Докторская ажитация

Правительство утвердило новую систему присуждения ученых степеней

Защита кандидатской диссертации в Самарском государственном техническом университете
Фото: официальный сайт

30 сентября правительство РФ утвердило новый порядок присуждения ученых степеней кандидата и доктора наук. Этот документ стал первым в череде постановлений и положений, которые призваны повысить качество диссертаций, подготовленных российскими учеными, и затруднить защиту откровенно липовых работ. Его статьи не столько меняют существующую систему присуждения ученых степеней, сколько упрощают поиск плагиата еще на стадии предзащиты и вводят механизм лишения степени, фактически отсутствовавший ранее.

Об изменении в системе научной аттестации Минобрнауки и подведомственная ему Высшая аттестационная комиссия задумались зимой 2012-2013 года на фоне скандала вокруг Московского педагогического государственного университета, где, как выяснилось, защищались фальшивые диссертации, и вспыхнувшего интереса со стороны общественности к поиску некорректных заимствований в научных работах. Специальная комиссия, созданная министерством для проверки попавшего под подозрение диссертационного совета Д212.154.01, нашла множество нарушений в его деятельности, но затем столкнулась с двумя обстоятельствами.

Во-первых, в действующем ныне положении о присуждении ученых степеней (новое вступит в силу только 1 января) не был прописан механизм их лишения — в документе говорилось лишь, что этот порядок устанавливается министерством, а принимать решение о лишении степени должен был либо диссовет, в котором защищалась работа, либо само Минобрнауки. А во-вторых, срок давности для лишения ученой степени, вне зависимости от характера нарушений, допущенных при защите диссертации, составлял всего три года, и поэтому авторов работ, защищенных до 2010 года, — даже если сами работы были списаны слово в слово, — лишить степени можно было только через суд (это специально оговаривалось в документе).

По новым правилам (.pdf) трехлетний срок давности снова заменяется на десятилетний, существовавший до 2011 года. Правда, если тогда сокращение срока имело обратную силу, то у нынешнего увеличения ее не будет. Многие уже задались вопросом, почему правительство устанавливает именно десятилетний срок, а не, к примеру, пожизненный, как в других странах. На это глава ВАК Владимир Филиппов ответил, что он не знает «ни одной статьи Уголовного кодекса, где говорится о бессрочности» и что «у нас все имеет какой-то срок давности». В свою очередь премьер-министр Дмитрий Медведев заявил, что новый десятилетний срок давности не будет иметь обратной силы, «чтобы не взрывать ландшафт этих диссертаций». Что именно имел тут в виду председатель правительства, неизвестно.

Проводить аналогию между этикой научного сообщества и Уголовным кодексом несколько странно (не говоря о том, что такие статьи УК РФ, как геноцид и экоцид, на самом деле не имеют срока давности). Человек, получивший ученую степень, по идее, пользуется бóльшим уважением в глазах коллег; однако это уважение нужно поддерживать активной научной работой, причем постоянной, а не в течение трех или десяти лет. Научная этика не имеет срока давности, и попытка чиновников ввести искусственное ограничение довольно нелепа. Получается, что, например, врач, получивший степень за недобросовестную диссертацию и фактически обманывающий пациентов в отношении своей квалификации, по логике чиновников, не сделал ничего предосудительного. Если, конечно, его научная работа уже успела стать частью «ландшафта диссертаций».

Впрочем, куда интереснее, чем введение десятилетнего срока давности, то, что в новом положении подробно описан порядок лишения степени. Теперь человек (или организация), желающий пожаловаться на необоснованное присуждение кому-то ученой степени, должен подать заявление в Минобрнауки. Ведомство — если жалоба подана корректно и если ранее по этой диссертации еще не выносилось соответствующее решение — передает заявление в диссертационный совет, в котором проходила защита (или в другой диссовет по той же специальности, если старый уже закрыт). Диссовет рассматривает жалобу и возвращает ее в министерство, которое, в свою очередь, передает ее в экспертный совет (в новом документе постоянно фигурируют экспертные советы — без уточнения, о чем идет речь; скорее всего, подразумеваются экспертные советы при ВАК). Заключения двух советов, экспертного и диссертационного, передаются (вновь при посредничестве Минобрнауки) в ВАК. Если мнения советов расходятся, то ВАК может отправить диссертацию в еще какой-нибудь диссовет для дополнительной проверки. В итоге, если экспертный совет поддерживает лишение степени, то ее обладателя приглашают на заседание ВАК, по итогам которого комиссия принимает рекомендацию о лишении (или сохранении степени). И уже на основании этой рекомендации окончательное решение выносит Минобрнауки.

Аналогичный механизм предусмотрен и для апелляций, посвященных нарушению порядка защиты диссертации, с той лишь разницей, что срок для подачи жалоб (как и в предыдущем варианте правил) составляет два месяца с момента защиты и что в случае удовлетворения апелляции диссертант вправе вновь защищать ту же самую работу.

Введение четкого механизма, — если, конечно, он будет работать, — позволит лишить степени всех тех, кто защитил диссертации с большим количеством некорректных заимствований или с несуществующими публикациями в течение последних трех лет, — а не только тех, кому не посчастливилось «проколоться» в диссовете Д212.154.01 при МПГУ.

Однако существенный недостаток прописанного в новом положении механизма заключается в том, что жалобы на неправомерно защищенную диссертацию предполагается подавать ровно в те же инстанции, которые перед этим присудили соискателю ученую степень, признав его работу достойной и не найдя в ней ни некорректных заимствований, ни несуществующих публикаций. Нынешняя практика подачи апелляций на решение о присуждении степени, как правило, сводится к бессмысленным «отпискам» от лица диссовета или ВАК, и, к сожалению, нет причин полагать, что с введением нового порядка хотя бы одна из трех инстанций (диссовет, экспертный совет и Минобрнауки) будет готова при поступлении жалобы признать свою ошибку, допущенную при рассмотрении диссертации.

