Новости партнеров

Газовая конфорка для двуглавого орла

Российское государство довело свою долю в капитале "Газпрома" до контрольной

Теперь, когда все закончилось, сделка кажется проведенной просто и гладко. Подписали, сообщили, растиражировали по всем телеканалам. На самом деле, доведение доли государства в капитале "Газпрома" до контрольной - это начало новой эпохи в отношениях между российским государством и бизнесом.

Как это было, как это есть и как это будет

Как известно, сначала пакет акций пытались обменять на "Роснефть", так как "Газпром" не раз интересовался нефтяными активами. Однако из-за сложностей с выплатой долгов по "Юганскнефтегазу" и явного нежелания руководства "Роснефти" переходить под крыло газового концерна "Газпром" от обмена отказался, заявив, что предпочитает деньги.

Чиновники, которые готовы были расплачиваться с газовым монополистом только "Роснефтью", сделали следующее - объединили "Роснефть" и "Юганскнефтегаз" в структуру "Роснефтегаз", оценили ее необычайно высоко, а затем объявили о продаже неконтрольного пакета акций, деньги от которой и должны пойти на оплату пакета акций "Газпрома". Газовая компания не возражала против такого варианта - споры возникали только относительно стоимости пакета акций, но были на удивление быстро урегулированы в ходе переговоров - стороны сошлись на 203,5 миллиарда рублей.

Формально сделка была одобрена "Роснефтегазом" и "Газпромом" 16 июня, а все документы были подписаны уже 23 июня - правительство хотело во что бы то ни стало завладеть контрольным пакетом компании до собрания акционеров, назначенного на 24 июня.

Впрочем, весь контрольный пакет государство в пятницу так и не получило. Иностранная дочерняя компания "Газпрома" Gazprom Finance BV сможет передать свои бумаги лишь 1 июля, после оформления налогового соглашения с голландскими властями. Этой "дочке" принадлежит ни много ни мало 4,57 процента акций концерна.

Теперь "Газпрому" остается лишь решить окончательно, куда пойдут "лишние" деньги. Скорее всего часть будет потрачена на погашение долгов, более 500 миллионов долларов компания отдаст государству в виде налога на прибыль, а остальное менеджеры направят на скупку интересных проектов и газификацию регионов.

Регистрация прав собственности на пакет в 10,74 процента акций "Газпрома" будет проводиться в два этапа. "Роснефтегазом" передаст средства газовому концерну тремя траншами: первый поступит в течение месяца, второй - в октябре, а третий - до 25 декабря 2005 года. Деньги на покупку "Роснефтегаз" привлечет на международном рынке.

После любой сделки всегда возникает вопрос: "Что изменилось?". Тем более он уместен после того, как фактически завершена скупка государством акций "Газпрома" и подписаны все документы. Правительственные чиновники и топ-менеджеры "Газпрома" склонны рассматривать доведение доли государства в "Газпроме" до контрольной как некую техническую меру, позволяющую без опаски провести либерализацию рынка акций "Газпрома" и сохранить контроль над самым важным для экономики страны предприятием. Проще говоря, власть пытается представить завладение контрольным пакетом акций как некую формальную необходимость, открывающую дорогу на российский газовый рынок иностранным инвесторам и стоившую государству более 200 миллиардов рублей.

Это чистая правда, но не вся. В том, что государство довело до конца эту сделку, есть что-то от укрощения строптивой. Хотя до этого правительство при помощи своих представителей и так контролировало "Газпром", у руководителей компании все же было свое понимание того, как должен развиваться концерн. Расходились чиновники с бизнесменами и в ценовой политике - так, в начале апреля Совет директоров проигнорировал правительственные рекомендации и настоял на такой переоценке активов компании, которая бы потребовала в 2006 году роста тарифов на газ на 22 процента. Как известно, ценовая война в этой области продолжалась до недавнего времени - пока на заседании правительства не было принято решение разрешить увеличение тарифов на 11 процентов, то есть на половину от требуемого.

"Газпром" - это в некотором роде "ЮКОС" наоборот. Если бы компании были собаками, то "Газпром" и "ЮКОС" были бы крупными псами разных пород с коренным различием в характерах. Действительно, обе компании ответственны за весомый вклад в ВВП страны, обе занимали лидирующее положение в своей отрасли. Только одна эффективно работала на государство, а другая - на себя. Результат известен.

Либерализация рынка акций

"Газпром", который является крупнейшей газовой компанией на планете, уже давно жаждет полноценного статуса мировой корпорации, которой он, несомненно, является. Однако для того, чтобы быть привлекательным, мало быть крупным. Нужно еще поставить инвесторов в равные условия.

