Послы отсюда

Почему друзья Эр-Рияда рвут отношения с Тегераном и что это значит для России

Surrounded by policemen, a Muslim cleric addresses a crowd during a demonstration to protest the execution of Saudi Shiite Sheikh Nimr al-Nimr, shown in the poster in background, in front of the Saudi embassy in Tehran, Iran, Sunday, Jan. 3, 2016
Фото: Vahid Salemi / AP

Казнь шиитского проповедника в Саудовской Аравии спровоцировала масштабный дипломатический кризис на Ближнем Востоке. После того, как разъяренная толпа разгромила саудовское посольство в Тегеране, Эр-Рияд, а следом Бахрейн и Судан разорвали отношения с Исламской республикой. Несмотря на призывы международного сообщества воздержаться от эскалации конфликта, похоже, ни одна из сторон «включать заднюю» не собирается. На фоне таких новостей цены на нефть поползли вверх. Тем не менее для России ирано-саудовский конфликт — плохая новость.

«Я советую саудовским лидерам остановить эту разрушительную, опрометчивую, нелогичную, эмоциональную политику, несущую на себе клеймо плохого управления. Только посмотрите какой хаос вы создали в регионе за последние пару лет», — так первый вице-президент Ирана Эсхак Джахангири прокомментировал набирающий обороты кризис в отношениях с Эр-Риядом и союзными ему суннитскими странами.

Шиитский мученик

Искрой, из которой разгорелось пламя нынешнего конфликта, стала смерть шиитского проповедника Нимра ан-Нимра, казненного вместе с еще почти пятью десятками человек 2 января в Саудовской Аравии (СА). Шейх ан-Нимр был хорошо известен среди шиитской части населения королевства. Особой популярностью его проповеди пользовались в провинции Эш-Шаркия на востоке страны. В этом регионе, в отличие от остальной территории СА, шииты составляют не меньшинство, а большинство. И там же находятся основные саудовские нефтяные месторождения. Понятно, что к Эш-Шаркии приковано особое внимание властей. Шиитские выступления, развернувшиеся тут на волне арабской весны, были жестко подавлены, а шейха ан-Нимра, на протяжении многих лет открыто говорившего о дискриминации шиитов, арестовали (при задержании ранив в ногу) и обвинили в том, что он создает угрозу национальной безопасности страны.

Известие о гибели ан-Нимра вызвало возмущение у его единоверцев. Духовный лидер иракских шиитов аятолла Али аль-Систани назвал шейха «мучеником», а его казнь — актом «неправомерной агрессии». Шейх Абдул-Амир Кабалан из Ливана сказал, что это было «преступлении против человечности, которое будет иметь последствия в ближайшие дни». Еще прямолинейнее выразился духовный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи. «Несправедливо пролитая кровь этого угнетенного мученика, без сомнений, не останется без последствий. Божественное возмездие ждет Саудовскую Аравию», — пообещал он.

Протесты уличные и дипломатические

Пока духовные лидеры делали громкие заявления, простые шииты выражали свое негодование на улице. В Бахрейне начались беспорядки. Это королевство, где сегодня суннитское меньшинство правит шиитским большинством, шейх ан-Нимр мечтал объединить с освободившейся от власти саудитов провинцией Эш-Шаркия. Протестовали и в родном городе казненного шейха Эль-Катифе, а также в других населенных шиитами городах ваххабитского королевства. Но главные события развернулись в Тегеране, где разгневанная толпа взяла штурмом саудовское посольство.

Хотя дипломаты были эвакуированы и никто из них не пострадал, Эр-Рияд счел случившееся достаточным основанием для того, чтобы разорвать отношения с Исламской Республикой. Примеру старшего товарища вскоре последовал и Бахрейн. Дело в том, что Саудовскую Аравию и островное королевство связывает не только автомобильный мост протяженностью 25 километров, но и особые отношения. Эр-Рияд выступает гарантом сохранения у власти в Манаме суннитской династии. Когда во время арабской весны бахрейнские шииты подняли мятеж, саудиты направили на остров тысячу военнослужащих навести порядок.

Разорвал дипотношения с Тегераном и Судан, сильно зависящий от саудовской финансовой помощи. Однако ОАЭ, несмотря на очевидно оказываемое на них давление, лишь понизили статус дипотношений с Исламской Республикой. И это неудивительно, если учесть, что для эмиратов Иран — второй по значимости экономический партнер.

Не исключено, что список стран, разорвавших дипотношения с Ираном, пополнит Египет. Каир нуждается в саудовских деньгах, и к тому же наметившееся было ирано-египетское сближение (отношения, разорванные после того, как Египет приютил свергнутого иранского шаха, были восстановлены в 2012-м) — заслуга опального ныне президента Мухаммеда Мурси. С другой стороны, Египет — крупный игрок, вполне способный не поддаться давлению саудитов.

Рациональное и религиозное

«Иран и Саудовская Аравия не являются ни естественными врагами, ни естественными союзниками, они — естественные соперники, которые долго конкурировали как производители нефти и как самопровозглашенные защитники шиизма и суннизма, соответственно», — такую выдержку из аналитики профессора Южно-флоридского университета Мохсена М. Милани приводит CNN в статье, посвященной нынешнему кризису.

