«Однажды меня отметелили втроем»

Непобежденный боксер Сергей Ковалев о жизни и философии Соединенных Штатов

Сергей Ковалев
Сергей Ковалев
Фото: Scott Heavey / Getty

Россиянин Сергей Ковалев — непобежденный боксер-профессионал, выступающий в полутяжелой весовой категории — пообщался с корреспондентом «Ленты.ру» в Лос-Анджелесе, где живет со своей семьей и готовится к бою с канадцем Жаном Паскалем, который состоится 31 января в Монреале. Накануне защиты титулов по версиям WBA super, IBF и WBO спортсмен рассказал о тернистом пути к чемпионству, жизни в США, а также своей боксерской философии.

«В детстве занимался хоккеем»

Лента.ру: Вы родились в Челябинске. Как гласит телевизионная легенда, нравы там суровые. Ощущали это в детстве?

Сергей Ковалев: Как и все дворовые мальчишки, я рос активным, веселым ребенком, постоянно находился в поисках приключений. Играл в «войнушку» на стройках, лазил с друзьями по различным сооружениям. Сейчас с ужасом представляю, что случится, если это будет делать мой сын... Мне бы этого очень не хотелось, поскольку наши действия были, мягко говоря, необдуманными. В некоторых случаях нас, наверное, просто хранил Бог. Много катался на велосипеде. Тогда у меня был «Олимпик», и я часто объезжал на нем районы и дворы. Сейчас мне Челябинск кажется маленьким. Помню, в детстве мы ездили в гости к тете на автобусе, добираться надо было минут 50. В том районе были 16-этажные дома. Когда я их впервые увидел, подумал, что попал в Нью-Йорк. Сейчас приезжаю в Челябинск и от одной окраины до другой на машине доезжаю за 15 минут. В детстве все воспринималось иначе.

Дрались в школе?

У меня был одноклассник, с которым мы с первого класса, почти каждую перемену и даже после школы выясняли отношения. К тому же старшеклассники постоянно на меня кого-то натравливали. Однажды меня, можно сказать, отметелили втроем. Это тоже был определенный опыт, нестандартная ситуация, в которой пришлось выживать. По счастью, остался здоров.

Почему выбрали именно бокс, а не, скажем, хоккей? Ведь в Челябинске прекрасная школа «Трактора».

Это было связано с финансовыми проблемами моей семьи. Я по жизни активный человек, пробовал себя во многих секциях: борьбы, футбола, хоккея, даже записался в авиамодельный кружок. Заниматься хоккеем было дорого. Однажды во время тренировки кто-то вскрыл раздевалку и украл наши коньки и форму. Для моих родителей было большой проблемой приобрести все заново. И я попал в бокс. Вообще, в боксе я остался благодаря своему первому тренеру, Новикову Сергею Владимировичу. Я очень ему благодарен. Помню, он показывал нам бои на видеокассетах, в том числе и Бернарда Хопкинса. В 13-14 лет для меня казалось невероятным выйти на ринг с легендой. Но, как я теперь убедился, все реально, главное верить в свою удачу и идти к ней.

Считаете бой с Хопкинсом главным в вашей карьере?

Это на самом деле так. Во-первых, была психологическая борьба с самим собой. Боксировать с таким монстром! Моя жена тогда рожала, а меня рядом не было. Увидел сына, когда ему уже исполнилось три недели. Все это очень нелегко, именно поэтому я и считаю тот бой самым важным. Я одержал победу прежде всего над самим собой.

«В доме были огромные тараканы»

Что послужило причиной вашего переезда в Америку?

Впервые посетив США в 2009 году, я и не думал там оставаться. Ехал готовиться к чемпионату России, который должен был пройти в Ростове. За год до этого в финале первенства мне опять, скажем так, помогли проиграть, и я сильно разозлился. Возникла возможность побывать в Америке, где я хотел приобрести опыт, открыть что-то новое. После чего приехать на чемпионат и выиграть его. В Штатах все оказалось совсем не таким, как я себе представлял. В России при слове «Америка» думают про богатство и успех, но это ошибочное мнение, поверьте мне. Если честно, поначалу я был просто в шоке.

Что именно вас шокировало?

Я поселился в Северной Каролине, в тренировочном лагере Дона Тернера, известного, в частности, по работе с Эвандером Холифилдом. Типичная деревушка. Вокруг поля кукурузы, фасоли, табака. Никакой цивилизации. Жесткий режим: завтрак — обед — ужин, причем последний прием пищи в шесть вечера. В нужную весовую категорию входишь мгновенно. Нам давали строго определенное количество еды, и больше ее неоткуда было взять — кухня закрывалась. В армии, думаю, кормят куда лучше. Часов в девять обычно сильно хотелось есть. Если что-то хочешь купить — полчаса на велосипеде до ближайшего магазина. Самое интересное, наш тренер знал, что именно мы там покупали. Только вернулся, а он уже ругается. В таких условиях я прожил год. Сейчас вспоминаю тот лагерь как тюрьму-поселение. Это было настоящее испытание.

