Новости партнеров

«Весь город наш!»

Грозная банда «Хади Такташ» стала настоящим кошмаром Казани 90-х

Кадр: телесериал «Реальные пацаны»

«Лента.ру» продолжает цикл публикаций о самых известных организованных преступных группировках 1990-х. В предыдущей статье речь шла о казанской банде «Тяп-Ляп». Эта ОПГ родом из СССР первой занялась заказными убийствами, ее бойцы отличались от районных гопников не только строгой дисциплиной, но и своей собственной, извращенной идеологией. В конце 1970-х силовикам удалось отправить за решетку главарей банды, однако многие рядовые члены «Тяп-Ляп» избежали наказания — затаились, ушли в тень. Но распад СССР и перевод экономики на рыночные отношения в начале 1990-х послужили прекрасной почвой для разгула бандитизма. Бойцы банды «Тяп-Ляп» с их опытом пришлись ко двору в новой казанской ОПГ — печально известной «Хади Такташ». Помимо прочего, банда вошла в криминальную историю тем, что, расследуя ее преступления, правоохранители впервые в российской истории применили программу защиты свидетелей.

Отцы и дети

Хади Такташ (1901-1931) — это татарский поэт, основоположник советской татарской поэзии. В Казани есть улица его имени. В 1982 году на этой улице, как и на многих других улицах столицы Татарстана того времени, сформировалась своя молодежная банда.

Хадишевцы регулярно принимали участие в побоищах за свою территорию, имели приводы в милицию. А будущий лидер группировки Радик Галиакберов (Раджа) даже загремел на «малолетку»: на одной из сходок он пробил голову своему противнику металлическим шаром. Отсидев положенное, Раджа вышел на свободу и принялся хвастаться товарищам, каких успехов достиг за время отсидки. По словам честолюбивого Галиакберова, он чуть ли не в одиночку сумел поднять все швейное производство и заработал на этом большую по тем временам сумму — 600 рублей. «Начальник меня даже отпускать не хотел. Кричал, мол, производство все встанет», — с гордостью рассказывал Радик.

Между тем наступили 90-е, в группировке наметился раскол. Прежние авторитеты под предводительством Рауфа Шарафутдинова (Рафа) не желали перемен и продолжали жить по воровским законам. Молодняк — Анвар Халиуллин и его приближенный Николай Гусев — ратовали за расширение сфер влияния, захват власти над городскими предприятиями и открытие собственных фирм. Раджа присоединился к лагерю «реформаторов».

Шарафутдинов от бизнес-перспектив был не в восторге, но его не послушали: Халиуллин внедрил своих людей на местный комбинат «Оргсинтез», и молодое ответвление хадишевских приступило к торговле полиэтиленовой пленкой. Рафа среди своих сторонников тут же объявил ребят Анвара отщепенцами и постановил: отныне Халиуллин должен делиться с ним выручкой. Тот лишь посмеялся — и такой непокорности Шарафутдинов уже не простил.

Старикам тут не место

4 ноября 1992 года Халлиулин приехал на встречу со своими приближенными в дом в частном секторе города. Когда он вышел во двор, грянули выстрелы: позже выяснилось, что киллер попросту просунул охотничье ружье через дыру в заборе и дал несколько залпов. Анвар скончался на месте.

Шарафутдинов ликовал, но недолго. Сообразив, чьих это рук дело, приверженцы погибшего Халиуллина тут же нашли наемника, согласившегося убить Рафу. В январе 1993 года Рафа отправился с деловым визитом в столицу, где предполагал встретиться с местными ворами в законе. Киллер последовал за ним: заказчики решили, что «исполнять» обидчика лучше в чужом городе. Почетного гостя ждали в квартире многоэтажки на Пантелеевской улице. Шарафутдинов вошел в подъезд, следом проскользнул ликвидатор... Рафа был убит одним выстрелом в голову.

Останавливаться на достигнутом молодняк не собирался. Бандиты опасались, что сподвижники Шарафутдинова могут нанести ответный удар. На внутреннем совете всем авторитетным «старичкам» вынесли смертные приговоры. Убивать решили так же, как и Рауфа — подальше от Казани.