Действительно, конфликт Тегерана и Эр-Рияда носит сложный характер — в одном клубке сплелись вековые суннито-шиитские распри и абсолютно светские соображения престижа и коммерческой выгоды. Причем, по мнению руководителя Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН Василия Кузнецова, значение религиозного фактора преувеличивать не стоит. «Конечно, существует такая вещь, как шиитская солидарность, но фактически и без этого причин для конфликта хватает», — уверен эксперт.

Исламская Республика и Саудовская Аравия уже не первый год ведут друг с другом proxy war на нескольких фронтах. Ареной их противостояния выступают Сирия, Ирак, Йемен. Что же касается казни шиитского проповедника, послужившей триггером нынешнего кризиса, то она могла стать следствием внутренних проблем Саудовской Аравии: доходы Эр-Рияда сокращаются, бюджет дефицитный, а в королевской семье обостряется конкуренция между разными кланами. Все это усиливает страх перед народными протестами, олицетворением которых и был шейх Нимр ан-Нимр. Те же факторы способны послужить причиной дальнейшей эскалации конфликта. При этом и в Иране есть силы, заинтересованные в обострении — противники ядерной сделки и дальнейшей нормализации отношений с Западом.

Российский интерес

На фоне сообщений о саудовско-иранском скандале цены на нефть поползли вверх. Это могло бы быть хорошей новостью для России, если бы не одно «но» — эксперты не верят, что рост продолжится. «На ожиданиях дальнейших неприятностей цены могут немного подняться, но не более того, — уверен главный советник руководителя аналитического центра при правительстве РФ Леонид Григорьев. — Глобальных же изменений не будет — все как качали нефть, так и продолжают ее качать. Резкие изменения могут произойти, если конфликт Эр-Рияда и Тегерана перерастет в настоящую войну. Но я это даже обсуждать не хочу, настолько страшными окажутся последствия этой войны для мировой экономики».

Еще один вопрос, встающий перед Москвой в связи с ирано-саудовским конфликтом, — судьба переговоров по Сирии. В конце минувшего года при активном посредничестве России удалось наладить дипломатический процесс, в который были вовлечены все заинтересованные стороны. Первым ударом по этому проекту стало уничтожение российского Су-24 ВВС Турции. Несмотря на то, что отношения с Анкарой из-за этого инцидента катастрофически испортились, Москва дала понять, что переговоры в венском формате продолжатся. На известие о разрыве дипотношений Эр-Рияда и Тегерана МИД РФ отреагировал словами пожелавшего остаться анонимным дипломата, выразившего надежду, что представители конфликтующих сторон останутся за столом переговоров по Сирии.

Ближайший раунд этих переговоров должен состояться в Женеве 25 января. Однако, как пишет Foreign Policy, западные дипломаты опасаются, что из-за конфликта иранцев и саудовцев дискуссия лишена перспектив. Большинство участников процесса, являясь сторонниками Эр-Рияда, будут в штыки принимать любые предложения Ирана. Так что России и США придется приложить немало усилий, если они хотят, чтобы венский формат переговоров не был похоронен.

подписатьсяОбсудить
08:25 27 августа 2016

На грани прорыва

Что Сергей Лавров и Джон Керри решили сделать для прекращения кризиса в Сирии
Где золото моют
Репортаж «Ленты.ру» с золотого прииска в Якутии
«"Реальные пацаны" — у нас таких нет»
Первый рэпер Якутии о шаманах, фольклоре и особенностях национального характера
Фабрика зверств
Притравочные станции — аморальная забава или жестокая необходимость
Владимир Путин и Дмитрий Медведев завтракают в резиденции «Бочаров ручей»Политическая кухня
Еда, посуда и повара кремлевского двора
От трилобитов до Крыма
Взрыв башен-близнецов и расширение границ России в книгах недели
«Давай убьем детей и будем жить долго и счастливо»
Джулиан Барнс о жизни в СССР, Сталине, Хрущеве и Шостаковиче
«Муля, не нервируй меня!»
Тест: знаете ли вы Фаину Раневскую
Галерея Тотибадзе - совместный проект известных московских художников Константина и Георгия Тотибадзе«Для галерейного дела простого времени не бывает никогда»
Марина Цурцумия о том, зачем городу нужны галереи «шаговой доступности»
«Долбаный идиот» или любящая бабушка?
За кого голосуют американские женщины-знаменитости
Бермудский прямоугольник
Фотограф выяснил, что россиянки носят в своих сумочках
«Все здесь сочувствуют Украине»
Уроженка Омска делится впечатлениями после переезда в Канаду
Сам себе гастарбайтер
Фотоистория граждан Бангладеш, работающих за 10 долларов на вредном производстве
Северный олень
Сохранил ли новый Mitsubishi Pajero Sport свою суровость и страшно ли на нем заезжать в глушь
Ху из Ху
Откуда растут корни китайских брендов
Собаки и коты
Самое крутое автомобильное видео августа
Равно правые
Длительный тест четырех компактных кроссоверов
Дно Олимпиады
Проблемы Рио похлеще допингов и переломов
«Я не позволяла себе ничего, каждая копейка уходила на кредит»
Рассказ россиянки, купившей не одну квартиру при зарплате в 40 тысяч рублей
Камерная дача
10 фактов о доме в Форосе, ставшем тюрьмой для Горбачева
До чего докатились
Как выглядят лица людей, съехавших с небоскреба
Бабушкино наследство
Вся недвижимость кандидата в президенты США Хиллари Клинтон