Рекруты на джихад

Средняя Азия и Россия становятся единым пространством для транзита исламистов

Бойцы ИГИЛ
Бойцы ИГИЛ
Фото: Reuters

Операция по ликвидации боевиков в Бишкеке и последовавшие за этим объяснения руководства Государственного комитета национальной безопасности республики заставляют задуматься о некоторых аспектах развития интеграционных процессов в евразийском пространстве. Сотрудники ГКНБ сообщили, в частности, что в центре столицы Киргизии были уничтожены члены экстремистской организации «Исламское государство», которые готовили нападение на российскую военную базу в Канте. Обвинять республики Средней Азии в экспорте терроризма, как это происходило прежде, бессмысленно. В последнее время все чаще выясняется, что боевики, воевавшие на территории Сирии и Ирака, а потом вернувшиеся в свои республики, были завербованы в России. Этот факт открывает необычайный простор для полемики: похоже, на постсоветском пространстве параллельно с ЕАЭС складывается еще один общий рынок — по трафику экстремистов, в особенностях которого попыталась разобраться «Лента.ру».

Региональный колорит

Радикальная экстремистская организация «Исламское государство» (ИГ, деятельность которой решением суда запрещена в Российской Федерации) уже перестала восприниматься в Средней Азии как что-то экзотическое, имеющее исключительно ближневосточный колорит. Узнаваемости бренда, безусловно, способствует невероятно интенсивная информационная работа, однако дело не только в пропаганде. Жители республик Средней Азии все чаще фигурируют в сообщениях СМИ как участники деятельности «Исламского государства» или, допустим, «Фронта ан-Нусра». Случаи вербовки новых сторонников, к сожалению, не единичны и носят скорее массовый характер; в сводках фигурируют жители всех без исключения республик Средней Азии и примкнувшего к ним Казахстана.

Есть в их числе и свои «звезды». Среди отправившихся в Сирию боевиков, например, оказался казахстанский спортсмен — капитан футбольного клуба «Акжайык» Айбек Губайдуллин. Из Таджикистана не так давно отправился воевать за террористические организации высокопоставленный сотрудник силовых органов — командир отряда специального назначения МВД Таджикистана, полковник Гулмурод Халимов — офицер с безупречной репутацией, проходивший стажировки в войсках специального назначения США и России, профессиональный снайпер и обладатель государственных наград республики. Киргизия пока не отметилась громкими «командировками», но известно, что на территорию Ирака и Сирии из этой страны отправляются целыми семьями, только по официальной информации в зону боевых действий из республики выехало 49 семей.

Данные о точном числе жителей Средней Азии, воюющих за ИГ и связанные с ней экстремистские организации, сегодня достаточно противоречивы из-за сложностей подсчета количества боевиков в Ираке и Сирии. Основными источниками информации о численности экстремистов являются сообщения представителей самой ИГ и ассоциированных с ней террористических групп (которые часто носят пропагандистский характер), обрывочные сведения, добытые журналистами и очевидцами (далеко не всегда достоверные). Также важны подсчеты правоохранительных органов и спецслужб государств Средней Азии и других стран, таких как Сирия и Турция. Однако эта информация часто остается закрытой для широкой общественности.

По приблизительным данным, сегодня на территории Ирака и Сирии сражаются около 1400 бойцов из среднеазиатских государств (в то время как вся многочисленная армия сторонников ИГ составляет, по разным данным, от 11 до 200 тысяч человек). В докладе об участии выходцев из Средней Азии в боях на стороне террористов, который был составлен при участии директора Казахстанского института стратегических исследований Ерлана Карина, есть данные, что первенство по количеству рекрутов в Ирак и Сирию сегодня занимает Узбекистан. Примерно 500 граждан страны покинули свою родину и встали под знамена «всемирного халифата». На втором месте — выходцы из закрытого Туркменистана — около 360 человек. Также в рядах террористов порядка 200 граждан Таджикистана. Из Киргизии, по сообщениям правоохранительных органов республики, с 2010 года на территорию Ирака и Сирии отправились 352 гражданина страны, и 49 уже погибли в боях. От Казахстана в регионе воюют более 150 граждан республики.

