Мир

«Это как холодная война» Как создание вакцины от коронавируса превратилось в инструмент международной политики

Фото: Marco Bello / Reuters

Пандемия коронавирусной инфекции стала настоящим испытанием не только для глобальной экономики, но и для всех стран в отдельности, их правительств и политических режимов. Спасательным кругом в нынешней ситуации должны стать вакцины, которые остановят распространение заражения. Спустя десять месяцев борьбы с пандемией сразу несколько вакцин находятся в заключительной стадии клинических испытаний, а число предзаказов исчисляется миллиардами доз. За возможность первыми получить долгожданную панацею развернулась серьезная борьба между странами: одним вакцина поможет защитить население и спасти падающие рейтинги правительства, другие рассчитывают усилить свои внешнеполитические позиции и обрести новых союзников. О том, как в новом постковидном мире вакцина становится действенным инструментом внешней и внутренней политики, — в материале «Ленты.ру».

Мало кто догадывался, что ждет мир, когда в конце декабря 2019-го — начале января 2020-го в сети появлялись видео из Китая, на которых люди теряли сознание на улице из-за неизвестного ранее заболевания, а медики в костюмах биологической защиты разгоняли зевак и уносили несчастных в неизвестном направлении. Никто не мог подумать, что новый вирус приведет к жесткому карантину и беспрецедентному для современного мира закрытию границ, обрушит экономику даже самых развитых стран и унесет более миллиона жизней.

Природа глобализации такова, что опасный патоген, впервые замеченный в китайском городе-миллионнике Ухане, стремительно распространился по разным уголкам мира — от крошечных островных государств до поселений индейцев Амазонки. Уже 30 января Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) признала распространение коронавирусной инфекции чрезвычайной ситуацией, имеющей международное значение, а 11 марта назвала вспышку неизвестного ранее патогена пандемией.

Приблизительно в это же время крупные фармакологические компании и исследовательские центры вступили в гонку по поиску и разработке вакцины от смертельного вируса. Обычно этот процесс занимает годы (а то и десятилетия), и лишь 10 процентов «кандидатов», как правило, не проваливают клинические испытания и доходят до населения. Сейчас же, учитывая высокую контагиозность вируса SARS-CoV-2 и разрушительное воздействие пандемии на глобальную экономику, разработчики прикладывают максимум усилий для ускорения создания вакцины, а регуляторы существенно упростили процедуру регистрации новых препаратов. Однако повлиять на средние показатели успешности разработок гораздо сложнее.

Более 190 вакцин
от COVID-19 в настоящее время проходят доклинические и клинические испытания

Десять из них находятся в заключительной — самой масштабной и решающей — фазе испытаний, которая призвана окончательно ответить на вопрос об их эффективности и безопасности, особенно в случае детей, пожилых и людей со слабым здоровьем. Чисто теоретически одна из этих вакцин — те самые 10 процентов — и может стать долгожданной панацеей.

Люди в масках на улицах Гонконга, февраль 2020 года

Люди в масках на улицах Гонконга, февраль 2020 года

Фото: Vincent Yu / AP

Сразу четыре из 10 вакцин-лидеров гонки разрабатываются в Китае. Над еще тремя работают американские компании — Novavax, Moderna и Pfizer (в последнем случае — совместно с немецкой BioNTech и китайской Fosun Pharma). Кроме того, в заключительных стадиях разработки находятся британская вакцина от компании AstraZeneca и Оксфордского университета, российская вакцина от Национального исследовательского центра эпидемиологии и микробиологии имени Н.Ф. Гамалеи, а также препарат, разработанный бельгийской Janssen Pharmaceutical Companies — дочкой американской Johnson&Johnson.

«Гонка по разработке вакцины похожа на космическую гонку между США и Советским Союзом... Это как холодная война», — оценил происходящее Брэд Лонкар, основатель американского биотехнологического фонда, ориентированного на Китай. По его словам, для китайских чиновников это, в свою очередь, «не только предмет национальной гордости и важный шаг для защиты их собственного здоровья, но и способ продемонстрировать свое превосходство».

Успех вакцины не просто обогатит компанию-разработчика, но и наделит государства, которые получат ее первыми, значительным влиянием и одновременно колоссальной ответственностью

Сколько вакцин направить в другие страны, а сколько оставить себе? Если делиться с другими, то по какому принципу? Что требовать взамен? Ответы на эти непростые вопросы определят имидж и геополитическое влияние стран на ближайшие годы, сформируют новые партнерства и альянсы и усугубят существующие противоречия.

Пассажиры ждут автобуса во время забастовки водителей такси во время пандемии. ЮАР, июнь 2020 года

Пассажиры ждут автобуса во время забастовки водителей такси во время пандемии. ЮАР, июнь 2020 года

Фото: Siphiwe Sibeko / Reuters

Кто первый встал, того и вакцина

«На протяжении десятилетий одни и те же уставшие голоса предлагали одни и те же неудачные решения, преследуя глобальные амбиции за счет собственного народа. Но вы можете найти истинную основу для сотрудничества только тогда, когда вы заботитесь о собственных гражданах. Как президент я отверг неудачные подходы прошлого, и я с гордостью ставлю Америку на первое место так же, как и вы должны ставить свои страны превыше всего. В этом нет ничего страшного — это то, что вы должны делать», — с такими словами в разгар всемирной пандемии президент США Дональд Трамп обратился к 75-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН.

