Только важное и интересное — в нашем Twitter
Новости партнеров

Возвращение «Херсонеса»

Едва не погибший на Украине фрегат принял участие в черноморской регате

Фото: Елена Машкова

В «СКФ Черноморской регате больших парусников 2016» принял участие фрегат «Херсонес». Мало кто верил, что учебный парусник удастся восстановить после 10 лет простоя и медленного разрушения. Но это случилось. Корреспондент «Ленты.ру» прошел вместе с «Херсонесом» второй этап черноморской регаты из Новороссийска в Сочи, в условиях реальной гонки и шторма познакомившись с членами экипажа и капитаном корабля Дмитрием Тесленко.

Большие парусники

Большие парусники — товар штучный. В мире их осталось совсем немного. Содержать большой парусник престижное, но и дорогое удовольствие, которое может себе позволить далеко не каждая страна, имеющая выход к морю. В СССР флот учебных парусников был одним из лучших в мире как по составу кораблей, так и по их качеству. После развала Союза три больших парусника (барк «Товарищ», фрегаты «Херсонес» и «Дружба») отошли к Украине. России достались барки «Седов» и «Крузенштерн» и три фрегата «Мир», «Надежда» и «Паллада».

Все пять российских больших парусников живы и здоровы — ходят по морям-океанам, радуют глаз, участвуют в регатах, на них постоянно проходят практику курсанты российских мореходок. А вот судьба украинских парусников оказалась печальной.

Барк «Товарищ» (Херсон) пришел в полную негодность, после долгих и мучительных переговоров был выкуплен группой немецких энтузиастов и превращен в плавучий музей города Штральзунд, который являлся его первоначальным портом приписки (в 1933 году).

Фрегат «Дружба» (Одесса) в 1992-м был переоборудован в круизную яхту, возил туристов из Барселоны на Балеарские острова, постепенно пришел в негодность и вот уже 12 лет стоит на приколе в Военной гавани Одессы. Чтобы сохранить парусник, нужны немедленные и значительные вложения, но ни денег, ни желания у его хозяев нет.

Фрегат «Херсонес» (Керчь) с 2006 года стоял на приколе в Керчи, где врастал в ил, разваливался и разворовывался. Весной 2014-го парусник вместе со своим портом приписки и всем Крымским полуостровом вошел в состав России. В сентябре 2016 года впервые за 10 лет «Херсонес» вышел в море, чтобы принять участие в «СКФ Черноморской регате больших парусников 2016».

История фрегата «Херсонес»

Учебный трехмачтовый фрегат «Херсонес» — третий из пяти однотипных парусников, заказанных Советским Союзом у Польши. Прототипом для всей серии стал «Дар Молодежи» (порт приписки — Гдыня), спущенный на воду в 1982 году. Кстати, польский фрегат продолжает активно использоваться и не раз встречался автору в разных портах мира.

Первоначально планировалось назвать новый фрегат «Александр Грин», но на воду он был спущен уже как «Херсонес», в честь 1000-летия Крещения Руси. Одним из тех, кто принимал парусник в 1989 году в Гданьске, был нынешний парусный боцман «Херсонеса» Станислав Максименко:

— Строили корабль на знаменитой судоверфи имени Ленина в Гданьске. Теперь ее уже нет. Как-то зашли в Гданьск, хотел сходить на завод, так даже места не смог найти. Мы тогда во всем сами участвовали: и когда машину устанавливали, и когда мачты ставили, цистерны вываривали, делали каюты, водопровод…, в общем, принимали судно по частям и все целиком.

Среди моряков бытует легенда, что во время постройки корма, изначально планировавшаяся для «Херсонеса», досталась «Миру», спущенному на воду чуть раньше (1988). Боцман эту версию категорически отвергает.

После спуска на воду судно передали Севастопольскому ПОРП «Атлантика», которое и эксплуатировало его до мая 1991 года. Следующим владельцем «Херсонеса» стал Керченский филиал Калининградского технологического института рыбной промышленности и хозяйства бывшего СССР. После развала Союза парусник оказался на Украине, и денег на его содержание никто больше не выделял. Ставший самостоятельным учебным заведением Керченский морской технологический институт заключил договор с немецкой компанией Inmaris. В обмен на возможность коммерческой эксплуатации парусника немцы взяли на себя большую часть расходов по его ремонту и содержанию.

От мыса Горн до коматоза

Почти полтора десятка лет «Херсонес» возил по миру немецких трейнизов (морские туристы) и украинских курсантов.

— Трейнизов брали до 90 человек, иногда даже не всех смогли посадить, человек по 10 на берегу оставалось, — вспоминает боцман Максименко. — Ходили вокруг Европы и вокруг Африки, под парусами обошли мыс Горн.