Первыми на верную гибель в Москву в сентябре 1993 года отправились трое «стариков» — Ильсур Валеев, Рустем Бореев и их «бригадир» Владимир Диденко (Дидя). Хадишевцев под предлогом организации кредита в 50 тысяч долларов заманил в столицу их приятель Андрей Ситнов (Сито). Тот был одним из «молодых», но троицу это не насторожило: по их мнению, все распри остались в прошлом. И это стоило им жизни. Ситнов разместил их в съемной квартире неподалеку от метро «Таганская» и в первую же ночь открыл дверь прибывшим следующим поездом подельникам. Перестреляли всех. Тела расчленили и закопали в лесополосе.

Сам Ситнов вернулся в родной город с легендой для «стариков»: мол, все трое ушли из квартиры и пропали бесследно. Самостоятельные поиски ни к чему не привели, а обращаться в милицию... Сами понимаете. Раджа связался с другом пропавших Александром Кобальновым (Павло) и предложил объединить силы для поиска приятелей. Но тот Радику не доверял и, сославшись на неотложные дела, отказался. После чего его машину обстреляли, Павло чудом остался жив. Некоторое время спустя шурин Кобальнова по своим каналам узнал: это был акт возмездия за несговорчивость.

Пазл постепенно складывался: наследники Шарафутдинова поняли, что к исчезновению их соратников причастны «молодые». А значит, война еще не закончена. Пока «старички» разрабатывали план ответных боевых действий, возглавивший молодняк Николай Гусев, его заместитель Раджа и некоторые из боевиков спешно отбыли в Москву. Вскоре Гусев эмигрировал в Испанию. И ОПГ «Хади Такташ» возглавил удовлетворенный таким поворотом событий Радик.

Он тут же начал примерять на себя образ крестного отца дона Корлеоне из романа Марио Пьюзо. Его речь перемежалась цитатами из книги, старался одеваться с шиком, держался вальяжно, даже челюсть при разговоре выдвигал вперед. Выглядело это крайне комично, но подчиненные давили смех в зародыше: никто не хотел попасть в могилу раньше времени.

Пустили на «Венеру»

Александр Кобальнов и двое его ближайших сподвижников, Булат Куваков и Сергей Аксанов, не теряли надежды поквитаться с Раджой. Они отправились в Белокаменную, чтобы попытаться отыскать пропавших членов группировки. Об этом сразу узнал Галиакберов — и послал своих бойцов на расправу.

Сначала ликвидаторам удалось перехватить Сергея Аксанова. Они привезли парня в съемную квартиру, ту, где и были убиты Диденко, Валеев и Бореев. Там бандиты зверски избили Сергея, проломили ему череп и бросили в ванной комнате, полагая, что Аксанов уже не жилец.

Затем киллеры, положив в хозяйственную сумку несколько топоров, двинулись в Бибирево, где остановились Кобальнов и Куваков. Открыв дверь ключами, позаимствованными у Аксанова, бандиты ворвались в квартиру и принялись рубить направо и налево. Закончив дело, они отделили конечности от тел, завернули останки в покрывала, положили туда для утяжеления огромные булыжники, тщательно завязали и бросили в протекающую неподалеку реку Чермянку.

Вернувшись в квартиру на Таганке, где их ожидал прибывший туда Раджа, убийцы доложили начальнику: «Сделали Венеру». То есть расчленили трупы (как известно, у статуи Венеры Милосской нет рук). Этот «термин» придумал сам Галиакберов. Помимо мании величия, он страдал паранойей: Радику везде мерещились «жучки», установленные стражами порядка, и он, как мог, шифровался. Похвалив бойцов за успешно выполненное задание, Раджа повел их в ванную комнату, где истекал кровью Аксанов. Тот, увидев палачей, взмолился о пощаде. Тщетно — его добили, расчленили и закопали.

