Все как надо

Президент перечислил правильные меры для спасения российской науки

Каждый год президент РФ выступает с обращением к Федеральному собранию. В своем выступлении глава государства обрисовывает планы по развитию страны на ближайшее будущее. Наука традиционно входит в число тем, которые освещаются в этом документе. И традиционно планы президента критикуются научным сообществом как далекие от его истинных нужд. В 2009 году президент постарался по максимуму учесть пожелания ученых.

В российской науке не все благополучно. Этот тезис не является новостью или сенсацией. Трудности жизни ученого и многочисленные препятствия для его нормальной работы обсуждаются в лабораториях, на кафедрах университетов, на кухнях, в блогах. В последние годы жалобы исследователей стали достоянием гласности. Специалисты в различных областях выступают в СМИ и даже пишут открытые письма власть имущим. Подобные инициативы обычно двояко воспринимаются научным сообществом. С одной стороны, ученые обычно склонны уважать своих коллег, которые тратят время и силы на борьбу с системой. С другой, в народе бытует стойкое убеждение, что такие призывы о помощи и требования что-то исправить – это крики в пустоту.

Послание к Федеральному собранию, с которым президент выступил 12 ноября, как будто было призвано посрамить скептиков. Дмитрий Медведев показал, что не только услышал сетования ученых, но даже воспринял их доводы в качестве руководства к действию по модернизации российской науки.

Описание перспектив будущего развития России как великой научной державы заняло немалую долю общего хронометража послания. Ту часть, которая касалась улучшений в сфере науки, президент начал цитатой из Луи Пастера: "Наука должна быть самым возвышенным воплощением Отечества, ибо из всех народов первым будет всегда тот, кто опередит другие в области мысли и умственной деятельности". Затем последовал традиционный оборот об обилии талантов на русской земле.

Несмотря на избыток "Платонов" и "быстрых разумом Невтонов" российского происхождения, большая их часть предпочитает делать науку за пределами Российской Федерации. Массовый отъезд исследователей за границу начался в 90-е годы прошлого века. С тех пор процесс не остановился и, вероятно, даже не замедлился. Изменился только возрастной состав переселенцев: двадцать лет назад уезжали в основном кандидаты наук среднего возраста, а сейчас место прописки меняют недавние выпускники вузов или специалисты, только что защитившие диссертацию.

В своем послании Медведев прямо не назвал возвращение бывших соотечественников необходимым шагом, однако несколько перечисленных им мер, очевидно, призваны стимулировать репатриацию российских ученых, работающих за рубежом.

Во-первых, президент произнес долгожданные слова об упрощении признания в России западных научных степеней и дипломов о высшем образовании. Сейчас наша степень кандидата наук большинством заграничных вузов признается за PhD – степень доктора философии, подтверждающую квалификацию человека как научного работника. Процесс обратного признания связан с массой бюрократических и законодательных затруднений. В итоге самым простым способом получения диплома кандидата наук для "возвращенца" со степенью PhD оказывается созыв ученого совета и перезащита.

Еще одно пожелание Медведева относилось к упрощению процесса выдачи российских виз специалистам, не имеющим гражданства РФ. Как отметил в интервью Ленте.Ру биолог Константин Северинов, долгое время работавший в США: "На сегодня никакого официального способа иностранцу устроиться на работу в РАН, получать финансирование и руководить научной работой, по-видимому, нет".

Трудности с получением российской визы мешают не только возвращению уехавших российских исследователей, ставших гражданами других стран, но и привлечению в Россию иностранных ученых. Президент прямо отметил необходимость принимать на работу иностранцев, если они являются ценными специалистами в той или иной области. Для вернувшихся российских ученых и "крутых" иностранных исследователей президент предложил создать "современный технологический центр", организованный по примеру американской "Силиконовой долины".

Интересно, что ровно с этой идеей выступала группа работающих за рубежом российских ученых, написавших недавно открытое письмо к президенту и премьеру. Авторы письма назвали упомянутый Медведевым технологический центр Российским институтом высших исследований. Еще раньше о создании в России Мекки для ученых говорил Артем Оганов, выпускник геологического факультета МГУ, а ныне профессор Университета штата Нью-Йорк. Оганов назвал свой проект Федеральным центром технологий и отмечал, что его необходимо сделать независимым от Академии наук. Правда, в своем послании президент не уточнил, кому должна подчиняться будущая структура.

Члены президиума РАН ранее достаточно негативно высказывались о возможности создания такого центра. Точку зрения академиков выразил вице-президент РАН академик Александр Некипелов. Он заявил, что итогом проекта по созданию для "возвращенцев" некоей специализированной структуры станет появление "потемкинских деревень". Стоит заметить, что в самом письме не указано, что Российский институт высших исследований должен быть "заточен" под тех, кто вернулся с Запада. Можно предположить, что если идея его создания все же получит развитие, вопрос об управлении центром станет одним из самых животрепещущих.

Третья тема, затронутая президентом, также не раз всплывала в дискуссиях о будущем российской науки. Медведев выступил с рекомендацией привлечь к оценке наших научных проектов международных экспертов. В своей речи президент упоминает международную экспертизу только в двух предложениях, однако значимость этого нововведения трудно переоценить. Отсутствие адекватной оценки проектов, претендующих на финансирование, называлось в качестве одной из основных причин плачевного состояния науки в России. Конкурсное распределение средств существует и сейчас, однако слова о непрозрачности и коррупционности системы конкурсов появляются едва ли не в каждом интервью с учеными, критикующими РАН и Минобрнауки, которые такие конкурсы проводят.

Наконец, президент поручил правительству "расширить грантовую поддержку разработчиков новейших технологий на конкурсной основе". Можно предположить, что речь идет о структурах наподобие "Роснано". С высокой вероятностью за созданием подобных образований последуют обвинения в изобретении нового способа присвоения бюджетных средств (не секрет, что многие именно так понимают функцию "Роснано"). Но, несмотря на мнения критиков, похоже, что такие структуры будут неотделимой частью инновационной экономики.

Словом, в своем послании президент признал многие беды российской науки. В многочисленных обществах анонимных борцов с теми или иными недугами считается, что признание - первый и самый трудный шаг. Тем не менее, немало участников таких обществ этот шаг делают. Настоящие трудности начинаются дальше.