Прохождение «Херсонесом» мыса Горн под парусами — еще одна легендарная история. В разных источниках по этому поводу написано: «никто раньше», «впервые за сто лет» и так далее.

Правда в том, что в 1997 году «Херсонес» действительно обошел мыс Горн не включая двигатель, что делали другие парусники и до него, и после. Но…

— Да, мы действительно прошли из Тихого океана в Атлантику под парусами, — рассказывает боцман Максименко. — Правда, под конец ветер совсем скис, и мы едва тащились, а так бы и мировой рекорд по скорости прохождения был бы наш, немного не хватило.

За проход через мыс Горн капитану «Херсонеса» Михаилу Сухине вручили альбатроса. Рассказывают, что деревянный альбатрос был укреплен и на носу парусника, но потом куда-то исчез.

В 2000 году Inmaris, дела которой шли успешно, переоборудовала «Херсонес»: 12-местные кубрики курсантов превратились в 4-местные каюты для туристов с туалетом и душевыми кабинами, сделали новую вентиляцию и освещение, заново были отделаны внутренние помещения судна. Позже (в 2003 году) корпус был перекрашен в запоминающийся красный цвет. Соответственно повысились и цены для трейнизов. К примеру, в 2005 году 10-дневный переход из Таормины (Италия) в Стамбул стоил от 779 до 2129 евро в зависимости от категории каюты.

Об этом периоде жизни парусника свидетельствуют немецкие таблички на каютах и других помещениях, немецкие навигационные книги с картами и таблицами, сохранившиеся до сих пор стенгазеты со множеством фотографий.

В декабре 2004 года на Украине произошла «оранжевая революция». Больше года понадобилось новой власти, чтобы наложить руки на парусник. В марте 2006-го, когда был уже оформлен отход в очередной рейс, ему неожиданно запретили выход в море. «Херсонес» был отправлен в отстой Керченского порта. Немецкая сторона предъявила Украине иск, надеясь вернуть средства, затраченные на переоборудование судна. Процесс в Гаагском суде длился более трех лет, и в итоге Украину обязали выплатить Inmaris 4,8 миллиона евро.

Заплатила ли эти деньги Украина, автору неизвестно, но с тех пор и до октября 2015 года «Херсонес» гнил в Керчи.

Все могло быть и еще хуже, но в команде фрегата нашлись порядочные люди, которые все эти годы по мере сил и возможностей берегли и охраняли судно. Душой экипажа впавшего в кому парусника был боцман фок-мачты Забродский. И лишь когда боцман заболел, «Херсонес» начали постепенно разворовывать, утащили навигационное оборудование, части машин...

Ремонт

После вхождения Крыма в состав России «Херсонес», как и два других учебных парусных фрегата «Мир» и «Надежду», передали на баланс Росморпорту. В Керчи не было возможности отремонтировать корабль, не было подходящего дока и необходимых мощностей. Ледоколом Росморпорта в октябре 2015 года «Херсонес» вытащили в море и отвели в Севастополь, где поставили в док на судоремонтном заводе.

— Выглядело все очень плачевно... — рассказывает Андрей Иванов, матрос 1-го класса, инструктор верфи «Полтава» (Санкт-Петербург), восстанавливавший «Херсонес» в Севастополе. — Корпус был в ужасном состоянии, его завод «Звездочка» ремонтировал. Сделали отлично. Мне нравится, что кораблик разобрали вот действительно полностью: сняли все покрытия, отпескоструили все по два раза. Чувствовали ответственность. И когда он сошел со стапелей — свежая красочка, свежая палуба, новый такелаж, новая команда, новая жизнь… Как птица феникс воскрес! Буквально зажегся!

Ремонт длился восемь месяцев. 1 июня 2016 года Росморпорт передал «Херсонес» из керченского филиала в севастопольский, корабль поменял прописку и капитана.

Видео: Андрей Иванов, матрос 1-го класса, инструктор верфи «Полтава» (Санкт-Петербург)

Четыре боцмана, парусный мастер и капитан

Рассказывает капитан «Херсонеса» Дмитрий Тесленко:

— 1 июня прилетел посмотреть, в каком он виде. Увидел — в доке стоит беленький, покрашенный. Но работы, конечно, еще много было: мачты проржавели, такелаж сгнил, сняли и положили на причал реи, все зачистили, убрали ржавчину, вырезали и проварили заново сквозные проржавления, сделали винто-рулевую группу… Боцмана с «Мира» прибыли к нам на неделю, помогли восстановить бегущий такелаж. Спасибо им огромное.
— А команда?
— Застал экипаж в девять человек, включая своего старого боцмана, с которым ходил 10 лет еще на «Палладе». Из Керчи остался второй помощник, остальных уже новых в Севастополе набирали. Нашли боцмана, который здесь работал до 2010 года, парусный мастер остался, вот, наверное, и все, кто знает это судно.
— У остальных вообще не было опыта хождения на парусном судне?
— Откуда?... Уже перед отходом к нам пришли боцманами два молодых матроса, ходившие на «Мире» и «Седове», вроде ребята толковые. Так что паруса знают у меня четыре боцмана, парусный мастер и я.
— А люди, которые имеют опыт хождения на яхтах, могут большим парусникам пригодиться?
— Не думаю, понимание ветра у них, конечно, есть, а работать с парусами они не могут. У них совершенно другой стиль работы, соответственно и мышление другое.

