Не только почитать, но и посмотреть — в нашем Instagram
Новости партнеров

Довольствуясь малым на острове Ломбок

Другие города: розовые дома, ленивые учителя и ревнивые жены в Индонезии

Остров Ломбок

«Лента.ру» продолжает серию материалов «Другие города», в которой читатели рассказывают о местах, где живут. С тропического острова Ломбок (Индонезия) этнический психолог и автор статей о культурных традициях малых народов Юго-Восточной Азии Светлана Сысоева прислала текст о пристрастии сасаков к розовому цвету, красивым домам, азартным играм и длинным носам.

В ломбокском захолустье, в деревне Пеланган, произошло то, чего не могло произойти никогда. Замужняя женщина с ребенком влюбилась в молодого неженатого мужчину из другого района, сбежала от мужа и родителей и счастливо вышла замуж второй раз. Неслыханная дерзость! Разводиться здесь можно было только мужчинам. В смысле, инициативу им не запрещалось проявлять. Женщине при разделе имущества доставались дети, мужчине — все остальное.

Сасаки сбежавшую пообсуждали с неделю, но угомонились быстро. Никак беглянка была из балийской деревни, «не наша». У индуистов свои нравы, а наши сасакские женщины себе таких вольностей не позволяют! Ревнивые, конечно, наши тетки, но чтобы от мужа уйти — никак не можно. Дети, дом и рынок — вся их забота. Это все молодежное влияние. Стали в школу ходить, телевизор смотреть и в розовые футболки с надписью Playboy наряжаться, а там и до вольных мыслей о разводе рукой подать. Те местные, что постарше, телевизор смотрят, но грамоте редко обучены. Правительство учудило три года назад — школу для взрослых открыло; хорошо, учитель правильный попался. До чтения руки не дошли, зато учились цвета различать. Теперь не путают зеленый и голубой. Не то что раньше  — едет мотоцикл зеленый, а они про него голубой говорят. И наоборот.

Любимый цвет жителей Ломбока — розовый. Его ни с чем не спутаешь. Поэтому в рекламе так часто розовый цвет используют. Но и фиолетовый не последний в списке, индонезийцы вообще любят все яркое, разноцветное. Можно новый дом покрасить в фиолетовый, рамы в коричневый, крышу красной черепицей выложить. Можно дом желтым сделать, тогда по желтому фону красиво будет пройтись штампиком с синими цветочками, рамы выкрасить зеленым, а дверь поставить модную, из светло-коричневого дерева. Но самый лучший дом какого цвета? Правильно, розового. Наш сосед Су новый дом построил. Сказал, что сам розовый цвет выбрал. Но все знают, что это жены его влияние.

Дома тут маленькие. Денег особо нет, да и не нужен большой дом. В нем вещи хранят, телевизор смотрят и спят ночью на полу на матрасах. Одно большое общее пространство и кухня, отдельные комнаты — недавнее веяние. Готовят на улице, едят на крыльце, усевшись на пол, выложенный плиткой. Жизнь семьи проходит перед домом, в крытой бамбуковой беседке, в тени которой можно спрятаться от жары и солнца. 35 градусов — обычная температура.

В мокрый сезон дождь предполагается, но он в ломбокском захолустье идет, лишь когда ветер дует с востока. Обычно ветер с запада, и дождь доходит до острова Гили Геде, а дальше никак. В дождливый сезон нужно рис сажать, только теперь кто рисом заниматься будет, все на золотых приисках время проводят. Деньги в захолустье очень любят, поэтому золотая лихорадка — наркотик для местных жителей. Умелый строительный рабочий, к которому запись на «построить дом» была за полгода, бросил стройку и пошел золото искать. Не особенно ему везет, зарабатывать стал в разы меньше, но не сдается. «Я верю, — говорит, — что мой золотой самородок где-то близко».

Нельзя сказать, что на острове только золотом живут. Если у тебя есть небольшой первоначальный капитал, можно магазин открыть или машину купить для частного извоза. Если у мужа магазин и жена не из бедной семьи, доход такой семьи бывает и пятьсот, и тысяча долларов, что для Индонезии не самые плохие деньги. Таких, правда, немного.

Мечта остальных — если не на золоте разбогатеть, так за границей на работу устроиться. Не в Малайзию на сбор кокосов, а в настоящие страны. В Германию, например, или в Австралию. Мечты мечтами остаются. Чтобы их осуществить, надо для начала паспорт себе сделать за 750 000 рупий. У большинства удостоверения личности нет, за него тоже платить надо, и свидетельство о рождении предъявить, а откуда у ломбокцев свидетельство о рождении. Родился, и ладно. Захочешь потом водительские права получить или жениться, договоришься, заплатишь немножко, и свидетельство тебе выдадут. Дату рождения поставят первое января выбранного тобой года. Сейчас, чтобы детей с рождения узаконивать, постановление приняли, что регистрация первые тридцать дней от даты рождения бесплатна, а потом уже за деньги.

Особенности ломбокского образования

Несколько лет назад новое правительство отменило плату за учебу в школе. Раньше платить надо было 8000 рупий в месяц (чуть меньше доллара), что для ребенка из зажиточной по деревенским меркам семьи позволительно. А если ты восьмой сын рыбака? Радуйся, если папа с мамой нарыбачили и наторговали достаточно, чтобы научить тебя читать и числа складывать. Научиться умножать и писать без ошибок, извини, не получится. Требования обязательного посещения школы нет, контроля за качеством преподавания тоже нет.

