Новости партнеров

"Правда не нужна"

СК возбудил дело в связи с публикацией ролика о пытках "сочинского подрывника"

После серии взрывов в Сочи прошло два года. Общественность может быть довольна работой следствия - взрывы вроде бы прекратились, виновные вроде бы арестованы. Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что все не так просто. Опубликована видеозапись, вызывающая сомнения в виновности как минимум одного арестованного. Но почему тогда прекратились взрывы? Складывается впечатление, что картина раскрытия преступления, показанная обществу, сильно отличается от настоящего положения дел.

Взрывы в городе Сочи и его окрестностях начались в апреле 2008 года. Нередко бомбы, оставленные неизвестными злоумышленниками на улицах, были замаскированы под безобидные предметы - борсетки, фляги, банки пива. К августу в результате взрывов погибли четыре человека, а еще несколько человек получили ранения. В ноябре 2008 года ФСБ объявила о задержании трех подозреваемых в организации взрывов. Имена этих людей не раскрывались.

Несмотря на поимку предполагаемых подрывников, 20 февраля 2009 года на стройплощадке в Сочи произошел еще один взрыв. Погиб один человек. А на следующий день, 21 февраля, на той же стройплощадке обезвредили еще одну бомбу, замаскированную под игрушечную машинку. В апреле 2009 года следователи объявили, что задержали двух новых подозреваемых. На этот раз преступниками сочли двух молодых людей, которым на момент совершения преступлений не было еще и 25 лет - сочинского милиционера Илью Галкина и оператора местной телекомпании "Эфкате" Михаила Денисенко. Куда делись прежние подозреваемые, осталось неясным. Известна судьба лишь одного из них, Тимура Дзокаева, раненного при взрыве в 2008 году. Он успел признаться в организации взрыва (якобы по неосторожности подорвался на собственной бомбе). Но позднее выяснилось, что признание было сделано под давлением. Впоследствии Дзокаев проходил по делу как потерпевший.

Окончательная версия следствия выглядела следующим образом. Якобы Галкин и Денисенко являлись молодыми людьми со странностями и отрицательно относились к окружающей действительности. Они решили бороться с человечеством, раскладывая повсюду бомбы. Кроме того, следователи решили, что Галкин ради самоутверждения убил пятерых бомжей и своего сводного брата Александра Дешко (тело брата не обнаружено; по версии следствия, милиционер смыл мягкие ткани трупа в канализацию или сбросил в колодец, а кости спрятал в неустановленном месте). Ну, и еще милиционера и оператора обвинили в организации взрыва в жилом двенадцатиэтажном доме в Сочи. Первоначально взрыв, из-за которого погибли два человека, считали следствием утечки газа (дом не был газифицирован официально, но при разборе завалов были найдены газовые баллоны). Однако затем было решено, что и этот взрыв - дело рук Галкина и Денисенко.

Все это звучало очень успокаивающе. Не было никакой террористической группировки или бандитских "разборок" в стиле девяностых годов, а были лишь двое молодых людей со своеобразными взглядами на жизнь. Они обезврежены органами правопорядка, и мирные сочинцы снова могут спать спокойно. Из этой картины выбивался лишь вопрос - откуда преступники брали взрывчатку? Причем качественную: бомбы нормально взрывались и наносили серьезный урон. Впрочем, это противоречие в глазах обывателя разрешалось за счет профессии Галкина. Все-таки он был инспектором ППС, у него, наверное, имелись какие-то особые возможности... Кстати, профессией Галкина следователи объясняют многие противоречия в деле. Предполагается, что милиционер умело запутывал следы, зная о ходе следствия.

Странно только, что, несмотря на кажущуюся простоту версии, расследование сильно затянулось. Лишь в июне 2010 года дело наконец направили в суд. А уже в августе процесс прервали для проведения повторной психиатрической экспертизы. В октябре 2010 года обвиняемых снова признали вменяемыми, и процесс продолжился. Но в марте 2011 года было объявлено о проведении новой экспертизы, теперь уже одного только Галкина.

