Афганцы забудут про чернила ради торжества демократии

9 октября прошли первые в истории Афганистана президентские выборы

В Европе время "великих социальных экспериментов" пришлось на двадцатый век. В течение всего прошлого столетия лучшие умы европейского континента были заняты то построением коммунизма, то выведением расы "сверхчеловеков", то возведением зданий в стиле "новый быт". Все эти занятия были призваны осчастливить человечество. Население о его желании быть осчастливленным обычно не спрашивали. По этой причине закончились все эти эксперименты полным провалом. Европа вздохнула свободно и вернулась к старому, проверенному временем капиталистическому укладу со свойственным ему демократическим устройством общества.

Экспериментаторы же, которых в мире всегда предостаточно, двинулись на Восток. Первые годы двадцать первого века показали, что "великим социальным экспериментом" нашего столетия станет насильственное построение демократии в странах, к ней по историческим причинам не привыкших. Более того - в странах, население которых мечтает о чем угодно, но только не о возможности "избирать и быть избранным". И вот в субботу, 9 октября, завершился очередной этап самого первого и масштабного из этих экспериментов - в Афганистане прошли первые в истории этой страны президентские выборы.

И американцы, ставшие инициаторами построения демократии в Афганистане, и международные наблюдатели, и консультанты из ООН и ОБСЕ, и даже члены афганского избиркома приближали этот день, как могли. Демократию в Афганистане начали строить ранней осенью 2001 года, когда над страной появились самолеты ВВС США, а из них на землю полетели бомбы. В ноябре 2001 года правившие в Афганистане талибы сдали США и союзникам Кабул, а в декабре пал их "штабной город" - Кандагар.

В том же декабре 2001 года в Бонне под эгидой ООН собралась конференция, участники которой, по идее организаторов, представляли различные группы афганского общества. Результатом конференции стало создание в стране временного правительства и формулирование программы перехода Афганистана к демократии. Кульминацией этого перехода и должны были стать президентские выборы, запланированные изначально на 2003 год.

Летом 2002 года главой временного правительства был избран Хамид Карзай. Избирала его так называемая Лоя Джирга - своеобразный совет старейшин и общинных лидеров Афганистана. Кандидатура Хамида Карзая устраивала многих по той причине, что он представлял самую многочисленную из афганских этнических групп - пуштунов, был главой клана Поползай из племени Дурани, представители которого управляли Афганистаном в течение 200 лет, был известен своими хорошими отношениями с таджиками (второй по численности афганской этнической группой) и блестящим послужным списком. Однако все это вряд ли обеспечило бы Карзаю поддержку Лоя Джирги, если бы именно на него не пал выбор американцев, чьи автоматы стали в Афганистане главным политическим ресурсом.

С тех пор прошло два года. Все это время Хамид Карзай должен был заниматься не только наведением порядка в погрязшем в состоянии полной анархии Афганистане, но и подготовкой президентских и парламентских выборов. Первая задача и сама по себе казалась почти невыполнимой. Афганистан был и остается не единым государством, а конгломератом из контролируемых полевыми командирами, племенными старейшинами и религиозными лидерами районов и областей, населенных представителями нескольких, враждовавших друг с другом на протяжении всей афганской истории, народов. С самого начала эти люди и их подданные отнюдь не стремились стройными рядами встать под знамена Карзая. Политический процесс шел в Афганистане с большим скрипом, а смазкой для его колес служили американские и натовские штыки. В Афганистане регулярно происходили не только теракты, но и настоящие боестолкновения. За последние 12 месяцев в стране было уничтожено более тысячи человек, связанных с правительством Карзая или американцами.

Тем не менее, в январе 2004 года Лоя Джирга после многочисленных дискуссий одобрила новую конституцию страны. Согласно этому документу, в Афганистане должны были появиться обладающий сильной властью президент, два вице-президента и парламент. От высказывавшейся первоначально идеи введения поста вице-президента впоследствии отказались, испугавшись появления в стране двух центров власти. Афганистан был официально объявлен исламским государством, причем женщинам там гарантированы равные с мужчинами права.

Для того чтобы Афганистан действительно хотя бы формально встал на путь демократического развития, ему как можно скорее нужно было получить легитимно избранного президента. Первоначально выборы президента были назначены на июнь 2003 года. Затем их перенесли на сентябрь нынешнего года. Наконец, была назначена третья дата - 9 октября 2004 года. При этом еще до начала выборов все наблюдатели как один утверждали, что к их проведению страна готова не была. Однако вновь откладывать дату завершения первого этапа великого эксперимента никто не решался. Тем более, что осенью 2004 года стало окончательно понятно, что в обозримом будущем обеспечить проведение по-настоящему демократических выборов в Афганистане вряд ли возможно.