В разгар скандала с липовыми диссертациями чиновники много говорили о необходимости введения репутационной ответственности для тех, кто выходит на защиту с фальшивыми диссертациями, руководит ими, оппонирует им или позволяет их защищать в своем диссовете. Новый порядок присуждения степеней, казалось бы, устанавливает такую ответственность: если диссертанта ловят на некорректных заимствованиях или на несуществующих публикациях — будь то до защиты или после нее, но до окончательного решения Минобрнауки о присуждении степени, — то текст его работы вместе с сообщением о том, почему ее автор так и не удостоился степени, в течение 10 лет должен быть доступен в интернете на сайте организации (как правило, вуза), при которой существует диссовет, рассматривавший работу. Отчасти на то же рассчитано и требование публиковать отзывы на диссертацию (которые, в случае наличия в ней плагиата, также остаются в интернете на 10 лет).

При этом стоит заметить, что репутационные механизмы, вообще-то, должны действовать в научном сообществе автономно, вне зависимости от принятого правительством документа, и маловероятно, что нововведения смогут напугать нерадивых диссертантов, — как не пугают их, например, многочисленные сообщения о нарушениях со стороны сообщества «Диссернет».

Положения о новом порядке присуждения степени направлены не только против откровенно списанных работ; они также призваны ужесточить требования к качеству всех диссертаций. В частности, теперь соискатель еще до защиты обязан будет выкладывать текст своей диссертации в интернет — предполагается, что это позволит всем желающим проверить ее текст на плагиат, а специалисты в соответствующей области смогут оценить оригинальность и глубину исследования диссертанта. Правда, непонятно, куда при этом обращаться, если в тексте найдутся неправомерные заимствования, и будут ли иметь последствия заявления коллег о том, что соискатель не заслуживает степени, так как не открыл ничего нового или его тема не является актуальной.

Видимо, для большего контроля за качеством работ увеличено и число необходимых для допуска к защите публикаций в «ваковских» журналах. Если раньше соискатель кандидатской степени должен был представить одну публикацию, а докторской — больше одной (точнее количество в действовавшем доныне порядке не указывалось), то теперь будущий кандидат наук должен будет иметь две публикации (а если он гуманитарий или экономист — то и три), а доктор — 10 (или, соответственно, 15).

Правда, для того чтобы это положение серьезно повлияло на качество диссертаций или хотя бы помогло усилить контроль за ними, отдельно следует разработать положение о научных статьях и журналах, рекомендованных ВАКом, поскольку кто будет следить за качеством их публикаций и какова будет ответственность за нарушения в этой области — непонятно. Пока лишь известно, что Минобрнауки подготовило проект новых требований к научным изданиям. Увеличение необходимого количества публикаций, кстати, чревато еще и увеличением расходов для соискателей. Уже сейчас — несмотря на официальное решение ВАКа, запретившего журналам брать деньги с аспирантов — многие жалуются на то, что бесплатно опубликовать свою статью практически невозможно. Проект новых требований к научным изданиям и вовсе снимает запрет на платные публикации.

Наконец, в новом положении о порядке присуждения ученых степеней уделяется внимание и предотвращению конфликта интересов. Согласно действовавшим доныне правилам, ограничения касались лишь отдельных должностей (например, ректор и проректор не могли защищаться в своем вузе). Новое положение носит более общий характер: оно распространяется на всех, кого можно заподозрить в конфликте интересов.

При разработке нового положения неоднократно говорилось также о том, что диссертационные советы, в которых защищаются недобросовестные соискатели, необходимо привлекать к ответственности. В итоговом документе есть пункт о том, что диссоветы «несут ответственность за объективность и обоснованность принимаемых решений», однако точно такой же пункт содержался и в предыдущем варианте. При этом в обоих документах не конкретизируется, в чем именно будет заключаться эта ответственность. Но Минобрнауки еще предстоит утвердить положение о диссертационных советах — возможно, именно там оно даст ответ на этот вопрос.

Пока же не принято это положение и пока не установлены новые требования к «ваковским» журналам, всерьез говорить о значимых изменениях в системе присуждения ученых степеней затруднительно.

И все же нельзя не отметить, что громкий скандал с липовыми диссертациями, вопреки обыкновению, не был замят, а привел к появлению нового положения о порядке присуждения ученых степеней. Этот документ, без сомнения, является значительным шагом вперед по сравнению с действующим сегодня. Он направлен на бóльшую открытость (взять хотя бы пункт об обязательной публикации всего, что связано с диссертацией, в интернете) и бóльшую четкость процесса (как в случае с подробно описанной процедурой лишения степеней). Его недостатки связаны в первую очередь с тем, что в России в принципе не принято разделять инстанции, отвечающие за проделанную работу, с инстанциями, рассматривающими жалобы на результаты этой работы, — и в этом смысле новое постановление правительства ничего не меняет: как участвовали в присуждении степеней диссовет, экспертный совет при ВАК и Минобрнауки, так и участвуют, хотя функции последнего теперь несколько расширены.

При этом в России уже есть пример иного подхода к защите диссертаций: в Санкт-Петербургском государственном университете с этого лета присуждают собственную степень «доктор СПбГУ». Пока что диссертанты одновременно получают обычную, ваковскую степень кандидата наук. Но как минимум у Минобрнауки теперь есть возможность учесть петербургский опыт в положении о диссертационных советах.