Лидерство в гонке за вакциной и обеспечение ею американцев в приоритетном порядке — как и просто подобные обещания — могут стать серьезным подспорьем для Трампа в борьбе на президентских выборах, до которых уже меньше месяца. Особенно важно это на фоне растущей критики того, как его администрация справляется с пандемией в стране.

«Думаете, электорат Трампа будет довольствоваться стратегией вакцинации, которая не "сделает Америку снова великой"?» — отмечает Дэвид Солсбери, бывший директор по иммунизации британского Министерства здравоохранения, который в настоящее время является сотрудником лондонского аналитического центра Chatham House.

Допустим, твоя страна разработает вакцину раньше других, но сразу же поставит ее в другое государство, — такое явно голосов не прибавит

Дэвид Солсбери

По всей видимости, исходя из этих соображений американское правительство уже заключило предварительные соглашения о поставках вакцин с компаниями Novavax, Pfizer, Moderna, Johnson&Johnson и Sanofi. Причем речь идет о 100 миллионах доз каждой после одобрения регуляторами. А с AstraZeneca власти США договорились о поставках целых 300 миллионов доз — и это при том, что все население страны насчитывает приблизительно 330 миллионов человек. Кроме того, в июне Штаты скупили почти все мировые запасы препарата ремдесивир, который используется для лечения больных COVID-19.

Дональд Трамп снимает маску на балконе Белого дома после выписки из больницы, куда он попал из-за заражения коронавирусом

Дональд Трамп снимает маску на балконе Белого дома после выписки из больницы, куда он попал из-за заражения коронавирусом

Фото: Erin Scott / Reuters

США — не единственная страна, решившая заблаговременно запасаться сразу несколькими видами вакцин. Так, Великобритания договорилась о поставках в общей сложности 340 миллионов доз от пяти производителей (при населении в 68 миллионов человек). Евросоюз должен будет получить 600 миллионов доз от двух разработчиков и ведет переговоры с еще четырьмя. Япония договорилась с Pfizer и AstraZeneca о закупках по 120 миллионов доз каждой из вакцин и обсуждает с Moderna поставки еще 40 миллионов (при населении в 126 миллионов). А Австралия смогла гарантировать поставки 85 миллионов доз двух видов для 25-миллионного населения.

Аналогичные двусторонние соглашения с производителями заключает и ряд развивающихся стран, например, Индонезия, Вьетнам и Бразилия. Индия, чья фармакологическая компания Serum Institute of India будет производить вакцины зарубежных разработчиков, также надеется получить порядка 500 миллионов доз к середине следующего года.

Такой ажиотаж и острое желание правительств заблаговременно и гарантированно договориться о поставках обусловлены не только негативным влиянием пандемии на экономику, но и не в последнюю очередь политическими соображениями. Во многих странах карантинные меры и растущая безработица привели к существенному падению рейтингов правящих партий и кабминов, и вместе с очередной волной пандемии недовольство лишь будет расти. Поэтому обещания скорейшей вакцинации и возвращения к привычному порядку вещей становятся сейчас, пожалуй, самым действенным инструментом зарабатывания политических очков и удержания власти.

Справедливости ради, предзаказы на число доз, существенно превышающее численность населения, также могут быть объяснены тем, что в ряде случаев вакцину нужно вводить в два этапа. Так, например, препарат Института имени Гамалеи предполагает введение второй, «бустерной» дозы через несколько недель после первой. К тому же пока нельзя сказать однозначно, надолго ли люди получают иммунитет и как часто нужно будет прививаться.

Тем не менее в ВОЗ подобные шаги ряда государств окрестили «вакцинным национализмом». «Необходимо в первую очередь вакцинировать некоторых людей во всех странах, а не всех людей в некоторых странах», — сказал глава организации Тедрос Аданом Гебреисус в начале сентября.

Если вакцинами не будут обеспечены люди в странах с низким и средним уровнем дохода, то в нашем взаимосвязанном мире вирус продолжит убивать людей и препятствовать восстановлению экономики во всем мире

Тедрос Аданом Гебреисус

По его словам, применение вакцин в качестве глобального общественного блага отвечает национальным интересам каждой без исключения страны. «Вакцинный национализм продлит, а не сократит пандемию», — добавил Гебреисус.

Контроль качества на производстве китайской фармкомпании Sinovac Biotech

Контроль качества на производстве китайской фармкомпании Sinovac Biotech

Фото: Thomas Peter / Reuters

Дипломатия вакцин

Вместе с тем новые препараты, а точнее их поставки в приоритетном или льготном порядке, очевидно, становятся важным инструментом дипломатии. Если раньше традиционным проявлением благих намерений и дружеского отношения Китая к стране было дарение панд, то сейчас милых пухлых зверюшек потеснило китайское портфолио вакцин.

