Бить или не бить

Алексей Пономарев о двух подходах к борьбе с экстремизмом

Когда история с полицейской осадой дома в Тулузе, где скрывался убивший семь человек террорист Мохаммед Мера, наконец закончилась, настал черед выйти на сцену разномастным критикам от сохи. Естественно, стали высказываться предположения о том, что арестовать стрелка-одиночку можно было бы побыстрее, развести поменьше шума и пыли, и вообще что это за спецназ, который целые сутки пытается выкурить из квартиры одного несчастного экстремиста. Наши-то, глядишь, гораздо быстрее управились бы.

Хотя сравнение здесь вряд ли корректно. Про схожие подвиги российских спецподразделений мы узнаем в основном из официальных, тщательно выстиранных и выглаженных, сводок МВД или Национального антитеррористического комитета, и такое ощущение, что все они проходят по одной и той же наработанной схеме. Банда боевиков заблокирована в частном доме в таком-то районе Дагестана. Участник бандподполья и его сожительница (тоже террористка) попытались вырваться из окружения и были буднично уничтожены ответным огнем. Занавес.

Что касается ситуации в Тулузе, то о ней мир узнал не постфактум из дежурной полицейской сводки, а следил практически в режиме онлайн. Поэтому тут все было как на ладони. Когда полиция закидала дом Мера светошумовыми гранатами и осторожно пошла внутрь, на язык так и просилась старая геймерская присказка: "Сохраняйся, дура, сохраняйся". Легко, конечно, критиковать французский спецназ, не зная ни точного расклада сил, ни особенностей местности, ни много еще чего существенного. Наши-то парни, в любом случае, быстрее бы справились - они вона как ловко боевиков заблокированных ликвидируют трижды в неделю.

В отличие от мировой общественности, самих французов взволновали не столько захватывающие подробности штурма (благо, никто из полицейских не погиб, мирные жители также не пострадали), сколько обстоятельства, которые предшествовали выходу Мохаммеда Мера на путь джихада. Могла ли полиция пораньше обратить внимание на агрессивного паренька с арабскими корнями, который всячески проявлял симпатию к "Аль-Каеде"? Ездил на каникулы в Пакистан и Афганистан, пытался вербовать себе сторонников в Тулузе из числа молодых соседей, был в черном списке американских авиакомпаний и прочая и прочая. Французский премьер-министр Фийон категорично заявил: конкретного повода для задержания Мера до того, как он начал убивать людей, не было. Мы, дескать, строго придерживаемся буквы закона, перед ним у нас все равны - что консервативный старичок-парижанин, что юноша-исламист с алжирскими корнями.

Эх, пресловутая европейская толерантность. У нас бы этого исламиста с большими ушами наверняка давно бы пригласили в центр "Э" и скрутили бы там в бараний рог. У нас же даже антифашистов сажают за разжигание национальной розни. Надо посадить - посадим. Не хватает доказательств - добудем, нарисуем, а скорее всего, просто выбьем чистосердечное признание - кулаками через бушлат, чтоб синяков не осталось. Ну или вот бутылка завалялась пустая из-под шампанского - тоже пригодится. Только вот спасет ли это чистосердечное признание страну от очередного Беслана или "Норд-Оста"? Или только требуемую галочку в отчетность добавит?

Очевидно, что оба подхода к профилактике экстремизма - и толерантный европейский, и зубодробительный российский - не дают стопроцентной гарантии безопасности. Пока французские полицейские сдувают пыль с арабских мальчиков-одуванчиков, а наши специалисты по борьбе с экстремизмом отбивают в застенках почки антифашистам, всякие брейвики-мера-умаровы так или иначе находят лазейки для своих злодеяний. Тем не менее, если выбирать, какой из неидеальных подходов лучше, европейский очевидно выигрывает. Результат один и тот же, а невинных людей при этом не мучают почем зря.

Другие материалы рубрики
Россия00:01Сегодня

«Сегодня вы — завтра вас!»

Дефолт не погрузил страну в нищету, но отнял у россиян надежду