Быстрая доставка новостей прямо в ваш Telegram
Новости партнеров

Вы этого достойны?

Наследница империи L'Oreal оказалась замешана в политическом скандале

В начале июля вокруг правительства президента Франции Николя Саркози разгорелась целая серия скандалов. 4 числа из-за обвинений в растрате бюджетных средств свои посты оставили министр по делам сотрудничества и франкофонии Ален Жуаянде и госсекретарь по делам столичного региона Кристиан Блан. А уже 5 июля угроза отставки нависла над ближайшим сподвижником президента Эриком Вертом. В причастности к министерскому переполоху подозревают самую богатую женщину Европы, 87-летнюю Лилиан Бетанкур.

В том, что два скандала связаны между собой, сомнений, кажется, нет ни у кого. Французские - да и мировые - газеты в один голос пишут, что двух министров президенту Николя Саркози пришлось уволить для того, чтобы отвлечь внимание от третьего, замешанного в скандале значительно более крупном. Алена Жуаянде (Alain Joyandet) и Кристиана Блана (Christian Blanc) подозревают в растрате бюджетных средств - один, как утверждается, слетал на Мартинику на частном самолете за 116,5 тысячи евро, а второй и вовсе проштрафился, потратив из государственного кармана смехотворную сумму в 12 тысяч евро на кубинские сигары. А вот Эрик Верт (Eric Woerth) подозревается в получении крупной взятки, которая пошла на финансирование предвыборной кампании Саркози.

Но обо всем по порядку. 4 июля Жуаянде и Блан подали прошения об отставке. Как писали газеты, сделали они это по требованию президента. Жуаянде при этом объявил, что ни копейки из бюджетных средств никогда не тратил на себя, а о стоимости его командировки на Мартинику всем было прекрасно известно. Блан, в свою очередь, заявил, что ранее пытался вернуть в бюджет потраченные на сигары средства. Правда, как пишет журнал Time, из 12 тысяч евро вернуть он хотел почему-то четыре, да и в этом не преуспел.

Между тем, даже если в тратах министров и не содержалось состава преступления, самого факта их расточительства вполне достаточно, чтобы вызвать у населения праведный гнев. Ситуация нам знакомая: на дворе кризис, а они на народные деньги на Мартиники летают (тот факт, что на Мартинике Жуаянде не отдыхал, а участвовал в конференции по проблемам ликвидации последствий землетрясения на Гаити, роли не играет).

В конце июня Саркози объявил о переходе правительства на режим строгой экономии, а на октябрь запланировал волну сокращений, пообещав урезать траты на содержание правительства за счет увольнения шестерых министров. Видимо, Жуаянде и Блан просто решили не дожидаться октября.

Однако некоторые обстоятельства указывают на то, что, возможно, сам Саркози решил поспешить с увольнением министров не столько под давлением общественности, сколько руководствуясь какими-то иными соображениями. Действительно, конференция на Мартинике, на которую летал Ален Жуаянде, проходила еще в марте. Кристиан Блан свои сигары приобрел в начале июня. Сокращения, вроде как, назначены на октябрь. Куда спешить?

Но во второй половине июня в центре скандала оказался еще один член правительства Саркози, министр труда и социальной политики и ближайший соратник президента Эрик Верт. В 2007 году в ходе предвыборной кампании Верт заведовал в штабе Саркози финансовыми вопросами. А сразу после того, как Николя Саркози стал президентом, Верт занял в правительстве пост министра по делам бюджета, на котором пребывал вплоть до марта 2010 года.

16 июня имя Эрика Верта неожиданно всплыло в связи с длительной тяжбой, которую вели между собой богатейшая женщина Европы, 87-летняя наследница косметической империи L'Oreal Лилиан Бетанкур (Liliane Bettencourt), и ее дочь Франсуаза Бетанкур-Мейер. Состояние Бетанкур-старшей оценивается в 16 миллиардов евро, и, по мнению ее дочери, престарелая предпринимательница не может распоряжаться им самостоятельно по состоянию здоровья. Проще говоря, Франсуаза считает мать невменяемой и намеревается доказать это в суде.