Заграница? Смотря какая…

— Сейчас команда укомплектована полностью?
— Да, полностью, по штатному расписанию.
— Какая задача стоит перед «Херсонесом», что должно получиться?
— У нас должно получиться учебное парусное судно.
— Для какого учебного заведения? Для крымского, севастопольского, гражданского, военного?
— Для всей России. Сейчас у нас на борту курсанты Московского института водного транспорта и севастопольцы, ребята из РГУ, ушаковцы, нахимовцы с разных курсов. А дальше будут из Ростова, Новороссийска…
— А куда ходить будете?
— Пока здесь.
— Между Сочи и Новороссийском?
— По Черному морю.
— В нейтральные воды вам выходить можно?
— На Черном море нет нейтральных вод, здесь есть экономические зоны, поделенные между прибрежными странами.
— Но за границу вам пока выходить будет нельзя?
— Ну, это смотря в какую заграницу. Если в Европу, то в ближайшее время, наверное, да, но я думаю, без проблем можно будет пойти в Азию.
— А как Босфор проходить?
— Турки наши друзья…
— Дай бог! Говорили, что Путин лично договорился с Эрдоганом, чтобы «Крузенштерн» пропустили на Черноморскую регату без лишних поборов.
— Вот и относительно нас договорятся. А дальше там Греция, Кипр, Египет — все наши друзья.

Вернули домой

— То есть вся эта история с санкциями вас не сильно напрягает? Та же Украина считает, что парусник у нее украли…
— Не украли, а вернули домой.
— Как на ваше назначение реагируют знакомые капитаны иностранных судов?
— Поздравляют, желают удачи.
— А как к вашему участию в Черноморской регате отнеслись ее организаторы Sails Training, с их стороны не было возражений?
— Они, наоборот, рады. Были у нас на борту, уговаривали меня пойти в Варну. Обещали все для этого сделать. Я ответил, что пока не могу.
— Не проще было бы сменить название, перепродать его другому владельцу, затем выкупить назад и таким образом юридически «очистить» судно?
— Я слышал, были какие-то такие идеи, но ничего этого делать не стали. Принципиально поменяли порт приписки с Керчи на Севастополь, а не на Новороссийск или Сочи, чтобы «Херсонес» как был, так и остался в Крыму. Мне кажется, это очень правильное решение. Севастополь — город-герой, его история тесно связана с русским парусным флотом, и он должен иметь свой большой парусник.

В море мы отдыхаем

Мы обходим фрегат. На первый взгляд все чисто и красиво, но при более пристальном взгляде видно — где-то палубный настил почернел, где-то не хватает парусов, а на тех, что есть, красуются заплаты...

— В каком сейчас состоянии находится парусник?
— В рабочем. Новые паруса уже ждут нас в Севастополе. Подвезли, когда мы уже выходили, не успели их забрать...
— А машины?
— С машинами все нормально, сейчас проходим послеремонтный хронометраж. Все в работе. А что не в работе, по приходу сделаем. Ремонт закончили 11 сентября и в этот же день вышли в море.

— Устали?
— Люди работали очень напряженно, конечно, накопилась усталость, но в море мы отдыхаем. Никто же не верил, что мы выйдем, даже те, кто нас ремонтировали, говорили, что до Нового года не выйдете. Но вот, вышли…
— А курсантов сейчас сколько?
— 70 человек.
— Не мало?
— Мало. Нужно по меньшей мере 90. По 30 человек на мачту.
— И как «Херсонес» чувствует себя под парусами, какие ощущения?
— Трудно пока сказать, шли сюда под крутым бейдевиндом. Курсанты были не подготовлены, поэтому ставили минимальное число парусов. Пока освоили только два прямых паруса и два косяка: фок, грот, нижний марсель и стаксель. У нас все пока в первый раз.

На своей первой после возрождения регате «Херсонес» проявил себя отлично. При сложных погодных условиях — ветер в порывах до 20 метров в секунду и волнение в шесть баллов — фрегат поставил все имевшиеся у него паруса и долго шел третьим, пропустив вперед лишь «Мир» и «Надежду». Курсанты и команда работали отлично, не допустив практически ни единой ошибки.

Работы на «Херсонесе» предстоит еще много, но главное уже сделано — российский флот получил еще одно отличное учебное парусное судно, и у него есть будущее.