«Норильск — слишком уникальный по всем параметрам город»

Урбанист Булат Столяров об Агентстве обновления Норильска

В Норильске на руках у населения находится почти 100 миллиардов рублей. Как использовать эти средства на развитие, каких услуг не хватает жителям и как оживить индустриальный город, «Ленте.ру» рассказал один из авторов концепции Агентства обновления Норильска, управляющий партнер УК «Спутник» Булат Столяров.

О появлении нового института развития — Агентства обновления Норильска — стало известно в середине апреля. Тогда в самом Норильске прошла двухдневная сессия, на которой обсуждались возможные направления его деятельности. Пока организация еще не создана, а ее бюджет не утвержден. Агентство займется развитием городской среды и попытается сделать этот процесс рентабельным. Еще одна его цель — преодоление изолированности Норильска. К этому же стремится и «Норильский никель», который выступит одним из спонсоров организации.

«Лента.ру»: На какие проекты в России и мире вы ориентировались при разработке концепции Агентства обновления Норильска?

Булат Столяров: Норильск — слишком уникальный по всем параметрам город, чтобы можно было на чей-то готовый опыт напрямую ориентироваться. Управление городскими изменениями, конечно, должно учитывать весь доступный российский и мировой опыт, но с обязательным добавлением 120 процентов живого творчества в любом сегменте — говорим ли мы о развитии предпринимательства, развитии франчайзинговых проектов или создании туристического бренда. Про такие объекты, как Норильск, можно и нужно думать только с нуля. Агентство обновления Норильска — это многосекторальный конструктор, где в каждом из блоков приняты во внимание свои успешные прецеденты. Есть множество регионов в России и мире, которые построили бренды экстремального туризма. Есть достаточно примеров социокультурной перезагрузки индустриальных территорий. Есть много интересного опыта комплексного девелопмента в экстремальных природных условиях. Но принцип экспорта готовых решений в целом в Норильске, конечно, невозможен.

Как вы знаете, были случаи, когда социокультурная среда промышленных городов становилась более живой и интересной.

О каких примерах идет речь?

В последнее время интересные вещи происходили в Перми, Екатеринбурге.

Какова будет структура агентства?

Такой большой институт изменений с юридической точки зрения должен иметь как минимум две формы. Речь идет о некоммерческой и бизнес-ориентированной части. Первая потребуется для финансирования планово-убыточных проектов: подготовка конкурсов, событий, социокультурных инициатив, образовательных программ. Коммерческую составляющую возьмет на себя акционерная структура, которая займется в основном девелоперской деятельностью. Обе части проекта будут взаимодействовать между собой.

Куда будет вкладывать деньги коммерческая часть?

В инфраструктуру Норильска, необходимую для комфортной и экономически успешной работы предпринимателей. Хорошая корпорация развития зарабатывает только для того, чтобы дальше продолжать реинвестировать в сам город.

Какие у агентства источники финансирования?

«Норильский никель», Благотворительный фонд Владимира Потанина и город — это три необходимых участника — учредителя проекта. Без них ничего не могло бы получиться. Но этого недостаточно. Наша цель в общем проста — создать лучший в стране институт муниципальных изменений. Это означает, что мы должны уметь привлекать внешние источники финансирования и, может быть, еще важнее — внешние источники экспертизы. Нам нужны smart money. Экспертиза Федеральной корпорации по развитию малого и среднего бизнеса и МСП-банка может оказаться ценнее их денег. Мы говорим о привлечении институтов инновационного развития, например Российской венчурной компании с ее экспертизой в технологиях. Мы уже активно общаемся с Внешэкономбанком и принадлежащим ему фондом развития моногородов и с другими федеральными институтами развития.

Есть примерные оценки бюджета агентства?