Когда решили, что с вас хватит?

Пробыв там год, я понял, что не расту как боксер. Не было достойных спарринг-партнеров. В России у меня их было куда больше. Позвонил менеджеру. Мы отправились в Лос-Анджелес, в зал, где тренирует Фредди Роуч (один из лучших тренеров в истории мирового бокса — прим. «Ленты.ру»). Там было больше ребят, готовых к спаррингу. Причем за это не требовалось денег, потому что все заинтересованы в опыте, практике. Я понял, что хочу там остаться. Переехал в Калифорнию, менеджер нашел нового тренера-мексиканца. Хотя впоследствии мы с ним расстались. Во многом из-за того, что у меня получился тяжелый бой с Дарнеллом Буном.

Была ли в том вина тренера?

Бой так сложился не из-за тренера. В тот момент у меня были личные проблемы, а также травмы. После поединка менеджер предложил поменять тренера. Мы захотели попробовать что-то новое. В том числе потому, что были моменты, которые мне не нравились. Тренер меня поселил к своему другу, мы спали в одной комнате. Условия жесткие — никакого личного пространства, плюс в доме были огромные тараканы. Я уехал сразу после боя с Буном.

Вы изрядно поскитались по Соединенным Штатам. И в итоге вернулись в Лос-Анджелес.

Как-то судьба занесла меня во Флориду, где я прожил три года. Тренировался у Джона Дэвида Джексона (американский боксер, чемпион мира в первой средней весовой категории — прим. «Ленты.ру»), мы по сей день работаем вместе. Вообще-то во Флориду американцы переезжают, когда выходят на пенсию. Мы жили в красивом городе Форт-Лодердейл. Это город стариков (смеется). Хотя я этого никогда не замечал, поскольку всегда был то в разъездах, то на тренировках. А жена сразу обратила внимание. Она однажды сказала мне, что больше не может тут находиться — вокруг одни старики. К тому же летом во Флориде невозможно даже бегать по улице — очень влажно и душно. В Калифорнии же всегда свежий воздух, и зимы теплые. Жена меня уговаривала целый год. И в итоге я решился. Так мы и перебрались в Лос-Анджелес.

Какие еще проблемы у вас возникли после переезда в США?

Первый год я вообще не виделся с семьей. Потом наведывался в Россию, занимая деньги у своего менеджера. Наконец, Наталья оформила документы, и мы осели в Америке, продав все имущество в России. Жена пошла учиться на косметолога и, получив лицензию, начала работать на дому. Это была определенная финансовая помощь. Первые три года в США у меня не было промоутера, и я боксировал фактически бесплатно. Скитался по городам, чтобы набраться опыта и обратить на себя внимание. Все эти поездки, питание, проживание оплачивал мой менеджер, вкладывая деньги из своего бизнеса. Он также платил за то, чтобы организовать бой, привезти мою команду и команду соперника. В Америке нет такого понятия как связи. Приходилось добиваться всего самому.

Как в итоге удалось обратить на себя внимание?

Со мной связалась промоутер Кэти Дува, президент компании Main Events. Перед тем как подписать контракт, я провел еще один бой против Дарнелла Буна. После этого меня начали показывать по ТВ, появились более серьезные оппоненты. Бой с испанцем Габриэлем Кампильо я и вовсе считаю своей визитной карточкой. Вскоре мне предложили бой в Уэльсе с Нейтеном Клеверли. Я, конечно, сразу согласился и выиграл титул. Все наладилось, платили хорошие гонорары. И это было очень кстати, поскольку те деньги, которые мы собрали в России, продав бизнес и имущество, подходили к концу. Завоевав титул, я постепенно рассчитался со всеми долгами. Впрочем, не со всеми. Недавно взяли в ипотеку наш дом в Лос-Анджелесе (смеется).

«В США считается нормальным сдать родителей в дом престарелых и навещать их раз в год»

Языковой барьер сильно мешал?

Мой английский — это все из практики, различных интервью, общения с людьми. Ходить на курсы физически нет времени. Языковой барьер есть и сейчас. Бытовые моменты, типа «сколько это стоит» и «как доехать туда-то», могу объяснить. Но более глубоко вникнуть в дискуссию с американцем — проблема. Они ведь все разговаривают по-разному. США — страна эмигрантов, тут почти нет стопроцентных американцев. В Лос-Анджелесе, например, есть колумбийский, китайский, русский, армянский районы. Все разговаривают как хотят.

Успели обзавестись друзьями?

Друзей-американцев у меня нет. Есть друзья из России, но они сейчас тоже живут здесь. Мы общаемся, встречаемся. У американцев, которые родились или выросли тут, другой менталитет и воспитание. Я хочу ездить как можно чаще в Россию, возить туда своего сына, чтобы он понимал, какие там люди. Хочу, чтобы его менталитет был шире. Здесь считается нормальным сдать родителей в дом престарелых и навещать их раз в год. Я себе такого никогда не позволю. Так сложилось, что я живу и работаю в Америке, потому что Россия не предоставила мне возможность заработать в любительской и профессиональной карьере. Бокс развит в США на все сто процентов. Даже по сравнению с Англией и Германией. Тут скопление всех звезд, которые могут показать высший пилотаж. Но несмотря на расстояния, я никогда не забываю о своих родителях и помогаю им.