Обратно в Казань Раджа и компания не торопились: решили для верности отсидеться в столице. И, как выяснилось позже, не зря: через полгода после расправы над второй троицей всплыли отрубленные руки Кобальнова и Кувакова. Вызванные на место водолазы обнаружили одну голову. При ее осмотре судмедэксперты нашли отличительную примету: у Кобальнова в свое время вырос лишний зуб. Жена Александра, приехав на опознание, подтвердила — да, у ее мужа была такая особенность. Голову Кувакова найти так и не удалось.

Наемные обезьяны

В Казань Раджа и компания вернулись в 1996 году. К этому времени стало ясно: никаких доказательств причастности Галиакберова к расправе над Кобальновым и Куваковым у милиционеров нет. Не оказалось у Радика и явных конкурентов внутри группировки — об их устранении он позаботился заранее, дистанционно заказывая уважаемых членов ОПГ верным бойцам или убирая оппонентов при помощи подковерных козней.

24 сентября 1994 года с подачи Раджи погиб претендовавший на хадишевский «трон» Александр Маряшин, которого Галиакберов успешно стравил с еще одним участником группировки Евгением Егоровым (Урындык). Егоров нанял стороннего киллера — одного казанского безработного, дал ему автомат Калашникова и пообещал заплатить тысячу долларов. Убийца подстерег Маряшина в момент, когда он вместе с супругой выходил из лифта, и открыл огонь на поражение. Маряшин скончался на месте, его жена выжила, но отрикошетившая от стены пуля изуродовала ей лицо.

В 1995 году был устранен еще один из лидеров хадишевских Александр Пичужкин (Пичуга). В роковой день он вместе с супругой собрался ехать за покупками. Пичуга сел за руль припаркованных у подъезда «Жигулей», его спутница замешкалась. К автомобилю подошли две высокие блондинки в темных очках. Приветственно кивнув рассматривавшей их жене Александра, барышни уселись на заднее сидение. Супруга Пичужкина, полагая, что у мужа деловой разговор, решила не мешать и осталась на улице: чем именно занимается ее спутник жизни, она не особо интересовалась, знала лишь, что местом работы у него значится Арское кладбище. Внезапно женщина заметила, что на лобовое стекло внутри салона брызнула кровь. В этот же момент незнакомки выскочили из авто и кинулись наутек.

Неожиданно для самой себя жена Александра ринулась за одной из дам. Та, заметив погоню, навела на преследовательницу пистолет и нажала на спусковой крючок. Раздался щелчок, но выстрела не последовало: по счастью, у убийцы закончились патроны. Воспользовавшись шоковым состоянием несостоявшейся жертвы, киллерша ускорилась. Последнее, на что обратила внимание Пичужкина — женщина бежала как-то по-мужски, высоко задрав юбку.

Когда Пичужкина вернулась к машине, ее муж уже был мертв: при вскрытии выяснилось, что в него выпустили две обоймы. Убийц удалось задержать по горячим следам. Ими оказались два члена бригады Пичужкина — Айдар Литфуллин (Обезьяна) и Ильсур Аглеев (Маймул, что в переводе с татарского тоже означает «обезьяна»). Оказалось, что хитрый Раджа аккумулировал их гнев на Пичугу, пустив слух о том, что бригадир хочет ликвидировать обеих «обезьян». Чуть позже был устранен имевший большой вес в ОПГ Дмитрий Воронцов (Ворона). Раджа облегченно вздохнул и приступил к созданию своей империи.

Интим на «Здоровье»

Чем только не занимались хадишевские! Помимо контроля над многими городскими фирмами, они наладили поставку и сбыт наркотиков. К слову, сами подопечные Галиакберова не употребляли зелье: если Радже доносили о подобном проступке подчиненных, он сразу же лишал провинившихся жизни.

Вскоре многие местные жители прознали: хочешь плотских утех — иди на комбинат «Здоровье». Помимо спектра легальных оздоровительных услуг, вроде массажа и различных процедур, там можно было снять проститутку. Этот прибыльный бизнес, приносивший до шести тысяч долларов в день, тоже организовали хадишевские. А начальником над «ночными бабочками» поставили Александра Сычева (Сыч), ранее судимого за изнасилование. «С таким не забалуют», — рассудил Раджа.