Капитализация компании в значительной степени зависит от того, насколько охотно в нее инвестируют. На стоимость "Газпрома" серьезно влияет тот факт, что иностранные инвесторы привлекались ранее даже не по остаточному, а скорее по лазеечному принципу, и не могли участвовать в торгах на внутреннем рынке, где обращалась большая часть ценных бумаг концерна.

Фактически акции компании циркулируют в двух отдельных биржевых системах, и те инвесторы, что вкладываются в "Газпром" за рубежом, получают его бумаги по более высоким ценам, нежели их коллеги в России. Теперь противостоянию этих двух систем пришел конец. Считается, что после либерализации рынка акций капитализация "Газпрома" увеличится на 15-25 процентов. Правда, состоится это событие, скорее всего, только тогда, когда государство полностью рассчитается за приобретаемые сейчас акции. То есть, как и обещают чиновники - в конце 2005 года.

Стратегические планы одной крупной компании

Теперь, когда у менеджеров компании появятся лишние деньги, они могут и помечтать. Сразу после объявления об успешном заключении сделки, которое сделал председатель совета директоров и по совместительству глава администрации президента Дмитрий Медведев, к акционерам вышел глава компании Алексей Миллер. Он весьма оптимистично описал будущее "Газпрома": максимально простое деление акционерного капитала на государственную контрольную часть и частно-акционерную, а также решение стратегических задач с помощью государства.

В частности, он рассказал о поистине титанической задаче: установить паритет добычи и воспроизводства запасов, то есть добывать не больше, чем удалось разведать. Сделать это, очевидно, можно двумя способами - увеличить масштабы разведки новых месторождений или сократить добычу. Очевидно, что речь идет о разведке, а значит, "Газпром" должен в ближайшее время дополнительно к существующим объемам разведывать не менее 200 миллиардов кубометров газа, ведь в 2004 году было разведано всего 378,1 миллиарда кубометров газа, а добыто - 545,1 миллиарда кубометров.

"Газпром" также собирается создавать новые центры газодобычи - в Арктике, Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. Это создаст определенную нагрузку на газотранспортную систему, которая в данный момент не удовлетворяет потребностям газового концерна, так что менеджеры решили сделать задачу модернизации газотранспортной системы приоритетной и выделить на ее модернизацию 65 процентов всех инвестиций.

Вызывает у Миллера раздражение и нынешнее использование газа предприятиями. Ситуацию на внутреннем рынке газа глава "Газпрома" называет "социализмом". Ему, как руководителю живущей в капиталистическом окружении компании, не нравится многое, а больше всего - госрегулирование тарифов на газ и поддержка неэффективных энергоемких производств дешевым газом. Фактически, Миллер говорит о том, что сохранять в отдельно взятой отрасли принцип распределения продукции вместо ее продажи по рыночной цене - чистой воды безумие.

И тут происходит небольшой смысловой сдвиг - Миллер начинает агитировать окружающих за безусловно необходимую либерализацию, однако подкрепляет свои призывы аргументами вроде необходимости "отражения ценности газа как товара". Спросим себя - выиграет ли кто-нибудь, кроме "Газпрома", от либерализации (читай - повышения) цен на газ на внутреннем рынке? Более того, от повышения цен на газ в стране, которая обладает практически неограниченными запасами газа? Очевидно, что нет. Кроме того, следует отметить, что с либерализацией рынка газа в секторе экономики получится, мягко говоря, уродство - маску биржевых, либеральных механизмов попытаются натянуть на малопривлекательную морду монопольного рынка.

С другой стороны, в словах Миллера есть толика здравого смысла - относительно дешевый газ лишает предприятия стимула к обновлению основных фондов и внедрению энергосберегающих технологий.

Бартер - на свалку истории

Впрочем, в нынешней позиции "Газпрома" немало положительных моментов. Так, нельзя не назвать похвальным стремление менеджмента компании изменить ситуацию с поставками газа на рынки стран СНГ и Балтии, которые в прошлом году получили от газового концерна 52 миллиарда кубометров газа. Руководство компании давно жалуется на низкую рентабельность поставок в страны ближнего зарубежья (конечно, по сравнению с европейскими даже балтийские цены выглядят карликовыми). Утверждается даже, что источником прибыли "Газпрома" сейчас является фактически только экспорт газа в Европу.