Российский транзит

Прежде чем однозначно осуждать среднеазиатские режимы, стоит иметь в виду один важный момент. Значительный вклад в радикализацию мусульман СНГ вносится на территории Российской Федерации. На первый взгляд, это странно, ведь Россия — одна из самых стабильных стран постсоветского пространства, и если абстрагироваться от двух чеченских кампаний, поводов к возникновению экстремистских течений в России не так много.

Однако дьявол, как известно, кроется в деталях. В данном случае — в непрерывном потоке трудовых мигрантов в регионы России.

Связанный тесными семейными и клановыми узами, влиянием и авторитетом местных старейшин у себя на родине, приехав в Россию, среднеазиатский трудовой мигрант сталкивается с чуждым, а порой и откровенно враждебным ему социальным окружением. Потребностью человека в социальных связях, деньгах, помощи в решении мелких бытовых проблем с успехом пользуются вербовщики и агитаторы различных экстремистских группировок, которые, протягивая «руку помощи» своему земляку или единоверцу, попутно проводят соответствующую идеологическую обработку будущей жертвы.

Немаловажную роль играет и другой фактор: в России довольно либеральное законодательство, которое оставляет религиозным экстремистам массу возможностей для маневра. «У себя на родине, при авторитаризме, порой переходящем в тоталитаризм, политического режима этих государств, религиозные фундаменталисты подвергаются жесткому преследованию. В итоге многие из них переезжают в Россию», — объясняет эксперт Института национальной стратегии, специалист по исламистам Раис Сулейманов. Оказавшись в России, фундаменталисты посещают мечети и в скором времени формируют в них группы своих сторонников. Как правило, именно в мечетях вербовщики исламистов выбирают себе мишени среди мигрантов, рассказывает эксперт.

«До начала намаза, когда прихожане находятся в мечетях, некоторые из них рассаживаются кружками, в каждом из которых свой агитатор начинает вести задушевные беседы о былом величии исламского халифата, несправедливости современного положения мусульман в России и в мире, о превосходстве исламской формы политического устройства над любой иной», — говорит Сулейманов. Наиболее восприимчивым верующим вербовщики предлагают продолжить беседы уже на частной квартире, где вовлекают более податливых мусульман в «халакат» (кружок). Через какое-то время они окончательно становятся членами экстремистских сообществ.

К слову, возрастающую роль России в логистических схемах экстремистов уже отмечают и в Средней Азии. В частности, еще в ноябре прошлого года замглавы Государственного комитета национальной безопасности Таджикистана Акрам Амосов подчеркивал, что в Сирию таджикские граждане попадают в основном через Россию и Афганистан. Заявления таджикского чекиста на днях косвенно подтвердили его российские коллеги, причем самого высокого уровня. 16 июня в ходе заседания Национального антитеррористического комитета глава ФСБ Александр Бортников отметил факты вербовки российских граждан в ряды «Исламского государства» на территории Приволжского федерального округа. По данным директора спецслужбы, свыше 200 жителей Поволжья принимают участие в боевых действиях на стороне исламистов в Сирии и Ираке. В общей сложности на территории Ирака и Сирии, по данным Бортникова, воюют 1,7 тысячи граждан Российской Федерации.

Прямая и явная угроза

Чтобы доказать наличие очевидной экстремистской связки по линии Средняя Азия — Россия, далеко за примерами ходить не надо. Буквально на днях в подмосковной Балашихе произошел инцидент с задержанием «десятков» (точной цифры так и не было названо) сторонников ИГ — причем, по некоторым данным, не все они были трудовыми мигрантами. История наделала шуму — шутка ли, сеть экстремистов в крупнейшем городе Московской области! Однако удивляться тут, в общем-то, нечему. Если в последнее время даже российские спецслужбы фиксируют рост числа завербованных ИГ российских граждан (среди самых громких случаев — отъезд российской студентки в зону конфликта), то что говорить о мигрантах из неблагополучных азиатских регионов?

