Никто не считает

Александр Амзин про природу убийства

Есть известный неполиткорректный анекдот. Лиса, волк и медведь рассказывают друг другу, кто как провел зиму. Лиса, вся облезлая, драная, получила свое от фермера, который по весне пересчитал курочек. Волку досталось от пастуха, взявшего на себя труд счесть всех овец. А медведь ничуть не пострадал и даже поправился - он жил рядом со стройкой и питался исключительно молдаванами, благо их никто не считает.

11 июля Мосгорсуд огласил приговор по делу националистов из группировки "НСО-Север". Двенадцать ребят и одна девушка совершили полсотни нападений и почти тридцать убийств. Нападали и убивали они в основном кавказцев и жителей Средней Азии. Кое-кто пришел в группировку после того, как на них самих напали кавказцы.

Очень подробно история группировки, мотивы участников и суд описаны в статье "Дело тринадцати", опубликованной в "Коммерсанте-Власть" в конце июля. Рассказывать в деталях по второму разу, как под Моцарта и Rammstein они отпиливали голову одной из жертв или как наносили множество ножевых ранений другой - бессмысленно.

Поэтому я хотел бы поговорить про другое. О реакции общества на действия "НСО-Север". Дело о том, как резали киргизов и узбеков, моментально породило дискуссию об экстремизме, ультранационализме и даже о государственной политике по этим вопросам. Националисты в таких случаях бросают ответку - мол, почему, когда кавказцы убивают русских, их национальность не подчеркивается и экстремизмом не пахнет? Ответ обычно состоит из бранных слов.

Мне кажется, что все заинтересованные стороны подходят к проблеме вообще не с того боку. Представьте себе Родиона Раскольникова, который, небрежно помахивая топором, входит в дом престарелых. Значит ли это, что он со своими понятиями о никчемности жизни совершает акт экстремизма по отношению к обитателям сего богоугодного заведения? В современном обществе этот вопрос встает парадоксально - является ли преступлением разжигание розни к социальной группе "экстремисты"?

Дело в том, что экстремизм - это избыточная категория, которую очень хотят сделать юридической. Если человек преднамеренно лишает жизни другого человека, он совершает убийство.

Конечно, в расчет принимаются сопутствующие обстоятельства: например, превышение пределов необходимой обороны скорее приведет к смягчению наказания, в то время как убийство, совершенное в составе группы - напротив, его ужесточит.

Но по уму закон не должно волновать, какими философскими соображениями руководствовался убийца. Полагал ли он себя при этом Доктором Зло; берсерком, избранным белой расой для очистки планеты от негров и кавказцев; сверхчеловеком; воином ислама; даже смертельным противником фашизма.

Ничего экстремистского в том, что некая группировка убивала людей дюжинами и намеревалась лишить жизни еще несколько десятков человек, нет. Они все либо убийцы, либо соучастники серии кровавых убийств. Их идеи ничем не лучше идей маньяков, убивающих только брюнеток, или только блондинов, или только владельцев кокер-спаниелей. Русский национализм, приводящий к убийствам, порождает точно столько же горя и ненависти, как и исламский терроризм.

Легко показать правильность такого подхода. Пусть кто-то выносит убийства, совершенные экстремистами, в отдельную категорию. Тем самым он пытается следовать за мыслью убийцы, а кроме того, делать выводы из системы ценностей преступника. Между тем, убивают не хачей, не черных и даже не предателей общего дела русичей.

Убивают людей. За что - абсолютно не имеет значения. Это лишь химера в мозгу безумцев.

Другие материалы рубрики
Спорт00:05Сегодня

Лига автобусов

Российский футбол умирает. Его не спас даже чемпионат мира