагировать так, чтобы на "ровном месте не создавать проблем и из дерьма не делать героев". Потом вспоминает, что Femen приезжали и в Белоруссию, причем после устроенного приема вторичного визита не намечается. "Имея в виду эту группу (Pussy Riot), надо было подумать или посоветоваться с нами - у нас есть горький опыт работы с такими политическими группами", - заявляет президент, но секретами опыта не делится, предпочитая говорить загадками. "Приезжали к нам какие-то голые женщины с Украины. И меня изображали, ходили и телепались тут. Хотя у меня грудь на их не похожа", - это уже о Femen. Сами украинки после того визита заявили, что их похитили сотрудники КГБ, но, по словам Лукашенко, белорусские власти лишь "подобрали момент" и "они больше не приезжают".

Себя Лукашенко пытается выставить не особенного богатым, но гордым человеком со скромными запросами. Личный водитель, дескать, уговорил его не ездить на подаренном в России "майбахе", поскольку люди такой роскоши не поймут. Президент Белоруссии также не считает себя равным Владимиру Ленину и Иосифу Сталину, ему до них еще "топать и топать". Речь идет, разумеется, не о количестве пролитой советскими вождями крови, а о том, что задачи перед ними стояли намного более масштабные, а сейчас, мол, их свершения всякие "Иваны, не помнящие родства" демонизируют. "Меня тоже хаять будут", - все же не может удержаться от сравнения Батька.

Видно, что по примеру прочих вождей Лукашенко равняет себя со всей страной. Она тоже, по его словам, не особенно богатая, но гордая и со скромными запросами, которые усилиями властей и народа обеспечиваются. Себя президент называет "социалистом", он даже общественную организацию "Белая Русь", которую многие рассматривают как будущую партию власти, предложил назвать Социалистической. В республике, убежден Батька, "только ленивый не может нормально заработать", просто местные традиции не позволяют выставлять свое богатство напоказ. При этом президент искренне убежден, что если в Белоруссии ввести двойное гражданство с Россией, то из сопредельной страны хлынет волна желающих пожить местной жизнью. Вообще процесс "массового переселения зажиточных россиян" в Белоруссию поначалу Лукашенко "напрягал", но, поразмыслив, он решил, что для республики от этого будет только польза - деньги опять же таки. В качестве примера такого переселения президент приводит Сергея Доренко, купившего в Белоруссии недвижимость.

Что касается критики и титула "последнего диктатора Европы", то давление Запада, по словам президента, это цена белорусско-российской дружбы и следствие того, что у республики нет нефти и газа. На Саудовскую Аравию же не давят? Вообще "нефть и газ" из уст Лукашенко звучит как мантра. Видно, что ему обидно: и углеводородов нет, и в диктаторских замашках обвиняют. "А у нас ресурса нет - какая диктатура?!"

Но, несмотря на нападки Запада, Белоруссия готова нести груз критики, тем более что у Лукашенко "нет никаких проблем с руководством России". "Вы не волнуйтесь, мы выпрямимся", - говорит президент и про Россию, и про Белоруссию. После более чем четырех часов конференции этому уже, правда, хочется верить.