Тупик имени Дзержинского

Как КПРФ загнала себя в ловушку идеей восстановления памятника на Лубянке

Демонтаж памятника Дзержинскому на Лубянке. 22 августа 1991 года
Фото: Wojtek Laski / East News

КПРФ собиралась войти в думскую избирательную кампанию 2016 года с московским референдумом по социальным вопросам, а вместо этого оказалась перед неожиданным политическим выбором. Конфликтную тему о памятнике Дзержинскому, которую включили в вопросы плебисцита ради рекламы, Мосгордума сделала единственной. Перед коммунистами дилемма: ехать по проложенным для них рельсам к сомнительным результатам — или переключиться на новую проблему, которую надо еще найти и сформулировать.

Идею московского референдума КПРФ вынашивала долго. Еще в декабре 2013 года коммунисты заявляли о намерении провести референдум и болезненно восприняли то, что «Справедливой России» в том же декабре разрешили референдум по платным парковкам (который, впрочем, эсеры завалили, не собрав 146 тысяч подписей в поддержку своей идеи). В феврале 2015 года глава Мосгоркома Валерий Рашкин лично сдал документы на проведение референдума в Мосгоризбирком, потом коммунисты получили отказ, оспаривали его в суде и выиграли. Поставить перед гражданами предлагалось три вопроса: о реформе здравоохранения, о реформе образования и о восстановлении памятника Дзержинскому.

Пиар на весь мир

Первые две темы — повод поговорить о гибельности «курса правящей власти» и собрать бонусы на голосах униженных и оскорбленных. Тем более что почва для этого есть: сокращение медиков и слияние школ действительно вызывают немало волнений в умах москвичей. А вот вопрос о Дзержинском многие не хотели включать в список, но победила идея создать яркий информационный повод для СМИ. «Конечно, его взяли для пиара, — объяснял «Ленте.ру» один из причастных к организации референдума. — Смотрите сами: все газеты написали, что КПРФ разрешили референдум по Дзержинскому. Ну да, про школы и поликлиники мало кто упомянул, но могли бы и совсем не написать! А мы на Дзержинском и все остальное протащим».

Разговор этот состоялся после того, как 11 июня Мосгоризбирком, руководствуясь решением суда, был вынужден референдум разрешить и передать вопросы на утверждение в Мосгордуму. Коммунисты даже заподозрили тут подвох, но решили, что он кроется в сроках. После того как МГД даст добро на референдум, у партии есть всего месяц на сбор 146 тысяч подписей в поддержку своей инициативы. Это тяжелая задача. Эсеры референдум по парковкам завалили отчасти потому, что сбор подписей пришелся на новогодние праздники января 2014 года, когда гражданам было не до политики. Однако «красные» были готовы учесть эту ошибку и немедленно начали на встречах депутатов Мосгордумы с избирателями готовить почву: рассказывать москвичам о референдуме и загодя собирать подписи тех, кто потом может поставить автограф в настоящих подписных листах.

Реабилитация Феликса

Энтузиазм кипел недолго. 24 июня МГД виртуозно провела операцию по обращению пропагандистского оружия компартии против нее самой. Сначала депутаты признали вопросы референдума не соответствующими требованиям действующего законодательства. А потом представитель партии «Родина» Андрей Шибаев неожиданно предложил: а давайте Дзержинского оставим!

«У этого вопроса есть история: за неделю до заседания Думы было заседание комиссии по градостроительству и местному самоуправлению, на ней было много депутатов — не членов комиссии, и завязалась полемика, — рассказывает Шибаев «Ленте.ру». — Была высказана точка зрения, что народ уже выразил свою волю 22 августа 1991 года, демонтировав памятник. Я считаю, что это было революционное время, момент эмоциональных решений, к тому же участие в сносе принимали не все москвичи. Почему бы не дать им возможность еще раз высказаться?»

По словам Шибаева, предложенная им поправка о Дзержинском никак не была направлена против КПРФ. «Родинца» несколько обескуражило, что коммунисты после голосования Мосгордумы в знак протеста покинули зал. Источники «Ленты.ру» утверждают, что ставить КПРФ в дурацкое положение не планировалось, хотели просто стандартно отказать в референдуме «вчистую». Но в дело якобы вмешались депутаты из бывших силовиков, ностальгически относящиеся к Феликсу. Они-то и пролоббировали вынос этого вопроса на референдум.

На следующий день, 25 июня, проведение референдума по вопросу о памятнике повторно и окончательно утвердил Мосгоризбирком. Теперь у коммунистов есть 30 дней на сбор подписей — и буквально пара дней на то, чтобы понять, что их обыграли.

