Династия

О неизменности подхода к ведению бизнеса на примере одной семьи

Матвей Брилинг
Фото: Валерий Левитин / РИА Новости

Московский арбитражный суд во вторник, 15 ноября, рассматривает дело о признании несостоятельным (банкротом) довольно известного в свое время предпринимателя Матвея Брилинга. Судебная инстанция уже несколько раз по разным причинам откладывала рассмотрение, будет ли на этот раз поставлена точка — покажет время. Дело это крайне интересное: на его примере можно проследить, как формировались олигархические состояния в 90-х годах и какой импульс им сумели придать представители второго поколения богатых семей.

Отец

Где и как родилось состояние папы Матвея Брилинга — Георгия, узнать проблематично: открытые источники крайне скупы на эту информацию. Тем не менее доподлинно известно, что в начале нулевых Георгию уже вполне хватало средств на то, чтобы принять участие в операции по приобретению активов азотных предприятий, принадлежавших на тот момент «Межрегионгазу», входящему в структуру «Газпрома». В конце 2002 года благодаря усилиям прежнего менеджмента «Межрегионгаза», действовавшего совместно с Георгием Брилингом, газовики потеряли контроль над холдинговой компанией «Азот», в состав которой на тот момент входил Кирово-Чепецкий химкомбинат (КЧХК). Во владении компании также были доли крупнейших предприятий отрасли — пермских «Минудобрений», березниковского и череповецкого «Азотов».

Надо сказать, что победа не пошла Георгию на пользу. В результате двухлетней борьбы контроль над «Азотом» был потерян, а участникам операции по его приобретению под носом у всесильного «Газпрома» пришлось бежать из страны. По официальным данным, Георгий Брилинг на просторы Родины до сих пор не вернулся.

Сын

Трудовой путь Матвея Брилинга начался значительно скромнее. Однако в первой истории, сделавшей его известным, тоже был криминальный оттенок. Правда, Матвей в ней выступал как потерпевший. В январе 1998 года его похитили неизвестные и потребовали выкуп в размере 50 миллионов долларов. Брилинг-младший тогда повел себя геройски — сбежал от злоумышленников, выпрыгнув из окна третьего этажа и сломав обе ноги. Тогда, кстати, «Коммерсантъ» выдвигал версию, что похищение Матвея связано с финансово-хозяйственной деятельностью его отца, занявшего денег у чеченцев и решившего их не возвращать. Сам Матвей Брилинг занимался мирной деятельностью — руководил издательским домом «Тема».

Потом он пробовал себя в разных отраслях. Так, в начале нулевых, когда отец контролировал активы холдинга «Азот», Матвей был генеральным директором компании-продавца минеральных удобрений, носивших то же название, что и головная компания. Затем, когда семейный контроль над минудобрениями был утерян, Брилинг открыл сеть ресторанов японской кухни «Изуми», в настоящее время на территории России не работающую. Приблизительно в это же время Матвей приобрел в собственность гостиничный комплекс «Шереметьево», от которого впоследствии тоже избавился.

С 2009-го по 2010 год он руководил торговой сетью «Мосмарт». На этом периоде стоит остановиться более подробно. Брилинг появился в «Мосмарте» в то время, которое иначе как кризисным не назовешь. В то время многие испытывали проблемы с финансами. Ретейлер подошел к лету 2009 года с чистым долгом в размере 9,6 миллиарда рублей, из которых 3 миллиарда «Мосмарт» был должен поставщикам и 6,6 миллиарда — кредитным организациям. Ситуация была настолько запущенной, что 23 гипермаркета сети стояли пустыми: товар в них перестали отгружать.

Однако пришла поддержка в лице государства. В июне 2009 года «Сбербанк капитал» совместно с фондом Bacarella Евгения Новицкого стали владельцами 51 и 10 процентов акций «Мосмарта» соответственно. Планировалось, что Сбербанк реструктурирует часть задолженности ретейлера и поддержит его новым финансированием. «Мосмарту» удалось погасить около 70 процентов долгов перед поставщиками и в сентябре начать работу. Параллельно с оздоровительными финансовыми процедурами в торговой сети шла смена топ-менеджмента. В частности, на должность Chief Commercial Officer пришел Матвей Брилинг. Он сменил на данной позиции Виталия Подольского, проработавшего совсем немного, но сумевшего оперативно договориться с поставщиками продукции, чтобы они вновь начали поставки для торговой сети.

Как писал в то время «Эксперт Online», ссылаясь на источник, знакомый с ситуацией в «Мосмарте», именно с приходом Брилинга на руководящий пост положение компании вновь ухудшилось: «Тот, кто сменил Подольского, не имел опыта работы ни в ретейле, ни вообще в управлении». Тем не менее Брилинг продолжал занимать руководящую позицию в «Мосмарте». Бывшие сотрудники торговой сети объясняли этот факт связями Новицкого с Георгием Брилингом: совладельцу «Мосмарта» якобы пришлось оказать протекцию сыну своего бизнес-партнера. Все это привело к тому, что буквально за два месяца после прихода Брилинга-младшего из торговой сети уволилось около 60 процентов персонала — «из-за невыносимости обстановки и работы с этим человеком». Впрочем, сам Брилинг ситуацию трагичной не считал. Как бы там ни было, в декабре 2010 года Московский арбитраж признал ретейлера банкротом.

