Отнять и не делить

Как автор картины «Тебе, человечество!» не заметил деноминацию рубля в 1961 году

Изображение: «Тебе, человечество!» / Таир Салахов

Два человека — мужчина и женщина. Кажется, что они летят вперед, но это не так, по-настоящему они летят вверх, несмотря на то что ориентация полотна картины горизонтальная. Внизу остается Земля, а их ждет космос. В руках они держат добела раскаленные сферы. Это — гимн космической эре, картина Таира Салахова «Тебе, человечество!», написанная в 1961 году.

Образ этот неслучаен. В тот год радостные советские граждане встречали на улицах Москвы первого космонавта планеты — Юрия Гагарина, и страна пребывала в эйфории. Восемь лет назад умер Сталин. При Хрущеве у советских людей появилась надежда на то, что перемены к лучшему все же возможны. В октябре на XXIII съезде КПСС генсек заявил, что к 1980 году «нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме». Но за несколько месяцев до полета Гагарина и речи Хрущева, в начале 1961 года, произошло событие, однозначной трактовки которого нет по сей день: последняя в СССР денежная реформа.

Бумажки на бумажки

Денежные реформы в социалистических государствах чаще всего проводились по одному простому сценарию. Внезапно в СМИ объявляли, что деньги, находившиеся в ходу еще вчера, через несколько дней превратятся в пачку бумажек и горстку металла, и поэтому их срочно надо обменять на новые.

При этом устанавливался лимит обмена — скажем, в размере двух среднестатистических зарплат. Если говорить о вкладах, находящихся в банках, то здесь условия были помягче, но ограничения все равно существовали.

Таким образом, государство фактически изымало наличность у граждан, что вызывало уменьшение инфляции и повышение ценности денег. К тому же все это наносило ощутимый удар по черному рынку, уничтожая нелегальные сбережения тех, кто на нем торгует. По этим правилам проходила сталинская денежная реформа 1947 года.

Золото и доллар

Денежная реформа Хрущева, начавшаяся 1 января, не была похожа на предшественницу. О том, что она будет проводиться, объявили заранее, более чем за полгода, а обменять новые деньги на старые можно было в течение всего первого квартала 1961 года. Но самое главное состояло в том, что ее целью не было изъятие денежной массы у населения.

Если в 1947 году государство, проводя реформу, попутно снижало цены на товары, то здесь этого не было. Деньги просто обменивали по курсу 10 старых рублей к одному, вклады же пересчитывались автоматически, без всяких ограничений.

Короче говоря, хрущевская денежная реформа не должна была затронуть простых граждан и потребительский сектор экономики. Из других положительных факторов можно отметить упрощение ведения бухгалтерии и уменьшение затрат на изготовление банкнот, ведь новые были существенно меньше по размеру.

Но смысл реформы был не только и не столько в этом. Прежде всего, поменялось золотое содержание денег. Если в 1950 году один рубль обеспечивался 0,222168 грамма золота (и учитывая правила деноминации, теперь за него должны были давать 2,22168 грамма), то, согласно постановлению от 14 ноября 1960 года, за новый рубль давали всего 0,987412 грамма золота.

Интереснее ситуация обстояла с курсом доллара, по которому высчитывался курс других иностранных валют. До января 1961 года официальный курс составлял четыре рубля за один доллар, но помимо него был еще и другой, «особый», согласно которому один доллар стоил 10 рублей. Второй действовал не в теории, а на практике: для иностранцев, для советских граждан, выезжающих за границу, для решения вопросов по обеспечению дипломатических миссий, просто при покупке государством валюты. Эта система в ходе реформы была упразднена. По логике вещей, за один новый рубль в 1961 году должны были давать один доллар, но единый курс в результате был установлен в размере 90 копеек за доллар.

Какого же результата пытались достичь? В сущности, структура советского экспорта от этого решения никак не поменялась — ведь СССР продавал продукцию и сырье за границу за иностранную валюту, а не за рубли. Но если говорить о статистике, то теперь Советский Союз мог гордиться тем, что в рублях выручка возросла, а потом заявлять о падении доверия к проклятому доллару (о чем впоследствии неоднократно заявлял министр финансов Василий Гарбузов). Никакого другого эффекта это решение не произвело и на цены отечественных потребительских товаров в условиях централизованной экономики не повлияло.

Не в нефти дело

До сих пор жарко обсуждается вопрос о том, не подсадил ли Хрущев страну, проводя деноминацию 1961 года, на «нефтяную иглу», — ведь курс доллара к рублю условно повысился (с четырех «старых» рублей за доллар до 90 «новых» копеек за доллар), и это якобы повлияло на получение сверхприбылей от экспорта углеводородов.

Но у таких рассуждений есть изъяны. Во-первых, реальный курс, по которому советские деньги обменивались на американскую валюту до реформы, как уже было упомянуто выше, составлял 10 «старых» рублей за один доллар. Во-вторых, СССР, продавая сырье на экспорт, получал иностранную свободно конвертируемую валюту, и внутренний курс неконвертируемого рубля никак не влиял на прибыль, получаемую в ней. Советский Союз неизбежно бы стал продавать нефть, так как спрос на нее существовал на международном рынке, и деноминация 1961 года вряд ли могла напрямую повлиять на реальные доходы государства от этой статьи экспорта.

Впрочем, у этой реформы есть более явные негативные последствия. Прежде всего, она ударила по карману населения. В официальной торговле была повышена цена на ювелирные изделия, что стало прямым следствием понижения золотого содержания рубля. Этот факт не ускользнул от граждан. В результате после проведения деноминации рыночные цены понизились не в 10, как следовало бы ожидать, а в 4,5 раза, и это только в среднем. Отдельные категории товаров, реализуемых на рынках, подорожали более существенно.

Труд же подешевел, а значит и рентабельность экспортируемой государством продукции повысилась (всей, а вовсе не только нефти). Это позволило поддержать комплекс народного хозяйства, но, конечно, не повлияло на повышение качества жизни населения. Иностранные товары, которые и так практически невозможно было купить, стали для советских граждан совершенно недоступными. Неработающую советскую экономику нельзя было починить с помощью подобных полумер, и реформа 1961 года, дав некоторый положительный результат в короткой перспективе, сделала свой вклад в грядущий крах СССР.