Деньги, деньги, деньги

Коллекторы как санитары леса

Лет пять назад в Москве, в «Национале», проходила конференция коллекторских агентств — своего рода слет по обмену опытом коллекторов со всей страны. Прессу особо не приглашали, но я была и с интересом слушала выступления. Запомнился один из докладчиков: он рассказывал, что предпочитает набирать в свою организацию людей с военной подготовкой и что компания его устроена как армия — со званиями и строгой иерархией. Он сетовал на сложность работы в столичном регионе.

«В провинции работать легче, там люди права не качают, — пел он соловьем со сцены под добродушные смешки в зале. — Бывает, ты у них мебель вывозишь, а они тебя чаем угощают и до ворот провожают! Не то что в Москве, где ты только в дверь звонишь, а они уже сразу полицию вызывают».

Впрочем, за прошедшие с тех пор годы добродушие покинуло обе стороны конфликта. Коллекторы заливают клеем дверные замки в подъездах, рассылают в соцсетях фальшивые сообщения о смерти детей должника, бьют стекла в домах, бросают в окна заемщиков коктейли Молотова.

17 февраля в Госдуму был внесен проект закона «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату долгов». Его авторы настаивают на недопустимости применения физической силы и причинения вреда здоровью и имуществу должника. Но ведь все эти действия и так никак нельзя считать законными! Никакие статьи УК не мешают бандитскому «креативу» коллекторов, потому что вопрос у нас всегда не столько в букве закона, сколько в практике его применения.

Поскольку суд в Карелии недавно признал поговорку «Закон что дышло...» порочащей честь МВД, не буду цитировать ее целиком, но замечу, что пословица эта не вчера появилась. Так что неясно, насколько в реальности облегчит участь заемщиков новый законопроект.

Пока жертвам приходится обороняться самостоятельно. Константин Победоносцев говорил, что Россия вне царских дворцов — это «ледяная пустыня, по которой ходит лихой человек». (Эту фразу приводит, в частности, Зинаида Гиппиус, рассказывая о встрече Дмитрия Мережковского с Победоносцевым.) Прошло полтора столетия, но лихих людей меньше не стало. Многие идут в коллекторы, где те, кто с «военной подготовкой», встречаются с теми, кто с криминальным прошлым. И порой не знаешь, кого бояться больше, — в дом должника коктейль Молотова метнул бывший полицейский. Банки и МФО на словах осуждают нападения своих вышибал, но подобных инцидентов меньше не становится. Так что не исключено, что порицание это лишь словесное.

Зато стихийно возникла взаимопомощь. В Нижнем Новгороде футбольные фанаты помогают незадачливым заемщикам отбиться от «черных коллекторов». Матери-одиночке в Кузбассе деньги на выплату кредита собирали всем миром. Ей, потерявшей работу и не сумевшей платить по кредиту, угрожали «отдать ее детей наркоманам» из-за долга в 21 тысячу рублей.

Даже такие небольшие суммы (около 250 евро, если переводить по нынешнему курсу) оказываются абсолютно неподъемными для сотен тысяч должников, что многое говорит о состоянии дел в нашей державе со второй по силе армией мира.

Но если присмотреться, коллекторы и должники — одни и те же люди: небогатые, как правило, низкоквалифицированные, пытающиеся выжить. Из коллекторов в должники — дорога короткая. Характерна история, случившаяся в Новосибирске, где жертвой коллекторов стала семья бывшего банкира, точнее — сотрудника микрофинансовой организации (МФО), одной из тех, что выдают займы по бешеным ставкам. Отставник, не получив выходного пособия, решил не платить по кредиту в 15 тысяч рублей, взятому в родной компании, после чего его ребенка в соцсетях объявили умершим, а про жену написали, что она оказывает интим-услуги. «Мой муж не знал о таких методах работы», — цитирует местная газета слова жены должника. Сегодня он жертва, а завтра — «лихой человек». И наоборот.

Виноваты все. Должники — в том, что брали кредиты не по доходам. Банки и МФО — в том, что давали, да еще под проценты, которые иначе чем ростовщическими не назовешь. А о рисках такого бизнеса известно еще со времен тамплиеров, чей орден разгромил один из крупнейших его должников французский король Филипп Красивый. Так что российским ростовщикам еще повезло, они расплачиваются только невозвратами за выдачу миллионов дорогих кредитов продавщицам цветочных магазинов и сотрудникам автомоек.

Данные ВЦИОМ подтверждают мнение, что большинство «плохих кредитов» останется невыплаченными. С декабря 2014-го по декабрь 2015-го доля бедных семей — то есть тех, которым не хватает на еду, плюс тех, кому достаточно средств на еду, но покупка одежды недоступна, — возросла до 39 процентов. Можно сколько угодно угрожать и «прессовать» людей — если денег нет на еду, они тем более не появятся на выплаты банкам.

Социальный оптимизм именно самой бедной и экономически неграмотной части населения был неоправданно высок. Люди не задумывались, во что обойдутся им займы, не читали подписываемые договоры и верили рекламе, показывавшей счастливых ипотечных заемщиков и владельцев навороченных смартфонов, купленных в кредит.

Так что в каком-то смысле коллекторы выступают в роли санитаров леса. Те, кто однажды пережил их атаки, в будущем десять раз подумают, имеет ли смысл жить не на свои. Безусловно, это не делает коллекторов или полубандитские МФО, на которые они работают, положительными героями. Но и беспросветный финансовый инфантилизм, процветающий на российских просторах, отвратителен не меньше. Жалко только детей.

Экономика00:0022 апреля
Джефф Безос

Все продам

Самого богатого человека мира давят Трамп и Роскомнадзор. Миллиарды не помогут