По данным «Росбалта», факты вербовок исламистов на территории Российской Федерации регулярно всплывают как минимум с конца прошлого года. Ссылаясь на источник в правоохранительных органах, агентство еще в октябре 2014 года утверждало, что только за две последних недели месяца «в Москве было задержано еще несколько групп выходцев из Кавказа и Средней Азии, которые либо переводили деньги на поддержку ИГ, либо пытались найти добровольцев для участия в войне в Сирии». Аналогичные случаи отмечались информированными источниками в других регионах России — в частности, в Башкирии, где жертвами вербовщиков стала семья из 20 человек. Все они выехали в зону боев, где мужчины из этой семьи (кстати, довольно состоятельной) вскоре были убиты.

А ситуация между тем развивается. Сулейманов предлагает приглядеться к тенденции объединения региональных среднеазиатских групп радикалов с российскими. По его словам, главная опасность заключается как раз в возникновении своеобразного «кумулятивного эффекта», когда приезжие фундаменталисты из Средней Азии образуют устойчивые связи с российскими мусульманами, усиливая радикализацию последних. Таким образом на территории Российской Федерации фактически возникает контркультура, связанная с экстремистскими центрами в других регионах мира и враждебная по отношению к остальной части общества. Понятно, что время от времени эта враждебность будет выплескиваться наружу в виде терактов и других противоправных действий радикалов.

Единственное утешение в том, что, по некоторым данным, ИГ и ее союзники пока не представляют серьезной военной и политической угрозы для Средней Азии и России, поскольку боевики организации, их вооружение и техника находятся на территории Ближнего Востока, на расстоянии тысяч километров от постсоветского пространства. Именно здесь, стараясь не распылять силы без особой необходимости, исламисты решают свои военные и политические задачи, сражаясь с армейскими подразделениями Сирийской Республики, правительственными войсками Ирака, курдскими и шиитскими ополченцами, а также войсками международной коалиции. Определенную сдерживающую роль в распространении влияния ИГ за пределами Ближнего Востока играют этнические и религиозные различия между арабами, составляющими костяк ИГ, и неарабским населением Средней Азии, Афганистана и других регионов мусульманского мира.

Однако эти сдерживающие факторы не могут гарантировать безопасность. Буквально на днях на видеохостинге Youtube появился ролик с обращением одного из боевиков ИГ, который на киргизском языке призвал сограждан присоединиться к радикальным группам. Видео провисело в социальной сети более шести часов, прежде чем администрация сайта обнаружила его и удалила. Обращение широко разошлось по социальным сетям киргизского сегмента интернета, получив, по некоторым данным, довольно неплохую аудиторию. В том числе и в России.

Обсудить
Иссам ЗахреддинХалифат убери
Сирийский терминатор три года косил джихадистов, но взорвался в день победы
Шпион, разлогинься
Мировые корпорации породили свои ЦРУ и КГБ, но проиграли интернету
«Мне довелось убивать русских»
Жажда крови, шепот смерти и грязная работа головорезов в Сирии
Пиво и сигареты
Тайная жизнь Северной Кореи
Как через Instagram продают машины за миллионы
Соцсети, молодеющие покупатели и другие причуды современного рынка суперкаров
Семиместность не порок
Как из пятиместной Mazda CX-5 получился семиместный кроссовер CX-9
Тест: зачем машине эта штуковина?
Попробуйте угадать, зачем инженеры это придумали
Офф-топчик
Какие кроссоверы и внедорожники в сентябре покупали лучше других
Братва помнит
Чем украшают могилы криминальных авторитетов
Интим предлагать
Секс стал способом решения квартирного вопроса
«Я тупо решила, что теперь ем одну гречку»
Одинокая мать год сидела на крупе, чтобы накопить на квартиру
Раз, два, взяли!
Жилье в Крыму пока еще можно купить за копейки