В следующий раз имя Матвея Брилинга прозвучало в связи с основанием микрофинансовой организации «Деньги напрокат». Юридическое название данной МФО — ЗАО «Кредитный союз», в котором, согласно данным системы «СПАРК-Интерфакс», Матвей Брилинг до сих пор является владельцем 75 процентов акций. По каким-то причинам и этот бизнес продержался недолго. Согласно данным «СПАРК», с 22 сентября 2016 года компания признана банкротом и находится в состоянии ликвидации.

Параллельно с микрофинансовым бизнесом (регистрация, согласно данным «СПАРК», состоялась в декабре 2010 года), Брилинг открыл компанию «Система хранения», основной деятельностью которой является складирование, хранение и торговля автомобильными деталями, узлами и их принадлежностями и транспортная обработка грузов. Вместе с МФО, дающей возможность претендовать на имущество должников в том случае, если они не справляются со своими обязательствами, получается хороший вспомогательный бизнес, позволяющий, например, перепродавать запчасти от автомобилей, которые МФО забирает за долги. В ноябре 2012 года, согласно данным «СПАРК», генеральным директором «Системы хранения» становится на короткое время Юлия Бугаева — впоследствии жена Матвея Брилинга.

Рыбак рыбака

Брачный союз Юлии Бугаевой и Матвея Брилинга позволил породниться двум семьям, каждая из которых занималась своим бизнесом.

Братья Евгений (отец Юлии — прим. «Ленты.ру») и Владимир Бугаевы вместе со сводным братом Яковом Ерошевским долгие годы вели совместный бизнес, а в 2011-м решили мирно разойтись. Претензий никто никому не предъявлял, все решили тихо, по-семейному. И вдруг спустя два года как из рога изобилия посыпались иски к Ерошевскому. Евгений Бугаев пытался оспорить сделки от 2012 года по переуступке своих акционерных долей в Phoenix Pharmacy Limited, контролирующей компанию «Химпищеаромат» — растущего в результате санкционной войны производства пищевых ароматов объемом 1,5 миллиарда рублей в год, в результате которых Ерошевский стал основным владельцем Phoenix и единственным владельцем «Химпищеаромата».

Однако о своих претензиях на возврат ранее принадлежавших ему акций Евгений Бугаев заявил только в 2014 году. «Он решил продать свою долю Якову Ерошевскому за символический миллион долларов, — говорит старший юрист Law Position Максим Молодкин, представляющий в судах интересы Евгения Бугаева. — Договоры были подписаны, но оплата за акции так и не поступила».

Однако Следственное управление УМВД признало Ерошевского потерпевшим по заведенному уголовному делу, отметив, что «неустановленное лицо намеревалось ввести суд в заблуждение с целью получить решение суда в свою пользу». Речь идет как раз о попытке Бугаева расторгнуть договор купли-продажи акций компании Phoenix Pharmacy Limited в связи с якобы неоплатой его Ерошевским.

Руководитель представляющей интересы Ерошевского юридической фирмы «ЛексТерра» Юлия Логунова предлагает посмотреть уже вынесенные судебные постановления: «Заметьте, нет ни одного судебного решения, подтверждающего позицию господина Бугаева. Зато есть судебное решение о взыскании с Бугаева 2,5 миллиона долларов долга в пользу Ерошевского, и уже выдан исполнительный лист. Приставы описывают его имущество».

«В целом атака на комбинат очень напоминает схемы атак обычных рейдеров на другие предприятия — через скупку акций подконтрольными лицами, введение своих людей в управляющие органы компании, далее следует банкротство предприятия, распродажа его имущества или просто перепродажа», — прокомментировала ситуацию юрист.

На первый взгляд — типичная история, связанная со спором хозяйствующих субъектов, которая, безусловно, осложняется тем, что это тяжба между близкими родственниками. Однако немного странным выглядит тот факт, что в течение двух лет, прошедших после сделки по продаже активов Phoenix Pharmacy Limited, Евгений Бугаев претензий к Ерошевскому не выдвигал. Начало судебной активности совпало с тем моментом, когда родственником Бугаева стал Матвей Брилинг, развивавший бизнес, неизбежной частью которого является внедрение в чужие предприятия, иногда против воли основных акционеров, как это было, скажем с ОАО «Сити», осуществлявшим управление проектом ММДЦ «Москва-Сити», взыскание долгов и прочие направления, позаимствованные у отца, безусловно влиявшего на деловую жизнь сына. С бэкграундом последнего можно ознакомиться в начале этой статьи.

Как раз в 2014 году у Матвея Брилинга начались финансовые сложности, о чем свидетельствует судебное решение по делу «М2М Прайвет Банка» о взыскании с него 2,8 миллиона долларов. Согласно судебному документу, в октябре 2014 года стороны договорились о реструктуризации долга, которая впоследствии не была выполнена, что, собственно, и привело к иску.

Параллельно с этим Брилинг оказался кредитором своего тестя — Евгения Бугаева. Размер суммы, которую последний взял у зятя, неизвестна, известно лишь, что Василеостровский районных суд Санкт-Петербурга в мае 2016 года удовлетворил иск Матвея Брилинга к Евгению Бугаеву о взыскании задолженности. При этом участники разбирательства не отвернулись друг от друга, что подтверждает их общение в социальной сети Facebook. С учетом того, что у обоих — закрытые страницы с ограниченным кругом друзей (чуть более тридцати у каждого), они неизбежно действовали бы друг другу на нервы, если бы испытывали взаимные негативные чувства.

Как бы там ни было, очень интересно проследить за тем, как закончится эта история.