К этому времени история со взрывами успела основательно подзабыться. Наверное, к 2011 году даже родственники погибших уже не горели жаждой мести, а лишь желали поскорее закрыть эту страницу жизни. Поэтому причинами затягивания судебного процесса никто особо не интересовался.

А в мае 2011 года на сайте YouTube была опубликована видеозапись, которая напомнила россиянам о Галкине и Денисенко. Эта запись привлекла внимание даже тех людей, которые уже не помнили, что и как взрывалось в Сочи. Потому что она демонстрирует то, что в России любят пообсуждать - пытки в правоохранительных органах. Небритый усталый мужчина, назвавшийся Ильей Галкиным, беседует с человеком, который не появляется в кадре. Мужчина постоянно просит "наконец дать ему поспать". Человек за кадром играет роль "хорошего полицейского". Он уговаривает мужчину сотрудничать со следствием, утверждая, что хорошо относится к нему и жалеет его. При этом из разговора становится ясно, что ранее мужчине приходилось общаться и с "плохими полицейскими". И повторения этого общения он очень боится.

Характерны фразы человека за кадром - "никому не нужна твоя правда", "тебе не нужна правда, тебе нужна свобода", "машина уже закрутилась", "тебя все равно посадят, вопрос только в сроке". При этом человек отмечает, что Галкин сам работал в милиции и "знаком с системой". Если это действительно Галкин, то похоже, что "знакомство с системой" действительно сыграло свою роль. Правда, не таким образом, как хотелось бы следствию. Несмотря на бессонницу, мужчина сохраняет остатки адекватности и резонно отмечает - "на меня ведь не кражи хотят повесить, а десять убийств". Он изо всех сил старается не раздражать собеседника, даже проявляет подобострастие - но все же в главном стоит на своем, отказываясь от признаний. В конце видео собеседник не выдерживает. Он (или кто-то еще) бьет Галкина дубинкой по голове так, что тот падает со стула.

Любопытно, что "хороший полицейский" не раз подчеркивал в разговоре - "Денисенко зверь, а ты человек". Он утверждал, что Галкин может пойти по делу пособником "зверя". Если же он заупрямится, то его объявят организатором, а роль пособника достанется уже Денисенко. Следует отметить, что, раз уж на то пошло, на роль "зверя" в данном уголовном деле больше подходит именно милиционер Галкин, а не телеоператор Денисенко. И вполне возможно, что в "дружеских беседах" с Денисенко "хороший полицейский" излагал именно это, более логичное видение ситуации.

Кто знает - может быть, журналист, неискушенный в особенностях отечественной криминалистики, сразу же согласился оговорить себя и Галкина в обмен на более легкое обвинение. Если бы к признанию склонили и бывшего милиционера, то в суде оба обвиняемых радостно рассказывали бы о злодеяниях друг друга. При этом каждый утверждал бы, что сам он "всего лишь пособник", а вот тот, второй ... С точки зрения судьи это выглядело бы так: оба подсудимых признают свою причастность к взрывам, но валят вину друг на друга. Обычная ситуация, вина очевидна, можно выносить приговор.

Впрочем, все это лишь предположения, которые могут обрести смысл только после ответа на вопрос - Галкин ли запечатлен на видеозаписи? Его адвокат Виталий Анисимов утверждает, что это так. Следствие ведет себя гораздо более осторожно. Лишь в июне Следственный комитет согласился проверить подлинность видеоролика. А 20 июля было объявлено о возбуждении дела о превышении должностных полномочий с применением насилия. Причем в рамках этого дела подлинность записи еще раз перепроверят.

Хотя, казалось бы, что может быть проще? Если мужчина на записи - не Галкин, можно было просто опубликовать рядом кадр из видеоролика и свежую качественную фотографию обвиняемого. И снабдить этот коллаж подписью: "Вот это - настоящий Галкин, а видеоролик - постановка, призванная дискредитировать доброе имя правоохранительных органов". Ну или, как вариант, можно было бы объявить: "Человек на записи - не Галкин, хотя обнародовать настоящую фотографию обвиняемого мы не можем из-за интересов следствия". Если же человек на видео - действительно Галкин, давно находящийся под арестом, то трудно предположить, что запись допроса - спектакль, устроенный без участия сотрудников правоохранительных органов...