И правда: Сыч регулярно обирал подопечных, не гнушаясь тщательно ощупывать визжащих от подобной грубости барышень. Если находил «заначку» — горе ее обладательнице. Девушку били жестко и крайне умело, чтобы не оставалось синяков и она могла работать дальше. Но однажды сутенеры все же перестарались, и жертва погибла.

Под Раджой были ритуальные фирмы и два городских кладбища — Арское и Архангельское. Многие «стрелки» Галиакберов «забивал» именно на этих погостах: поговаривали, что не все из прибывавших туда возвращались обратно. Некоторые находили свой последний приют в чужих могилах: их попросту прикапывали сверху.

Еще одним способом заработка для хадишевских были собачьи бои. Раджа присутствовал практически на каждом, делая свои ставки. Все собаки Радика содержались в элитных условиях на территории Казанского зооботанического сада, который был расположен крайне удачно — на улице Хади Такташа. К середине 90-х в состав ОПГ входили три бригады: волочаевская, кладбищенская и раджовская. Две первых подчинялись третьей и безропотно пополняли общак группировки.

Вылетело из головы

Времена, когда для хадишевских было верхом счастья отбить свою территорию от агрессивных соседей, канули в лету. Теперь группировке Раджи нужна была власть над всей Казанью. А фраза «Хади Такташ — весь город наш!» считалась лозунгом ОПГ. Однако реализации грандиозных планов мешали другие мощные группировки. Например, ОПГ микрорайона Жилплощадка «Жилка» с ее бессменным лидером Хайдаром Закировым. Они отбили вотчину хадишевских — комбинат «Оргсинтез», да так лихо, что побаивавшийся Закирова Галиакберов никак не решался на ответные действия. На радость Радже вскоре Хайдару стало тесно в родной Казани, и он вместе со своими бойцами отправился покорять Санкт-Петербург. Закиров силы свои явно переоценил и вскоре был расстрелян там во время одной из бандитских разборок.

Кроме «Жилки» боевики Радика точили зуб на «перваков», группировку района «Первые горки». Формальным поводом для объявления войны послужил проступок «первака» Александра Гринькова (Гриня). Бандит прибыл на одну из наркоточек хадишевских и взял 200 грамм кокаина — для себя и для братвы. Расплачиваться не стал, небрежно бросив «потом».

Это Раджу обрадовало: сезон охоты на «перваковских» можно было считать открытым. 25 августа 1997 года в квартиру на улице Мавлютинской, где Гриня гулял с дружками — Тативосом Кирокосяном, Акакием Аршбой и Раилем Мубараковым (Рубль) — приехали хадишевские. В состав команды входили Ситнов, которого Гриньков считал одним из самых лучших своих друзей, гроза казанских проституток Сычев и Сергей Гребенников (Промокашка).

Гриня пригласил дорогих гостей к столу, а Аршба с Мубараковым вызвались сбегать за добавкой. Едва за ними закрылась дверь, Сито, Сыч и Промокашка вытащили пистолеты и в упор расстреляли Гринькова и Кирокосяна. И неспешно подняли рюмки за упокой: торопиться было некуда, ведь вскоре должны были вернуться еще две жертвы.

Как только Акакий и Раиль появились в коридоре, они оказались под градом пуль. Аршба скончался на месте, а Рубль, получив сквозное ранение головы, не только остался жив, но и находился в сознании. Решил притвориться мертвым. Но услышал выстрелы: это Ситнов и Гребенников обходили тела и делали контрольные выстрелы в голову. Когда Сито, вооруженный наганом, выстрелил в лежащего рядом с Рублем Аршбу, Раиль резко вскочил и кинулся наутек. Сито тщетно нажимал на крючок: пистолет заклинило. Рублю удалось сбежать.

Первым, кому открылся в больнице чудом выживший бандит, был ближайший соратник Грини, лидер «перваков» Альберт Батров (Бибик). Он рассвирепел. Другой босс группировки Фердинанд Юсупов (Федя) пытался донести до Бибика, что расправа над Гриней и товарищами есть не что иное, как дальновидная провокация со стороны Раджи, но тот и слушать не стал. Отколов от группировки своих сторонников, Батров начал готовиться к войне.

