Театр абсурда

Строительство здания в историческом центре Киева привело к грандиозному скандалу

Здание академического драмтеатра в Киеве
Фото: Александр Гусев / Zuma / Globallookpress.com

На днях в Киеве разгорелся нешуточный скандал: жителям украинской столицы категорически не понравился фасад нового театра на Андреевском спуске, в историческом районе Подол, торжественно открытого 29 ноября. Особая пикантность ситуации в том, что меценатом проекта выступила принадлежащая Петру Порошенко корпорация Roshen, которая по сути единолично принимала архитектурное решение. На кону оказался не только театр, но и вполне конкретные политические и экономические выгоды и потери. Почему киевляне возмущены «стройкой века» и есть ли в сложившейся ситуации шансы на компромисс, разбиралась «Лента.ру».

Театр-кочевник

История обретения Киевским академическим театром на Подоле собственного здания не менее драматична, чем пьесы из его репертуара. Этот театр был создан еще в 1987 году, однако до 2004 года вел преимущественно кочевой образ жизни: труппа пребывала на продолжительных гастролях по Украине и за границей, а в Киеве временно арендовала различные площадки. Перспектива стабильности появилась в начале 1990-х, когда власти дали добро на строительство. Место на знаменитом Андреевском спуске выбрали не случайное: в здании начала XIX века, принадлежавшем купцу-меценату Ивану Шатрову, был домашний театр. Согласно историческим документам, в доме Шатрова на театральные представления собиралась определенная часть киевской знати — деятели культуры, киевская аристократия, промышленники, меценаты и политики. В общем, место выбрали подходящее и даже знаковое, все разрешения были получены. Но, как это часто бывает на Украине, перспективный проект постепенно превратился в маловразумительный долгострой, с которым связана целая череда скандалов.

После формального старта строительства долгие годы не происходило вообще ничего, а первый небольшой прорыв случился уже в 2004-2006 годах. Тогда сил и ресурсов хватило лишь на административное здание с малым залом, но на этапе возведения зрительного зала на 300 мест стройка решительно забуксовала. Зато в качестве компенсации в апреле 2006-го уникальный театр без своего помещения указом министра культуры получил звание академического. Следующий знаковый рубеж случился в пору президентстве Виктора Януковича — в 2012 году, когда весь Андреевский спуск глобально реконструировали в рамках подготовки Киева к проведению футбольного чемпионата Евро-2012. Однако и тогда не сложилось. Столичные власти как минимум дважды за год давали обещание открыть новое здание, но до начала футбольного чемпионата не успели, а потом эта задача вообще выпала из приоритетов. Стоит отметить, что в 2012-м для реконструкции был выбран стиль псевдоисторизма: по замыслу авторов, здание театра должны были выполнить в стиле так называемой купеческой архитектуры Киева конца XIX — начала XX веков.

И вот уже при нынешней власти, то есть при градоначальнике Виталии Кличко, к строительству здания вернулись в очередной раз. В 2015 году мэрия даже предусмотрела в городском бюджете деньги на выполнение ряда работ: смешные по любым меркам 391 тысяча гривен (около миллиона рублей). Зато волшебным образом появились меценаты: финансирование строительства взяла на себя главная корпорация Украины — президентская Roshen. С большим пафосом было заявлено о выделении на театр почти 166 миллионов гривен (более 400 миллионов рублей). Сейчас это «меценатство» кажется хорошо просчитанной комбинацией политического и экономического направления, в которой интересы театра далеко не на первом месте. Политическое решение было принято, деньги появились, работы стартовали, а вот результат оказался абсолютно неожиданным.

Ангар, крематорий, уродство…

После очередного рестарта строительства в Киевской горгосадминистрации рассчитывали завершить его ко Дню Киева (традиционно празднуется в последнее воскресенье мая) уже в этом году. Чиновники всячески подчеркивали трудность положения: дескать, «работы по завершению строительства театра не велись восемь лет, за это время стены покрылись плесенью, поэтому придется менять часть конструкций». Преувеличения в этих жалобах если и были, то не слишком значительные. Насколько все плохо было со «стройкой века» на Андреевском, можно понять по резонансному случаю в 2014 году: 40-летний мужчина из Житомирской области разбирал на металлолом остатки медной крыши здания будущей театральной «жемчужины»: в первый раз умудрился снять и вынести 20 килограммов меди, которую сдал за 55 гривен (примерно два доллара), а во время второй вылазки его застал с 11 килограммами добычи участковый. Так что никто особенно не удивился, когда в запланированные сроки ничего не произошло, кроме очередного ЧП с криминальным оттенком: крупной кражи арматуры со строительной площадки. Открытие театра сначала перенесли на осень этого года, а потом — на весну 2017-го, оставив, впрочем, на последние дни ноября официальную презентацию театра и его фасада.