Не стоит забывать и про то, что с потребителями стран ближнего зарубежья возникает гораздо больше проблем, чем с европейцами. Ну и, конечно, государству давно хотелось опробовать механизм регулирования цен на газ и объемов поставок в обмен на хорошее поведение потребителей из стран СНГ и Балтии. В случае, если газ будет поставляться в обмен на деньги, а не на товары, влиять на эти страны станет проще, а "Газпрому" при европейских расценках на экспорт будет проще вести индивидуальную политику поставок газа.

Пока же "Газпрому" больше интересна Европа. Поэтому главным проектом концерна, занимающего первое место в мире по экспорту природного газа, стал Северо-Европейский газопровод, первая нитка которого должна быть введена в эксплуатацию в 2010 году. Газопровод позволит подавать газ европейским потребителям напрямую, без транзитных отчислений, а его мощность составит 55 миллиардов кубометров в год - это более 25 процентов нынешнего ежегодного европейского экспорта.

Кроме Северо-Европейского, в ближайшее время будут выведены на проектную мощность газопроводы "Ямал-Европа" и "Голубой поток". "Газпром" также работает над тем, чтобы в дополнение к долгосрочным контрактам осуществлять поставки на спотовой основе (спотовые цены - текущие цены рынка). Это позволит не только получить дополнительную прибыль, но и адекватнее и оперативнее реагировать на вызовы рынка.

Компания широкого профиля

И, конечно, стоит отметить, что "Газпрому" давно уже надоело быть просто газовой компанией, тем более что разработка месторождений заставляет заниматься не только газом. "Газпром", пока еще не начавший масштабной скупки нефтяных активов, уже добывает 12 миллионов тонн нефти в год. Это приводит концерн к необходимости расширять добычу и переработку нефти.

Для диверсификации деятельности "Газпром" привлекает все возможные средства - скупку интересующих его активов (как это будет с "Роснефтью"), обмен долями участия в проектах (как это было с BASF и Северо-Европейским газопроводом), вход на ранее недоступный рынок сбыта через партнеров (как это происходит на Сахалине и будет происходить с поставками сжиженного газа в Северную Америку).

Кстати, о сжиженном газе. Компания любыми средствами старается закрепиться на этом рынке. Она уже договорилась с калифорнийской Sempra, идут переговоры с Мексикой и Канадой с целью дальнейшей транспортировки газа на перспективный рынок США, причем с мексиканцами этот проект обсуждал сам президент России.

В конечном итоге "Газпром" стремится к доступу на рынок нефтепереработки - путем ли приобретения НПЗ или их строительства. Менеджеры изо всех сил стараются сделать "Газпром" как можно менее газовым, очевидно, опасаясь своей зависимости от экспорта "голубого золота". Кроме того, "Газпром" видит особую прелесть и в электроэнергетике - тем более что почти половину электроэнергии в России дает газ компании, а российские электропредприятия являются основными потребителями природного газа. На собрании акционеров "Газпрома" даже прозвучало намерение компании передать свой медиа-бизнес "Газпром-банку" в обмен на энергетические активы, что позволило бы "Газпрому" консолидировать все энергетические мощности.

Заключение

То, что произошло 24 июня - это переломный этап экономической истории России, конец делегирования важнейших функций и прибыльных видов деятельности частным компаниям. Фактически, с небольшой натяжкой можно говорить о национализации газового сектора и слиянии экономических и политических устремлений различных групп в этой отрасли воедино.

Вслед за вопросом "и что изменится" всегда возникает вопрос: "Как это повлияет на мою жизнь?". Надо отметить, что с закреплением государства у руля газового концерна все улучшится - по крайней мере, в ближайшие три года нам не придется наблюдать тарифных скачков, то есть ответственность за газификацию населения (а это, согласитесь, вещь необходимая) теперь целиком и полностью лежит на государстве.

Стоит отметить, что, к сожалению, единого видения развития экономики у государства, завладевшего "Газпромом", нет. Иначе в других жизненно важных монопольных отраслях не возникали бы попытки введения рыночных механизмов, которые никогда не являлись панацеей от всех бед.

Постепенно, очень медленно наше государство учится быть эффективным, консолидируя важные активы и модернизируя инфраструктуру за счет иностранных финансовых институтов. Вопрос только в том, есть ли у нас в правительстве квалифицированные менеджеры, чтобы эффективно распорядиться этими деньгами и грядущими иностранными инвестициями.

Экономика00:0319 августа

Взаимная вражда

США и Китай едва не обрушили мировую экономику. Кто остался в выигрыше?
Экономика00:0117 августа

На износ

Россиянам предложили добавить выходных. Они нашли причину отказаться