Новости партнеров

«Лидеры приходят и уходят, а народ остается»

Что думали и думают российские политики о происходящем в Сирии

Фото: Khaled al-Hariri / Reuters

Одной из самых обсуждаемых тем в мировых СМИ в последние недели снова стала Сирия и внутренний конфликт в этой стране. Причин тому несколько. Во-первых, небывалый поток мигрантов, бегущих в европейское благополучие из зон конфликтов на Ближнем Востоке и в странах Африки. Во-вторых, активно циркулирующие слухи о появлении на территории Сирии российских военных и техники, которые якобы могут быть привлечены для поддержки официального Дамаска и борьбы с запрещенным в РФ «Исламским государством».

В Москве эти утверждения отрицают, признавая лишь наличие в Сирии военных советников и техперсонала, помогающего сирийцам осваивать поставляемую в соответствии с контрактами военную технику. Не исключено, что свет на присутствие (или отсутствие) в Сирии подразделений российских ВС прольет выступление президента Владимира Путина на заседании Генассамблеи ООН 28 сентября.

Речь главы государства, вероятнее всего, будет иметь значение как для всего мирового сообщества, так и для российско-сирийских отношений (дипотношения между СССР и Сирией были установлены в 1944 году, когда Сирия обрела независимость от Франции).

В советский период отношения между Москвой и Дамаском традиционно развивались в военно-технической сфере, однако с распадом СССР они значительно ухудшились. Новые российские власти не были готовы вкладывать деньги в поддержку Дамаска. К началу 2000-х годов ситуация изменилась: российское руководство переосмыслило свое место в мире и вернулось на Ближний Восток. Целью, однако, уже было не политическое противостояние с США, а поддержание своих экономических интересов.

«Лента.ру» собрала ряд высказываний российских политиков о ситуации в Сирии с начала гражданской войны в 2011 году, чтобы проследить, как менялся их смысл и тон на фоне развивавшего внутрисирийского конфликта и обострения террористической угрозы.

2011 год

Министр иностранных дел России Сергей Лавров: «Ни в чьих интересах посылать сигналы оппозиции в Сирии или где бы то ни было о том, что если она будет отвергать разумные предложения [о перемирии], к ней придут на помощь, как в Ливии. Это будет очень неправильно и опасно. Я надеюсь, что ливийский опыт не повторится».

Председатель комитета Совета Федерации по международным делам Михаил Маргелов: «Единственный друг России в Сирии — это сирийский народ. Лидеры приходят и уходят, политики сменяют друг друга, но народ остается. Мы заинтересованы найти решение политического кризиса в Сирии, чтобы события не развивались по ливийскому сценарию».

Президент России Дмитрий Медведев: «Мы готовы поддержать различные подходы, но они не должны быть основаны на одностороннем осуждении действий правительства и президента Башара Асада (…) Необходимо послать всем сторонам конфликта четкий сигнал о том, что им необходимо сесть за стол переговоров».

Президент России Дмитрий Медведев: «Мы используем свои каналы и активно работаем с сирийским руководством, требуем, чтобы сирийское руководство провело необходимые преобразования. Если сирийское руководство не способно провести такие преобразования, ему придется уйти, но это решение должны принимать не в НАТО и отдельных европейских странах, а должен принять народ Сирии и руководство Сирии».

Постпред России при ООН Виталий Чуркин (по итогам закрытого заседания Совбеза ООН по правам человека в Сирии): «Необходимо положить конец попыткам влиятельных международных игроков подтолкнуть Сирию к гражданской войне. Если эти попытки, в том числе попытки подтолкнуть в этом направлении Лигу арабских государств, будут продолжаться, это будет иметь катастрофические последствия для страны».

2012 год

Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков: «Позиция РФ — последовательная и абсолютно прозрачная: одну сторону в конфликте поддерживать нельзя, это не может способствовать урегулированию ситуации. Активная помощь одной стороне конфликта лишь провоцирует конфликт».