Перед организаторами выборов стояло сразу несколько нерешаемых проблем. Во-первых, "мирной" жизнь афганцев можно было назвать только с большой натяжкой. Реальная власть Карзая с трудом устанавливалась в дальних районах страны. К началу осени он уверенно контролировал лишь Кабул и прилегающие к нему районаы. В июле 2004 года Комитет по иностранным делам Палаты общин Великобритании сообщил всему миру, что, по оценкам его экспертов, страна фактически оказалась на грани распада. В этих условиях очень трудно было обеспечить как безопасность избирательных участков (а талибы и другие вооруженные группировки много раз обещали предать тех, кто примет участие в свальном голосовательном грехе, мучительной смерти), так и честность голосования (в том, что избиратели станут жертвами давления со стороны местных полуфеодальных властей, не сомневался никто).

Даже особенности афганского ландшафта не располагали к проведению демократических выборов. Огромное количество афганских избирателей живут в высокогорных районах, для обычных людей недоступных. Во многие населенные пункты избирательные урны и бюллетени были доставлены на осликах, в некоторых случаях доставка заняла несколько недель. Такие же проблемы организаторам придется решать при подсчете голосов. Именно поэтому избирком уже заявил, что окончательные результаты выборов будут опубликованы лишь в конце ноября, а предварительные станут известными лишь спустя несколько дней после голосования.

Низкий уровень безопасности не позволил международным организациям, обычно ведущим наблюдение за выборами, направить в Афганистан достаточное количество своих представителей. За выборами наблюдали всего 400 иностранцев, и ОБСЕ с ООН заранее заявили, что не смогут дать голосованию официальной оценки. В начале сентября ООН и Независимая комиссия по правам человека в Афганистане опубликовали отчет, в котором еще раз заявили, что страна совершенно не готова к выборам. Эксперты, в частности, указали на то, что низкий уровень осведомленности избирателей о демократических процедурах мог стать основой для манипуляций с голосами.

Действительно, говорить о честности выборов в стране, где подавляющее большинство населения безграмотно, достаточно сложно. Для того чтобы облегчить процесс, в Канаде были напечатаны специальные бюллетени, в которых напротив имени кандидата можно было найти его фотографию и "фирменный знак". Временное правительство выпустило специальные брошюры, разъяснявшие суть выборов и технологию голосования, а более 1200 агитаторов отправились по городам и весям для индивидуальной работы с жителями страны. Однако всего этого, понятно, было недостаточно для государства с многомиллионным населением.

Еще одной, специфически афганской проблемой оказалось участие в голосовании женщин. В Афганистане многие до сих пор не могут признать, что эта группа населения может выбирать что-либо вообще, не говоря уже о руководителе страны. И хотя по всему Афганистану висели плакаты, призывавшие женщин участвовать в выборах, наблюдатели боялись, что угрозы со стороны родственников и соседей помешают афганским дамам придти на избирательные участки. Для того чтобы хоть немного снизить вероятность такого поворота событий, каждый участок в Афганистане делился на мужскую и женскую половину, что хотя бы немного помогало афганкам побороть смущение.

Наконец, избирательный процесс был затруднен тем фактом, что большая часть афганцев идентифицируется в первую очередь со своей этнической группой и должна без колебаний отдать голос кандидату-соплеменнику. Это значило, что самая многочисленная этническая группа - пуштуны - должна была почти однозначно одержать победу. Таким образом, у таджикских, узбекских и других кандидатов почти не оставалось надежды.

Тем более что Хамид Карзай был и остается не просто пуштуном, а пуштуном, пользующимся американской поддержкой и административным ресурсом. Большинство экспертов предполагали, что победа Карзая в первом туре была практически решенным делом.

При этом у некоторых его соперников все же оставались шансы на успех. В первую очередь это касалось Абдула Рашида Дустума - известного генерала, героя многих сражений, успевшего повоевать на стороне СССР, моджахедов, талибов и, в конце концов, Северного альянса. Именно Дустуму, среди прочих военных, Афганистан обязан свержением режима талибов. В населенных узбеками горных районах генерал пользовался и пользуется почти безоговорочной поддержкой населения, что делало его чуть ли не единственным конкурентом Карзая.