Для нас это спиралевидная среда: начать нужно с разумно компактного набора проектов, чтобы на каждом следующем витке объем привлеченных средств постепенно наращивать. Под каждым витком мы можем понимать год, например. Но начинать мы будем с малого. Первый год уйдет в основном на проектирование и инвестиционное структурирование наиболее важных проектов. Это покажет нам, какой объем акционерного и кредитного капитала нам понадобится для их финансирования. Норильск — город, где на руках у населения есть почти 100 миллиардов рублей в год, так что если мы смотрим в долгосрочную перспективу — на 10 лет, — то это не менее сотни миллионов долларов инвестиционного капитала.

Сколько свободных средств у норильчан?

Фонд заработной платы в Норильске оценивается примерно в 90 с лишним миллиардов рублей. Из этой суммы 25-30 миллиардов — норма накопления, которая в Норильске традиционно высокая. Она делится на две группы: накопления для выезда на материк и расходы на товары и услуги, которые норильчане традиционно несут за пределами города, на материке. Мы хотим, чтобы норильчане тратили деньги в самом городе, создавая тем самым более качественную городскую среду. Мы провели анализ приоритетов норильчан — для нас эту уникальную работу сделал «Левада-Центр».

О каких приоритетах идет речь? Есть ли отличия от «материкового» потребления?

Мы выявили дефицит сервисов, ориентированных на детей, — образовательные и развлекательные услуги. Норильчане готовы за это доплачивать. Другая целевая группа — тинейджеры, подростки до их отъезда в вузы Красноярска и Москвы. Вокруг инфраструктуры многозального кинотеатра возможно создать новую среду для тинейджеров. Третий наш приоритет — теплый город для всех, то есть современные места для общения, в основном экономического класса. Этот бум остальная Россия переживала последние 10-15 лет. Два года назад в Норильске появился молл «Арена», вызвав тем самым фундаментальные перемены в системе потребления. Нужно больше подобных проектов. Но, по всей видимости, чуть более компактных и доступных. Четвертый приоритет — плато Путорана. Мы думаем о нем не только как об экспортном продукте для столичной или иностранной аудитории, но и как возможности для развития туризма в самом Норильске: 52 процента норильчан не были ни на самом плато, ни на озере Лама.

Кого вы планируете привлекать для обновления городской среды?

Процесс уже идет, и идет бурно. Имеется в виду появление в Норильске лучших инвесторов и держателей самых известных франшиз — кофеен, детских центров, компаний по развитию экстремального туризма, отельеров, многих сегментов сервисной экономики, фудсервисных холдингов. Это большое горизонтальное движение, масса переговоров происходит напрямую между норильскими предпринимателями и держателями проектов со стороны, мы далеко не всегда его контролируем.

Как администрация Норильска отнеслась к этому проекту?

Очень хорошо. У меня сначала были некоторые опасения про масштаб вовлечения города, но они не реализовались. Город — один из важнейших стартовых участников инициативы по запуску агентства. Без него все это не имело бы смысла. В-первых, городская власть — это квалифицированные люди, понимающие город; во-вторых, власть — это отражение состояния городского сообщества, потому что она носит выборный характер; в-третьих, власть предоставляет общественную инфраструктуру; в-четвертых, город нужен как крупнейших банк недвижимости и имущества на территории.

У нас с самого начала был очень высокий уровень вовлеченности всех уровней муниципальной власти, начиная с главы города.

Есть ли сложности с кадрами для реализации такой программы?

Они есть везде, даже в Нью-Йорке. На развитие сервисной экономики Норильска крайне негативно влияет плановый отъезд молодых людей для поступления в университеты Москвы, Петербурга, Красноярска. Основа рабочей силы сервисной экономики — молодые люди. В Норильске наблюдается их дефицит. Поэтому параллельно с запуском агентства мы создаем большую образовательную программу для подготовки кадров сервисной экономики города: от линейного персонала до менеджерских позиций. С помощью грантов мы хотим найти институты, которые будут готовы привести в Норильск готовые кадры, а в будущем можем даже запустить колледж сервисной экономики.