Единственный вариант подтасовки, который приходит в голову - возможность подготовки видеоролика заранее. Что, если Галкин в 2008 году, предвидя возможность ареста, попросил друзей инсценировать допрос и заснять его на камеру? Детали, которые Галкин ну совсем никак не мог знать заранее, в беседе не упоминаются. Определить дату съемки видеозаписи, выложенной на YouTube, сложно (по крайней мере, рядовые специалисты, опрошенные "Лентой.ру", не смогли гарантировать результат такой работы). Конечно, у ФСБ и СК возможности гораздо шире, и, возможно, именно над определением даты сейчас и работают эксперты этих ведомств.

Или, может быть, подлинность записи уже установлена и теперь эксперты выясняют, каким образом она попала в интернет? Ведь это тоже странно - зачем следователи снимали столь неприглядную беседу на видео? Особенно если учесть, что, по словам адвоката Анисимова, они изыскали возможность не вносить протокол этой беседы в материалы дела. Может быть, имеет место провокация уже со стороны отдельных сотрудников правоохранительных органов? Какие-то подковерные игры? Некоторые аналитики предполагают, что у обвиняемых нашлись высокопоставленные покровители, которые решили во что бы то ни стало уберечь их от колонии.

Можно было бы не выстраивать все эти версии, если бы следствие более активно освещало свою работу. Однако все комментарии следователей предельно кратки и не подробны. И это тоже странно - ведь, согласно основной версии, скрывать особо нечего. Речь идет не о преступной группировке, при "разработке" которой требуется секретность, а о двух не вполне нормальных молодых людях. Казалось бы, можно всесторонне освещать процесс. Общественности понравилась бы история о чудаковатых подрывниках. Однако информация, появляющаяся в СМИ, очень скупа.

Отец Галкина, Илья Дешко, сказал журналистам, что, по его мнению, его второго сына Александра убил не Галкин, а некие "люди, с которыми наша семья имела споры в суде по поводу квартиры". Какая квартира, что за люди - осталось неясным. Впрочем, при этом Дешко не стал отрицать, что Галкин с детства испытывал неприязнь к бездомным. Ну а родные Денисенко вообще заявили, что тот являлся безобидным человеком и никогда не бывал на местах взрывов. "Мы живем тихо, все вечера проводим дома, планируем заводить детей", - сказала жена обвиняемого Инна Денисенко. Директор телеканала "Эфкате" Олег Бурунин объявил, что хорошо знает лишь отца Денисенко, Сергея. Он работает на телеканале главным инженером. А о том, что сын главного инженера трудился на канале оператором, Бурунин даже не вспомнил.

Не особо четко прослеживается связь между обвиняемыми, которых следователи называют друзьями детства. Близкие Денисенко говорят, что до задержания не слышали о Галкине. И сам милиционер в пресловутой видеозаписи тоже отрицает, что дружил с сотрудником телеканала.

Единственное, что можно сказать с полной уверенностью - взрывы после задержания обвиняемых прекратились. Однако невозможно избавиться от ощущения, что причина прекращения взрывов - не задержание Галкина и Денисенко (или не только задержание), а что-то другое. Что-то, о чем широкой общественности или не сообщили, или сообщили, но вне связи со взрывами... И даже если обвиняемые действительно причастны ко взрывам, то мотивы и обстоятельства преступлений сложнее, чем утверждается. Может быть, это паранойя. Однако "теории заговора" составляются тогда, когда имеется недостаток информации. А недостаток информации полностью лежит на совести правоохранительных органов. И остается неясным, "кто виноват" в этом. То ли пресс-службы СК и ФСБ не потрудились как следует информировать СМИ о ходе следствия, то ли же более серьезные подразделения этих ведомств допустили более серьезные нарушения.