Коварные расправы

Галиакберов ждал этой войны. Он быстро скооперировался с недавно покинувшим места лишения свободы членом группировки Ринатом Фархутдиновым (Ринтик). Тот в свое время считался спецом по добыче оружия, за хранение которого и отсидел приличный срок. Ринтик предложил сформировать группу киллеров, которых можно направить на отстрел «перваков». Радик дал добро, и вскоре ряды хадишевских пополнились новыми ликвидаторами — Денисом Чернеевым, Анатолием Новицким и Валерием Широковым.

Ждать атаки Бибика Раджа не стал. Члены группировки Батрова гибли один за другим. «Перваки» пытались ответить, но их тактика была нейтрализована хитрым Галиакберовым. На время войны он постарался окружить себя максимальным количеством бандитов. Задача тех была проста: внимательно наблюдать за происходящим в округе и по поводу любых подозрительных лиц звонить в милицию. Стражи порядка, которые, сами того не ведая, охраняли Раджу и его приспешников, прибывали на место и, бывало, задерживали киллеров, прибывших по душу Галиакберова. Таким образом, бойня закончилась с неутешительными для «перваков» результатами — они потеряли девять бойцов, ОПГ «Хади Такташ» — всего одного.

Улучив удобный момент, в своих интересах подсуетился и Ринтик. Он решил расправиться с мужем своей бывшей супруги Юлии Гавриловой Никитой Воздвиженским. Тот в свое время входил в ОПГ «Хади Такташ», но не выдержал кровавой философии Раджи и покинул группировку. Воздвиженский и Гаврилова поженились, когда Фархутдинов сидел в тюрьме, и брошенный муж затаил обиду. Он убедил Галиакберова, что лучшие враги — бывшие друзья, и получил добро на устранение Воздвиженского.

Сам Воздвиженский ожидал подобного развития событий и говорил жене, что Раджа никогда не простит ему ухода из банды. 5 августа 1998 года он был застрелен около своей машины. Киллер предварительно проколол колесо авто и воспользовался тем, что жертва, изучая резину, присела на корточки. Убийцу мужа видела Гаврилова, сидевшая на переднем пассажирском сидении. Это был хорошо знакомый ей приятель Ринтика Анатолий Новицкий. Она сообщила об этом стражам порядка, те кинулись на поиски киллера, но тот будто испарился.

Понимая, что в любой момент может стать жертвой наемного убийцы, Альберт Батров в конце 1998 года скрылся в Москве. Чтобы не терять время на его поиски, Радик решил прибегнуть к хитрости. Он заказал своим киллерам ликвидацию некоего Александра Сакмарова (Куян), бывшего члена хадишевской группировки, мужа родной сестры Батрова. Расчет был прост: Альберт приедет на похороны свояка, и его отправят на тот свет вслед за родственником. Киллер Широков убил Куяна прямо на глазах жены и маленькой дочери, когда семья входила в подъезд своего дома. Но Бибик, вопреки ожиданиям, в Казани так и не появился. Умер он в столице своей смертью от осложненной пневмонии в возрасте 44-х лет.

«Перваки» пали, и Раджа обратил свой взор на новых противников — павлюхинскую ОПГ. Мало того, что те были конкурентами в области наркоторговли, так еще и молодежь, которую обрабатывали хадишевские, к себе в ряды зазывали. Скрывающийся от милиции Новицкий получил новый заказ: устранить лидера противников Владимира Марушкина.

Подарок для милиции

День милиции 1999 года можно по праву считать началом конца ОПГ «Хади Такташ». Именно 10 ноября Новицкий, переодевшись бомжом, отправился ликвидировать Марушкина. Киллер долго ждал в подъезде. Как только Марушкин показался во дворе на своем автомобиле, Новицкий выскочил на улицу и выпустил в него весь магазин пистолета Макарова. Авторитет скончался на месте.

Внезапно ликвидатор был сбит с ног. Новицкий и понять ничего не успел, как его окружили незнакомые ему парни и принялись сурово избивать. Оказалось, что свидетелями расправы над «павлюхинским» лидером оказались молодые члены группировки. Скорее всего, они бы запинали Новицкого до смерти, если бы не подоспевшие на место преступления сотрудники Вахитовского РУВД.