Оппозиционер Борис Немцов (о действиях России, заблокировавшей в СБ ООН проект резолюции по Сирии, допускавшей, что страны Запада совершат военное вторжение в Сирию): «Он [премьер-министр России Владимир Путин] считает, что сначала были [бывший ливийский лидер] Каддафи и [бывший египетский лидер] Мубарак, теперь Асад, а следующим будет он, Путин. Поэтому, защищая Асада, он защищает себя».

2013 год

Министр иностранных дел России Сергей Лавров (в ответ на сообщения СМИ о применении химического оружия правительственными войсками в окрестностях Дамаска): «Я услышал с большой тревогой, что уже из Парижа, из Лондона раздаются заявления о том, что НАТО может вмешаться для того, чтобы уничтожить химическое оружие в Сирии и без разрешения Совета Безопасности ООН. Это очень опасная стезя, очень скользкая стезя. На нее уже не раз вступали наши западные партнеры (…) Воевать мы ни с кем не собираемся. Мы по-прежнему рассчитываем, что все-таки наши западные партнеры будут свою политику применять не реактивно, а стратегически».

Вице-премьер Дмитрий Рогозин: «Запад обращается с исламским миром как обезьяна с гранатой (…) Видя бряцание англосаксами оружием у границ Сирии, понимаешь естественное желание суверенных стран укрепить свою обороноспособность».

Лидер ЛДПР Владимир Жириновский: «Если Тунис, Ливия, Египет, Йемен — это цветочки, то Сирия — это ягодка. Потому что им [Западу] нужна территория. Это была все репетиция, 1905 год. А на Сирии будет происходить Февральская революция, 1917 год. Если она завершится успешно, удастся убрать Асада, то впереди будет Октябрьская революция, чтобы раздолбать Иран. Это все связано с нефтью и газом. Чтобы по территории Сирии дотянуть газопроводы, идущие из Катара. Арабские газ и нефть дешевле наших газа и нефти».

Бывший президент СССР Михаил Горбачев (о намерении США начать военную операцию в Сирии без санкции СБ ООН): «Кто угрожает США? Кто? Если будем защищать мир, это будет касаться всех! (…) Военное вмешательство в Сирию стало бы еще большей ошибкой, чем Ирак».

Лидер КПРФ Геннадий Зюганов: «[Сирия] сегодня — передовая линия защиты нашей безопасности и национальных интересов. Если американцы начнут бомбить Сирию, бомбы и ракеты обрушатся и на головы наших соотечественников, которых там 30 тысяч человек. На головы тех, кто хорошо говорит по-русски, кто жил и учился у нас, на головы наших родственников, близких и друзей. Там расположена российская военно-морская база Тартус — последний наш оплот на Средиземном море».

Глава администрации президента России Сергей Иванов: «Нельзя быть ни в чем уверенным, тем более в таких вопросах, как Сирия, где каждый воюет с каждым. Там давно нет войны правительства против оппозиции. Оппозиция состоит как минимум из пяти не зависящих друг от друга, часто ненавидящих друг друга фракций».

2014 год

Вице-премьер Дмитрий Рогозин (об отказе стран «семерки» признать президентские выборы в Сирии, на которых победил Башар Асад): «Вот именно такая тупая политика Запада и сплотила сирийский народ вокруг своего лидера».

Глава МИД России Сергей Лавров (о намерении Белого дома нанести удар по позициям боевиков «Исламского государства» в Сирии): «Есть подозрения, что могут наноситься удары по сирийской территории не только в тех районах, которые контролируют боевики "Исламского государства", но как бы "под сурдинку" можно побомбить и правительственные войска, чтобы ослабить позиции армии Башара Асада. Это будет шаг к колоссальной эскалации конфликтов на Ближнем Востоке и севере Африки».