Для этой цели предприимчивая дочка миллиардерши, видимо, организовала прослушивание телефонных разговоров Лилиан Бетанкур. Записи велись в период с мая 2009 по май 2010 года дворецким владелицы L'Oreal и в середине июня просочились в прессу. Наряду с информацией, полезной для Бетанкур-младшей в ее охоте за материнским капиталом, материалы содержали еще целый ряд любопытнейших деталей.

В частности, выяснилось, что Лилиан Бетанкур обсуждала со своим финансовым консультантом Патрисом де Мэстром (Patrice de Maistre) способы уклониться от уплаты налогов. Однако еще более интересной для журналистов оказалась информация о том, что одной из подчиненных де Мэстра, непосредственно занимающейся финансовыми делами предпринимательницы, оказалась жена министра труда, Флоранс Верт (Florence Woert).

Это обстоятельство, что вполне логично, навело журналистов на мысль, что Верт была нанята на работу в компанию дэ Мэстра в связи с влиятельным положением ее мужа. Налицо оказался и конфликт интересов: после публикации записей власти заподозрили Лилиан Бетанкур в попытке укрыть от налогов не менее 80 миллионов евро, о чем должна была знать Флоранс Верт и что, в свою очередь, смотрится довольно пикантно, если принять во внимание, что муж Флоранс был главным в стране по вопросам бюджета.

Эрик Верт, которого тут же стали призывать покинуть пост, поспешил заявить, что "к грязным деньгам и пальцем не притрагивался". Он даже пообещал подыскать супруге другую работу, но скандал замять не удалось. 5 июля бывшая бухгалтер Бетанкур рассказала, что в 2007 году 87-летняя миллиардерша передала Эрику Верту 150 тысяч евро для нужд предвыборной кампании Николя Саркози. По словам бухгалтера, которая в прессе фигурирует только как Клэр Т., деньги Верту передал уже упоминавшийся консультант владелицы L'Oreal Патрис де Мэстр.

Если верить рассказу Клэр Т., который опубликовал французский портал Mediapart, дело было так. В 2007 году де Мэстр попросил ее снять со счета Лилиан Бетанкур 150 тысяч евро. В силу банковских ограничений, не позволявших единовременно снимать больше 50 тысяч евро в неделю, сделать это оказалось затруднительно. Когда Клэр Т. сообщила об этом де Мэстру, финансист накричал на нее и заявил, что деньги предназначены для финансирования предвыборной кампании Саркози и 50 тысяч не достаточно. В результате де Мэстр сам снял оставшиеся 100 тысяч со счетов Бетанкур в швейцарских банках и лично передал их Эрику Верту.

Обвинение серьезное. Французское законодательство относится к пожертвованиям на нужды политических кампаний весьма строго. Так, сумма пожертвования от частного лица не должна превышать 4600 евро. Столь значительные деньги можно перечислить лишь безналичным путем, но при этом личность вносителя подлежит обязательному установлению. Наличными же можно пожертвовать всего 150 евро - то есть ровно в тысячу раз меньше той суммы, которую, как утверждается, Эрик Верт получил от де Мэстра.

Хуже всего то, что, по некоторым данным, в обмен на эти средства члены команды Саркози пообещали Лилиан Бетанкур, во-первых, помочь избавиться от притязаний дочери, а во-вторых, обеспечить снисходительное отношение к ней со стороны налоговых органов.

Эти обвинения, правда, пока что представляются недоказуемыми. Между тем, и Николя Саркози, и Эрик Верт, и Лилиан Бетанкур, что вполне закономерно, продолжают утверждать, что ни о каких незаконных операциях и слыхом не слыхивали.

Однако если воскресная отставка двух министров действительно преследовала цель спасти третьего (на посту министра труда Эрик Верт для Саркози сейчас особенно ценен - как человек, отвечающий за масштабную и крайне непопулярную пенсионную реформу), то план, очевидно, не сработал. Придется придумать новый - а пока суть да дело, не исключено, что в ближайшее время правительство Саркози покинут еще несколько человек.

Мир00:0216 октября

Пришел и остался

Как военная операция в Сирии делает Путина новым хозяином Ближнего Востока