Новости партнеров

Не очень мертвое море

Как российский Соль-Илецк импортозамещает популярный мировой курорт

Фото: Замир Усманов / ТАСС

Озеро Развал, которым славен Соль-Илецк, по составу воды близко к Мертвому морю. Этим летом оно, похоже, приблизилось к мировому курорту и по числу туристов. Все бы ничего, если бы по площади Развал не был более чем в тысячу раз меньше, чем его ближневосточный аналог. В итоге пляжи Соль-Илецка сегодня напоминают архивные снимки советского Крыма: тесно так, что многие стоят. «Лента.ру» разбиралась с подробностями.

Город-курорт

Небольшой городок Соль-Илецк — чуть больше 20 тысяч жителей — расположен в Оренбургской области у самой границы с Казахстаном. Отсюда и многонациональный состав населения, и множество временных проживающих. А тут еще и курорт! Впрочем, появление тысяч туристов мало изменило облик самого городка: на многих улочках по-прежнему пыль вместо асфальта, тротуары встречаются фрагментами, разве что появились супермаркеты «Пятерочки», а некоторые частные дома покрылись сайдингом.

Примерно в таких домах и останавливается большая часть туристов. Комфортный двухместный номер в 15 минутах ходьбы от пляжей по бездорожью (не дай бог дождь!) стоит около 2 тысяч рублей в сутки. С персональным санузлом и общей кухней. Спрос на жилье очень высокий, поэтому бронировать лучше заранее. Если бронь идет не через специальный сервис, то хозяева могут в последний момент передумать: «Нас кидают, и мы кидаем!»

Не Развалом единым

Вообще, в Соль-Илецке озеро не одно, их целый комплекс. Самое знаменитое — Развал — считается густо-соленым, занимает площадь около 7 гектаров. Его вода держит отдыхающих в невесомости, а после выхода кожа покрывается солевым панцирем, об который удобно натирать перед поеданием свежие огурцы. Впрочем, в Соль-Илецке на пляжах чаще едят арбузы и дыни. Это традиционно бахчевой край.

По соседству с Развалом расположились Дунино, Тузлучное и Голодные воронки — среднесоленые грязевые озера. Они тоже немного держат тело на весу, после заплывов остается уже не солевой панцирь, а легкий налет, и прямо от берегов можно брать лечебную грязь. Некоторые отдыхающие намазывают себя полностью, некоторые — только проблемные места. Считается, что и грязь, и минеральные озера благотворно действуют на нервную систему, оздоравливают суставы и кожу, улучшают репродуктивную функцию.

Есть еще Большое и Малое городские озера. Вода в них по солености сравнима с морской и по местным меркам считается чуть ли не пресной. Они служат в основном для ополаскивания после соленых озер, так как с душевыми здесь большие проблемы. Они вроде бы где-то есть, но вода в них ледяная и, главное, к ним бесконечные очереди.

Живые очереди к мертвой воде

Очереди здесь повсюду. Сначала — в билетную кассу. Да-да, вход к озерам платный! В августе он стоил 100 рублей в будни, и 200 — в выходные. За детей от 7 лет тоже надо платить. Пройти по билетам можно только один раз.

Отдельная очередь — на вход, уже с билетами. За плату туристы получают относительную чистоту, зонтики, которых все равно не хватает, раздевалки и туалеты, к которым тоже очереди.

Если еще заплатить, можно сделать массаж или посетить соляную камеру — в них зазывают речами о том, что одних озер для целебного эффекта мало. Есть парк аттракционов и водные горки с батутами. Поесть можно в кафе, ассортимент которых в основном однообразен: плов, самса, чебуреки, пиво. Если захочется супов и более европейской пищи, надо стоять в долгой очереди. Кофе везде только растворимый, чай — в пакетиках.

Атмосфера соль-илецкого курорта далека от санаторного релакса, которым славится Мертвое море. Здесь громкая музыка и не менее громкие объявления по радио, цыгане-попрошайки, вечерние дискотеки и очень высокая плотность отдыхающих. Они в основном едут из Пермского края, Башкирии, Челябинской и Самарской областей за стабильным жарким летом, арбузами и атмосферой шумного курорта.

Еще лет 20 назад курорт был совершенно другим. Вокруг озер не было никакого забора, кафешек и музыки. Но и отдыхающих тоже не было! Развал считался грязным и непрестижным. Многие люди знали о нем, но брезговали туда ездить. Сейчас — другое дело.