Начальник Генштаба ВС России Валерий Герасимов: «По нашим оценкам, в состав действующих в Сирии и Ираке формирований "Исламского государства" входит уже до 70 тысяч боевиков различных национальностей (...) Примечательно, что ранее именно США оказывали финансовую и техническую помощь этой группировке в борьбе против правительства Сирии».

2015 год

Лидер фракции ЛДПР в Госдуме Владимир Жириновский: «Если Сирия рухнет после падения режима Асада, начнется война против Ирана. И тогда беженцы пойдут не в Европу, и не на юг, а только на север, где располагается Армения, Азербайджан, Грузия — там тоже все это рухнет, на Северный Кавказ, и весь этот вал дойдет до Ростова, Воронежа».

Президент России Владимир Путин: «Если бы Россия не поддерживала Сирию, то ситуация в этой стране была бы еще хуже, чем в Ливии, а поток беженцев был бы еще больше. Поддержка законного правительства Сирии вообще никак не связана с потоками беженцев из таких стран, как Ливия, Ирак, Йемен, Афганистан и ряда других. Мы не дестабилизировали ситуацию в этих странах, в целых регионах мира. Не мы разрушали там государственные институты власти, создавая вакуум власти, который немедленно заполняют террористы».

Секретарь Совета безопасности России Николай Патрушев: «Заигрывание США с радикальными силами привело к распространению терроризма на огромные территории. До вмешательства американцев руководство Ирака, Ливии и Сирии уверенно контролировало внутриполитическую ситуацию, не позволяя исламистам поднять головы».

Спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко: «Сегодня весомый вклад в реальную борьбу с экстремистами вносит Сирия. И в этом она получала и будет получать поддержку со стороны России (...) Редкий день не сообщается об очередных погибших — жертвах попыток нелегального проникновения на территорию стран Европы (...) Переживаемая народами Ближнего Востока и Северной Африки драма — не их вина, а их беда».

Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков (о возможности отправки в Сирию российских войск по просьбе Дамаска): «Если будет обращение, то в рамках двусторонних контактов, в рамках двустороннего диалога оно, естественно, будет обсуждаться и рассматриваться. Пока как-то гипотетически говорить сложно».

Председатель комитета Госдумы по международным делам Алексей Пушков: «Глава МИД Британии: "из-за участия России ситуация в Сирии усложняется". Зато прежде все было просто: ИГИЛ шел на Дамаск, беженцы — в Европу. А как просто было в Ираке, где Британия, благодаря Тони Блэру и его собачьей преданности США, влетела в бездарную войну, итогом которой стало ИГ. Россия долго не мешала политике Запада на Ближнем Востоке. Итоги: ноль прогресса в Палестине, развал Ирака, Ливии и Сирии плюс ИГ. Ну и политика! Вопреки ожиданиям Обамы, в клочья оказалась порванной не российская экономика, а его собственная политика в Сирии. И теперь без России ему не обойтись».

Президент России Владимир Путин (на переговорах с премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху, предположившим, что Иран при поддержке сирийской армии пытается создать против Израиля «второй террористический фронт» на Голанских высотах): «Что касается Сирии, то мы знаем и понимаем, что сирийская армия и Сирия в целом в таком состоянии, что ей не до открытия второго фронта — ей бы сохранить собственную государственность».

Бывший глава Генштаба ВС РФ Юрий Балуевский: «На мой взгляд, прямое военное участие России в сирийских событиях нецелесообразно (...) Масштабы [военно-технической помощи Дамаску] должны быть увеличены в плане и вооружений, и советников, которые будут обучать сирийских военных работе с этим оружием».

Постоянный представитель России при ООН Виталий Чуркин: «Совет Безопасности [ООН] сменой режимов заниматься не должен. Тем более что история Ближнего Востока, особенно в последнее десятилетие, демонстрирует: навязывание рецептов извне погружает страны в хаос, не решает, а усугубляет проблемы».