30 января вам предстоит ответственный поединок с канадцем Жаном Паскалем. Как к нему готовитесь?

Первый этап подготовки прошел в горах в двух с половиной часах езды от Лос-Анджелеса. У меня такой график — все бегом, и везде надо успеть. На первый этап прилетал тренер из России, который работал с олимпийскими чемпионами по легкой атлетике. Он специализируется именно на физической подготовке. Потом мы отправились во Флориду. На самом деле все по старой схеме, ничего нового. Я только добавляю или заменяю специалистов в команде. Я не очень разбираюсь в некоторых нюансах. Советская школа учит побеждать на характере и силе духа. Но это сильно истощает организм, который нужно восстанавливать в том числе различными витаминами и коктейлями. Также начал пользоваться пищевыми добавками, проверенными известными спортсменами и специалистами.

Что думаете о сопернике?

Я, как правило, не думаю о сопернике. Пусть соперник думает обо мне. Я готовлюсь к каждому бою как к чемпионскому. Так получилось, что на мне сейчас ответственность за многих окружающих меня людей. В первую очередь это семья, родные и близкие. Еще друзья, помогавшие мне стать лучшим. Я готовлюсь ко всем боям одинаково, вне зависимости от силы соперника. В боксе никогда не знаешь, что может случиться. Все способен решить один удар. Иногда соперник намного опаснее, когда он тебя боится. Со страху может такого натворить! Все же на эмоциях, адреналине. Я бывал в таких ситуациях, когда кажется, что все было во сне. Поэтому надо быть готовым ко всему. Для меня это не просто бокс, для меня это драка.

Уже решили, чем займетесь по окончании боксерской карьеры?

Думаю, в любом случае останусь в мире бокса. Я зарегистрировал промоутерскую компанию, посмотрим к чему это приведет. Мне хотелось бы, например, помогать талантливым ребятам. В России все по-другому. В США телевидение платит боксеру, а у нас наоборот. В Америке промоутер и менеджер выполняют разные функции, а в России это может быть один человек. Задача менеджера заключается в том, чтобы выбить из промоутера как можно больше денег для боксера. Промоутер, в свою очередь, должен получить как можно больше с телевидения и привлечь спонсоров. В России же все основано на спонсорской поддержке.

подписатьсяОбсудить
Опять задержка...
Невыплаты зарплат становятся основной причиной трудовых конфликтов
Празднование итогов референдума. Симферополь, 16 марта 2014 года«Чем ярче эйфория, тем тяжелее отходняк»
Кумовство, коррупция и бездорожье — что говорят крымчане о жизни на полуострове
Представители избирательной комиссии у оленеводов в ЭвенкииСамое место
МКС, вертолет, яранга и другие необычные помещения для голосования
Как купить мушкет
Где приобретают «старинное» оружие и как из него стреляют
Накопленному верить
Глава ФТС пополнил ряды видных чиновников, у которых прошли обыски
В прицеле — юг
Как российская армия отреагирует на дестабилизацию ближайших соседей
Последствия бунта в хакасской колонии №35Бунт во славу пророка
Кто стоит за тюремными беспорядками с исламистским подтекстом
Палач всея Руси
Кровавые и бесчеловечные убийства, совершенные Иваном Грозным
Индийская богиня Кали — воплощение природных сил, а также созидания и разрушения.Батька Лука
Кем был загадочный прародитель всего живого на Земле
Планета Х напоминает НептунАнтихристы с Нибиру
Как Планета Х наклоняет Солнце и вызывает катаклизмы на Земле
Так любил, что почти убил
Фотоистория о женщинах, изуродованных «во имя чести»
Мистер Кайф
Чьей жизни завидуют в соцсетях
Игорь Ротарь на входе в индейскую резервацию. Надпись на плакате: «Незаконно проникающие нарушители будут застрелены. Выжившие будут застрелены еще раз». «Быть застреленным копами тут проще, чем в России»
Рассуждения россиянина, живущего в Сан-Диего, о свободе в США и РФ
Потей с Кайлой
Чем автор фитнес-программы Bikini Body Guide привлекла пять миллионов фанатов
«Она определенно сошла с ума»
Мужья любительниц Instagram поделились своей болью
Метры у метро
Московские новостройки, рядом с которыми скоро откроют станции подземки
Тиснули на славу
Как выглядит первое в мире здание, напечатанное на 3D-принтере
Вот это номер!
«Тайный арендатор» в многофункциональном комплексе «Ханой-Москва»
Жить стало веселее
Новая редакция «сталинского рая» на ВДНХ
Любовь по залету
Аэропорты мира, которые не захочется посещать добровольно
Rolling Acres Огайо, СШАЗакрыто навсегда
Как выглядят торговые центры-«призраки», потерявшие покупателей