Ничто не предвещало скандала вплоть до 28 ноября. Работы шли своим чередом. Как потом объясняли прессе киевляне, в ходе строительства создавалось впечатление, что огромный черный фасад — «монтажный», временный, а само сокровище архитектурной мысли расположено за ним. Но за день до официального открытия тайное стало явным. Возмущению киевлян относительного «новодела» на Андреевском, непропорционально огромных размеров и подавляющей черной расцветки, нет предела. Редкий случай: в едином порыве объединились простые горожане, активисты, политики местного уровня и даже представители правительства. «То, что мы сегодня увидели, — это дизайн крематория, промышленной вентиляционной системы. Или первого и второго блоков ЧАЭС, которые советские инженеры и архитекторы тоже реализовали с помощью черных кубических строений», — негодовал активист Ярослав Емельяненко. «Ангар на Андреевском спуске... Кто-то должен ответить за это уродство в сердце Киева», — вторил ему глава комиссии Киевсовета по вопросам градостроительства, архитектуры и землепользования Александр Харченко. Вице-премьер Украины Павел Розенко прямо назвал обновленный фасад театра «гадким и неуклюжим — хоть в профиль, хоть анфас». Впрочем, чтобы не вышло неприятных политических последствий, Розенко отдельно подчеркнул, что к меценатам у него претензий нет: «Театр городу нужен, даже очень. И за то, что выделили средства, — благодарность».

В явном шоке пребывал руководитель аппарата Киевской администрации Владимир Бондаренко. В какой-то момент даже показалось, что под давлением общественности официальную презентацию отложат. «На сегодня мы имеем постройку, которая понятна автору проекта архитектору, но не понятна киевлянам… Думаю, что и меценат, и автор проекта должны выйти к киевлянам и объяснить мысль, ради которой конкретно такое архитектурное решение было определено в среде Андреевского спуска», — откровенничал чиновник. В Roshen, в свою очередь, решили не отмалчиваться, а перейти в атаку, выложив свои козыри. Главный из них, правда, прямо к делу не относится, зато весомо давит на социальную составляющую. Заявлено, что это будет первый украинский театр, который даст возможность людям с ограниченными возможностями, проблемами слуха и зрения посещать спектакли благодаря особому оборудованию. Что же касается внешнего вида, то и тут на все претензии есть ответ: кирпич для фасада — исторический; темная часть, которую все критикуют, — это дорогой материал райнцинк; выбор его обусловлен тем, что здание должно быть легким, цвет боковой части со временем должен приобрести зеленоватый оттенок и сливаться с горой; высота театра обусловлена требованиями сценического оборудования. И вообще — все согласовано с ЮНЕСКО.

Презентация и последствия

В итоге презентация «коробки» театра (внутри пока ничего нет, кроме стен и остова сцены), как и было намечено, состоялась 29 ноября. Несмотря на нешуточные страсти, бушевавшие накануне, официальное мероприятие прошло довольно спокойно, без серьезного ажиотажа. Немногочисленные протестующие активисты покричали «Позор!», на том активное сопротивление и закончилось. Впрочем, вялыми были и аплодисменты в поддержку главного архитектора проекта — харьковчанина Олега Дроздова. Он заявил, что его команда «приложила максимум усилий, чтобы мягко войти в контекст, насколько это возможно», и вообще в мире «небольшие театры в любом городе, как храмы, доминируют». Что же касается возмущающего всех черного цвета, то, по словам Дроздова, «театр-хамелеон» буквально через полгода будет уже серо-зеленым.

Видео: Alex Kozachenko / YouTube

Однако ждать мифических изменений киевляне не желают. Уже появилась электронная петиция к городским властям с требованием снести фасад и «вернуть исторический облик Андреевскому спуску, который является общим наследием всего украинского народа». Для официального рассмотрения обращение должно собрать 10 тысяч голосов, и нет сомнений, что эта планка будет преодолена достаточно быстро.

Петиция ставит и еще один немаловажный вопрос: об ответственности должностных лиц, дававших разрешение на строительство. Киевлян возмущают не только архитектурные формы, но и то, что не было никакого, даже самого формального обсуждения проекта: меценат абсолютно монопольно принял решение. Чувствуя настроения людей, Кличко уже поспешил рассказать о нарушениях, допущенных при строительстве, и заверить, что без согласования с общественностью здание не будет сдано в эксплуатацию. В похожем русле высказался и главный архитектор Киева Александр Свистунов: доработаем, время еще есть.

Несмотря на эти заверения, менять фасад вряд ли будут. Театр станут постепенно достраивать в надежде, что после нынешнего всплеска активности киевляне рано или поздно привыкнут к его внешнему виду и у них появятся другие, более насущные заботы. Особо ретивых борцов за Андреевский спуск можно успокоить бесконечными бюрократическими процедурами, отнимающими массу сил и времени, или другими точечными методами. Дело ведь не совсем в театре: даже отдельные депутаты Верховной Рады прямо указывают на то, что у Roshen есть «конкретный коммерческий интерес на Андреевском спуске». Так что ставки высоки, и отступать нельзя. Сумеют ли что-то противопоставить этому напору недовольные горожане — покажет время.