Киллера задержали и доставили в отделение. Там деморализованный провалом Новицкий покаялся в том, что на убийство решился за пять тысяч долларов и начал сдавать своих боссов. Так стражи порядка получили несколько печатных листов чистосердечного признания. В заказчиках убийств, согласно показаниям ликвидатора, значились видные лидеры «хадишевских».

30 ноября 1999 года задержали Галиакберова. Вскоре к нему присоединились и его 11 коллег — Фархутдинов, Сычев, Ситнов и другие. Обезглавленная группировка разваливалась на глазах. Активно готовились обвинительные заключения, но тут из СИЗО пришли плохие вести: наемный убийца Новицкий от своих показаний отказался. И даже нагло смотря в глаза опознавшей его вдове Воздвиженского, заявил, что та ошиблась.

Показаний Гавриловой достаточно, чтобы упечь Новицкого за решетку. Но как же Раджа и компания? Отпусти их сейчас, всю кропотливую работу придется начинать сначала. И тогда следователи решились впервые применить в России программу защиты свидетелей.

Судебные инновации

Чтобы скрыть личности тех, кто осмелился выступить с обличающей правдой против хадишевских, стражи порядка шли на различные ухищрения. Натягивали простыню в дверных проемах своих кабинетов, чтобы преступники не смогли опознать свидетелей по силуэтам. Надевали на очевидцев преступлений вязаные балаклавы. Однажды пришлось делать профессиональный грим — пригласили специалиста из местного театра. Научились даже голос изменять: собрали искажающий голос динамик из старого дискотечного оборудования. Для пущей объективности переодевали и самих преступников. Например, в белые медицинские халаты. И тогда очевидец, помимо того что указывал на подозреваемого, должен был описать какая одежда была на правонарушителе в день преступления.

Поняв, что доказательная база собирается с приличной скоростью, бандиты принялись топить друг друга. Задержанный вместе со всеми ликвидатор Валерий Широков фактически уничтожил показаниями своего шефа Ринтика. Рядовые пешки делились историями о злодеяниях Раджи. И лишь сам Галиакберов упорно отрицал свою причастность к хадишевским. «Я не Раджа, я —Радик!» — смиренно вещал он на допросах.

К началу судебных слушаний, к январю 2002 года, было собрано 32 тома уголовного дела. Семнадцать свидетелей продолжали тщательно скрывать: их привозили к зданию суда с усиленной охраной, размещали в одной из комнат. Вход туда был открыт только судье, в обязанность которого входила проверка паспортов. Сами граждане входили в зал заседаний с закрытыми лицами, окутанные плотными одеялами.

А вот одна из главных свидетельниц обвинения, вдова Никиты Воздвиженского Юлия Гаврилова, до суда не дожила. В канун нового 2002 года ее нашли мертвой в собственной квартире. Судмедэксперты установили, что смерть вызвало отравление угарным газом. Жильцы многоэтажки подтвердили: местные маргиналы разожгли огромный костер под окнами, и многим казанцам пришлось буквально выбегать на улицу, спасаясь от удушливого дыма. Стражи порядка подозревали, что гибель Гавриловой носит криминальный характер, но доказать этого так и не смогли.

Гибель Гавриловой не сильно сказалась на ходе дела. Хотя из предполагаемых 60 убийств было доказано только 13, Раджа и Ринтик получили высшую меру наказания — пожизненное заключение, Промокашка и Сыч — 24 года в колонии строгого режима, Сито — 22, Новицкий — 20, а Широков —15 лет лишения свободы. Вместе с ними было осуждено еще пятеро членов группировки. Бандиты подавали апелляцию в Верховный суд России. В феврале 2003 года все жалобы были отклонены, и осужденные разъехались отбывать свои сроки. Радик Галиакберов, который перед вердиктом Верховного суда заявлял, что будет отпущен на волю, с усиленным милицейским эскортом отправился доживать свой век в знаменитую колонию «Черный дельфин». Грозная ОПГ «Хади Такташ» прекратила свое существование.