Налево пойдешь — электорат потеряешь

«Конечно, это способ увести компартию с более ресурсной повестки дня, — комментирует «Ленте.ру» президент фонда «Петербургская политика» Михаил Виноградов. — Вопрос про памятник — не самый интересный и для КПРФ не самый выигрышный. Я бы предположил, что до реализации идеи и проведения референдума дело не дойдет, так как мысль о восстановлении памятника более страшная, чем сам памятник». Вернуть Железного Феликса на Лубянку — этой страшилкой можно эффективно пугать либералов, подбрасывая им давно почившего основателя ВЧК вместо реальной повестки — налогов, зарплат и курса рубля. В разгар предвыборной кампании это может быть гораздо полезнее, чем сейчас.

Еще один немаловажный аспект: Дзержинский может расколоть электорат КПРФ. За коммунистов в последние годы голосуют и левые демократы, и молодежь, и просто протестно настроенные граждане. Мотивация их в переводе на вербальные термины примерно такова: «Это европейские умеренные коммунисты, у них в программе записано развитие малого бизнеса, а ГУЛАГи никто возрождать не будет». Референдум про одного только Железного Феликса может для многих разрушить эту иллюзию. В итоге КПРФ останется один на один со своим электоральным ядром — пенсионерами и завзятыми сталинистами, которых по независящим от компартии причинам с каждым годом становится все меньше.

Помимо этого, коммунисты подставляются под удар сразу с нескольких сторон. Во-первых, антипиар идейных противников: в интернете уже начался сбор подписей против восстановления памятника «садисту и убийце». А во-вторых, обвинения в транжирстве. Глава Мосгоризбиркома Валентин Горбунов заявил, что проведение референдума обойдется городу в 450 миллионов рублей. Посыл ясен: в тяжкий час кризиса «красные» готовы тратить народные деньги на своих идолов.

При любом развитии событий КПРФ получит цугцванг: не соберешь подписи — распишешься в провале, соберешь — окажешься в глазах всей страны чудаком, который восстанавливает памятники вместо того, чтобы заниматься актуальной повесткой. И результат волеизъявления, каким бы он ни был, ничего хорошего не сулит. Если москвичи проголосуют «против» памятника — это поражение КПРФ, если «за» — опять раскол электората и бешеный пиар либералов на акциях протеста. Однако Мосгорком упорствует в своем намерении провести референдум — и «спалить» на этом зря деньги, организационные ресурсы, энтузиазм своих волонтеров. Ведь сбор 146 тысяч подписей в сезон отпусков потребует и финансирования, и колоссального напряжения организационных возможностей, которым можно найти лучшее применение.

За недолгое время это уже второй раз, когда власти отбивают попытку КПРФ начать избирательную кампанию раньше конкурентов. Первый был тогда, когда компартия отказалась подписываться под идеей переноса думских выборов с декабря на сентябрь 2016 года. «Красные» собирались попиариться на запросе в Конституционный суд и предстать главными защитниками Основного Закона. Номер не прошел: запрос в КС отправил Совет Федерации, и широкие массы демократов не успели оценить по достоинству стойкость Геннадия Зюганова.

Души референдумные порывы

Прецедент с референдумом тоже не нов, — эту остановку КПРФ уже проезжала в 2005 году. Тогда у коммунистов под выборы в Мосгордуму родилась идея «народного референдума» аж по 17 вопросам — включая бюджет, приватизацию и другие острые темы. Инициативу поддержал тогдашний лидер «Родины» Дмитрий Рогозин, а Центризбирком «завернул» целых 15 вопросов, оставив всего два: о выборах Госдумы наполовину по одномандатным округам и о сохранении отсрочек от призыва в армию. КПРФ два года судилась и весной 2007-го получила определение КС, смысл которого заключался в том, что нельзя выносить на плебисцит вопросы, связанные с формированием бюджета текущего года. А следующего, стало быть, можно!

Геннадий Зюганов тогда обещал вернуться к референдуму, но времени не нашлось: сначала — федеральные выборы, потом — новая схема формирования бюджета на три года вперед потребовала дополнительных разъяснений КС. А через несколько лет и вопрос о возвращении в Думу одномандатников отпал сам собой (чему в новых политических условиях коммунисты уже не рады). Правда, про отсрочки от армии и сейчас никто не мешает проводить референдум. Даже удивительно, почему эту мало-мальски актуальную тему коммунисты спустили на тормозах, а Железного Феликса тащат за собой в кампанию.

Референдум был нужен КПРФ для того, чтобы фактически вступить в федеральную избирательную кампанию 2016 года. В Москве, с учетом численности избирателей, по мажоритарным округам будет разыгрываться не менее 16-17 мандатов, поэтому столичный горком мобилизуется раньше всех. Об этом говорит и то, что «красные» депутаты начали регулярные встречи с избирателями, — на них приходят как муниципальные избранники, так и федеральные, вплоть до самого Валерия Рашкина. Выборы в МГД-2014 показали, что такие встречи действительно способствуют росту рейтингов. Однако после отмены референдума про здравоохранение и образование на них не о чем будет говорить, поэтому коммунистам срочно нужна новая повестка. Вопрос в том, сможет ли партия быстро ее выработать — или верхом на Железном Феликсе поедет на борьбу с либеральными тенями к сомнительным электоральным результатам.