Еще один соперник Карзая - Юнус Квануни - таджик по национальности. Квануни - также герой борьбы с "Талибаном", однако, по мнению экспертов - его слава так и не стала всеафганской. Еще до выборов было ясно, что ни у Квануни, ни у шиита Мохаммеда Мохакика, ни у представляющего интересы моджахедов (то есть бывших борцов с СССР) Ахмада Ахмадзая, ни у монархиста Саеда Гайлани, ни тем более у единственного кандидата-женщины - Масуды Джалаль не было никаких шансов на победу. Как не было их и у других 11 кандидатов, не успевших к 9 октября снять свою кандидатуру с выборов (еще недавно претендентов было 18, но двое заявили о своей поддержке Карзая на прошлой неделе).

О своей нелегкой судьбе догадывались и сами претенденты на пост президента Афганистана. Поэтому в день выборов они вдруг решились на беспрецедентный шаг. Утром 9 октября 15 из 16 кандидатов (то есть, все, кроме самого Карзая), собрались в доме одного из них и заявили, что собираются бойкотировать выборы и требовать признания их результатов недействительными. Кроме того, собравшиеся договорились, что станут добиваться проведения новых выборов.

Основанием для такого решения стал разразившийся утром 9 октября "чернильный скандал". Дело в том, что еще до выборов все афганцы должны были получить "удостоверения избирателя", дававшие им право опустить в урну бюллетень. Так вот, оказалось, что в общей неразберихе многим гражданам удалось получить несколько таких удостоверений. Для спасения ситуации из Европы были привезены специальные ручки с несмываемыми в течение пяти дней чернилами. Такой ручкой ставилась отметка на руку каждому проголосовавшему, после чего он не мог больше входить на территорию участка. Но утром 9 октября со всей страны начали поступать сообщения о том, что "несмываемые чернила" стирались с пальцев чуть ли не мгновенно. Это значило, что любой желающий мог проголосовать десятки раз.

Фактически, в день, который должен был стать днем триумфа Карзая, фаворит США превратился в возможного победителя выборов, честность которых с самого начала оказалась под вопросом. Эта ситуация была крайне опасной для Карзая и всего дела установления демократии в Афганистане. Титул легитимного президента Афганистана должен был усилить мандат Карзая на установление своей власти в стране и дать ему надежду на возможный успех этого предприятия. Все же сомнения в легитимности могли, наоборот, предоставить карт-бланш как политическим, так и военным противникам нынешней афганской власти.

Очень скоро оказалось, что чернила смывались только в случае неправильного их нанесения на руку. И Карзай, и избирком, и международные наблюдатели попытались всеми силами замять скандал. Например, Роберт Барри, глава делегации ОБСЕ в Афганистане, заявил, что хотя его 40 наблюдательских групп и заметили некоторые нарушения на избирательных участках, в целом выборы прошли успешно, а требования признать их недействительными - безосновательны.

В том же духе высказались и другие участники процесса, включая самого Карзая, публично демонстрировавшего перед телекамерами нестираемость пресловутых чернил. Никто из людей, защищавших легитимность выборов, не мог сказать, что они прошли без нарушений. Пафос их выступлений сводился к мысли о том, что каким бы беспорядочным ни было голосование, оно состоялось и это главное. Карзай пытался пристыдить других кандидатов, которые увлеклись мелочными придирками вместо того, чтобы вместе со всем народом радоваться наступлению в их стране демократии.

В конце концов участники бойкота действительно вняли всем этим увещеваниям и начали по очереди заявлять, что готовы признать результаты прошедшего голосования. При этом избирком назначил специальную комиссию, призванную разобраться с жалобами на имевшие место нарушения. В любом случае, сейчас ясно, что выборы, по всей видимости, будут признаны действительными и демократия, пусть и в несколько трансформированном виде, восторжествует в Афганистане.

Что касается президента США Джорджа Буша, то он уже начал торжествовать. В субботу, 9 октября, выступая перед избирателями в штате Миссури, он заявил, что организованное им вторжение в Афганистан позволило женщинам, которых еще недавно публично пороли на площадях, выстроиться в очередь к избирательным урнам. Удачное завершение первого этапа эксперимента по введению демократии в отдельно взятой стране поможет Бушу внушить избирателям надежду на то, что в Ираке все тоже закончится хорошо. И тогда они, в свою очередь, реализуют собственное право на выбор президента вполне удачным для Буша способом.

Елена Любарская

Другие материалы
Россия00:01Сегодня

«Разве это не современный фашизм?»

Нужно ли лечить одного человека, если на эти деньги можно помочь сотням