«Разработка и внедрение вакцины от COVID-19 в Китае, когда она будет доступна, станет глобальным общественным благом. Это станет вкладом КНР в обеспечение физической и ценовой доступности вакцины в развивающихся странах», — сказал китайский лидер Си Цзиньпин в своем обращении к 75-й сессии ГА ООН.

Пекин уже пообещал, что страны Африки получат китайские вакцины первыми и совершенно бесплатно. К тому же за время пандемии Китай направил на африканский континент миллионы средств защиты и тестов, а также договорился с местными компаниями об их производстве. Это неслучайно — в последнее десятилетие страна инвестировала миллиарды долларов в африканскую экономику, особенно в добычу полезных ископаемых и другого сырья. Кроме того, КНР видит в Африке динамично растущий рынок сбыта и плацдарм для расширения своего геополитического влияния и военного присутствия (в частности, у китайцев есть военно-морская база в Джибути).

Помимо Африки Китай обещал направить свои вакцины в приоритетном порядке в ряд азиатских государств — на Филиппины, в Камбоджу, Лаос, Мьянму, Таиланд и Вьетнам. Также их доставят в те страны, где препараты сейчас проходят клинические испытания: в ОАЭ, Бахрейн, Перу, Марокко, Турцию, Бангладеш, Бразилию и Индонезию. А странам Латинской Америки и Карибского бассейна Пекин обещал выдать кредит на миллиард долларов для покупки своих вакцин.

Китай, позиционируя себя как «великодушного вакцинатора» развивающихся стран, по всей видимости, стремится вытеснить негативные ассоциации — образ очага и даже виновника пандемии

«Правительство определенно заинтересовано в том, чтобы Китай преуспел в производстве хорошей вакцины и чтобы многие страны ее захотели», — считает эпидемиолог и эксперт RAND по Китаю Дженнифер Хуанг Боуи. По ее словам, «это пойдет на пользу его дипломатии и смене нарратива вокруг COVID-19».

По мнению некоторых наблюдателей, в стремлении сделать свои разработки «глобальным общественным благом» Китай может обойти стороной США и Австралию, поскольку там уже не раз обвиняли Пекин в сокрытии вспышки коронавируса, что якобы позволило ей перерасти в пандемию.

Дипломатия вакцин, по всей видимости, становится важным элементом и внешней политики России, первой в мире зарегистрировавшей свой препарат, который сейчас проходит заключительную стадию клинических испытаний. Буквально каждую неделю Российский фонд прямых инвестиций (РФПИ), финансирующий разработку вакцины, объявляет о новых договоренностях на ее поставки как в страны, традиционно поддерживающие дружеские отношения с Москвой, так и в государства, исторически находившиеся в орбите США.

По последней информации, Россия получила около 50 заявок на вакцину из разных регионов мира. Были достигнуты договоренности о поставке 32 миллионов доз в Мексику, до 50 миллионов — в Бразилию, 100 миллионов — в Индию, до 35 миллионов — в Узбекистан, по 25 миллионов — в Египет и Непал. Кроме того, по данным РФПИ, российский препарат будут испытывать в ОАЭ, Саудовской Аравии, на Филиппинах и в Индии, а Белоруссия и Венесуэла уже получили первые дозы для вакцинации добровольцев. А 14 октября было объявлено о регистрации второго российского препарата.

Первый этап испытания вакцины от COVID-19 в США, март 2020 года

Первый этап испытания вакцины от COVID-19 в США, март 2020 года

Фото: Ted S. Warren / AP

Разумеется, есть попытки предотвратить национализацию вакцин и гарантировать их получение всеми странами одновременно на уровне международных организаций. Так, в конце апреля ВОЗ совместно с европейскими лидерами объявила об инициативе по ускорению доступа к средствам для борьбы с COVID-19 (ACT). Она призвана обеспечить равный доступ всех стран к тестам, лекарствам и вакцинам.

В настоящее время более 170 стран присоединились к механизму COVAX, с помощью которого планируется поставить два миллиарда доз вакцин в рамках ACT. Однако ей по-прежнему остро не хватает финансирования: на экстренные расходы прямо сейчас нужно 14 миллиардов долларов.

Однако далеко не все верят в успех этой инициативы. «Дело не только в том, что механизму COVAX не хватает финансирования, (...) что у него нет четких полномочий. Дело в том, что все правительства сталкиваются с огромным давлением общественного мнения — с тем, чтобы они в первую очередь заботились о собственных гражданах», — написал в своей колонке Ричард Хаас, президент частной американской организации «Совет по международным отношениям».

Вакцинный национализм почти наверняка одержит победу над многосторонним подходом к вакцинам

Ричард Хаас

По мнению ведущих эпидемиологов, COVID-19 вряд ли станет последней пандемией, число подобных вспышек новых патогенов будет расти, а значит — будет возрастать роль фармакологических компаний и значимость их разработок. Весьма вероятно, что они станут столь же влиятельными инструментами внутренней и внешней политики государств, как в свое время социальные сети.