Дети Андреаса, владельца гостиницы, раньше ходили в школу в Пелангане. Как-то дождливым утром он заметил, что старший сын в школу не собирается. Спросил, в чем дело? Так дождь, ответил паренек, занятий не будет: учительница по дороге промокнуть может. Андреас не поверил, сына в школу потащил. Конечно, там никого не было: ни учительницы, ни детей.

Но если проверка в школу собирается, о ней заранее оповещают. В этот день нужно прийти вовремя, на уроке вести себя примерно, в окна на продавцов мороженого не отвлекаться, одноклассницам в сумки гекконов не запихивать, а школьную форму накануне родители должны выстирать и отутюжить тщательно. Если проверки нет, дождя, как назло, тоже нет, учительница может попросить вести себя тихо, не шуметь, а сама прикорнуть часок за учительским столом. Она тоже человек, ей отдых нужен.

Ежемесячный платеж за школу отменили для всех, но от вступительного взноса «за столик и стулик» освобождают только самых бедных, счастливчиков с «картой бедняка». «Карту бедняка» в Индонезии задумали в помощь малоимущим. Задумка хорошая, но вдали от столицы не работает она на 100 процентов. Рис за десятую часть стоимости через мечеть по ней можно получить. А ежемесячных ста тысяч рупий и бесплатной медицинской помощи не дождешься. За пособием нужно в райцентр ехать, за проезд деньги платить или тратиться на бензин для мотоцикла. Приедешь, а тебя «завтраками» накормят и обратно отправят. Бесплатную медицинскую помощь в государственных больницах не любят оказывать.

Жареные бананы и «santai-santai»

В захолустье лихорадка денге, диабет, брюшной тиф, а в дождливый сезон хворь нападает от «теплой влажности», в которой грибок разрастается и другая зараза плодится. Малярия здесь желтая, случается редко, лечится. Ее не было раньше, но цивилизация настигает, сначала в Матараме и Сенгиги появилась, а теперь и в окрестностях деревни Пеланган. Диабет все больше от питания. Сасаки, если могут себе позволить что-то больше, чем рисово-овощная диета, любят еду сильно жареную и перченую. Чтобы от куриного мяса — одни угольки, а с жареных бананов в тесте масло стекало. Брюшной тиф — от воды и еды испорченной. Воду берут в колодцах, она здесь солоноватая (море близко), но другой нет. Вода в бутылках — удовольствие не для каждого.

В школе учеников по медицинской части просвещают. Математике учат, индонезийскому и английскому языкам, физике, химии, биологии, географии, экономике, социологии, религии, творчеству и спорту. Литературу не изучают, читать книги — нет навыка, но сочинения пишут. «Как я провел лето» или «Кем я хочу стать, когда вырасту». Полное школьное образование – тринадцать лет, потом можно в университет поступить или закончить образовываться раньше и профессии какой выучиться. Но чтобы найти хорошую работу, не только знания нужны, но и связи.

Учиться сасаки не очень нравится. Вот закатом полюбоваться — пожалуйста. Это ведь не работа, это santai-santai — посидеть, отдохнуть, поговорить о том о сем. Идешь мимо, «хелло!» говорят, улыбаются, рукой машут, а кто и пальцем показывает. Смотри, турист, настоящий, смотри скорей, пока не ушел!

Иностранцев в деревне любят, независимо от пола. Когда Андреас приехал в Пеланган двадцать лет назад, парнишка местный увидел его в окно, да как закричит «иностранец в деревне». И другие дети как закричат, как побегут. Обступили Андреаса плотным кольцом и смотрят. Взрослые вторым эшелоном подтянулись и тоже смотрят. Голубые глаза внимание привлекли. Старики подошли и рукой перед глазами поводили — не слепой ли. Да вижу, вижу, ответил Андреас.

Наверное — значит нет

Пальцем показывать — невежливо. «Нет» прямым текстом говорить тоже невежливо. «Да» — ответ вежливого человека, «нет» лучше заменить на «наверное». Если вопрос не поняли, все равно «да» скажут. Гостиница где? Да. Ты вопрос понимаешь? Да. Я хочу спросить, где у вас тут гостиница? Наверное, лучше направо повернуть. На Бали был? Belum — пока нет. Воду у меня купишь? Sudah — уже есть. Помидоры есть? На такой простой вопрос можно «нет» ответить. Tidak ada — нет помидоров, распродали все.

Рынок в Пелангане стихийный. Что привезли, то и продали. Цены за последний год выросли в два-три раза; из-за того, что все золотом заняты, товар для продажи приходится в соседних деревнях закупать. Самое дешевое — овощи, на 10 000 рупий получаешь авоську помидоров, баклажанов, мелкого красного лука и чеснока. Копченая курица по-пелангански 20 000-30 000. Кусок выловленного рано утром тунца 5000-20 000. У опытных торговок картошку можно купить и лук нам привычный. Фруктов много. Манго шесть штук за 5000, бананы на вес и поштучно, яблоки, мангустины, лаймы и «змеевика» — в толстой змеиной шкуре плод нежно-кремового цвета. Торгуют женщины. Мужчины привезут их с утра, а сами к навесу, где DVD продают. Там телевизор и телесериал про любовь. «Чинта» (любовь) — самый интересный. Сериалы у мексиканцев научились снимать. Двадцать лет назад на индонезийском телевидении два канала было, по одному из них каждый день в полночь показывали мексиканскую мыльную оперу «Мария Мерседес». Как по команде «отбой» все закрывалось, деревенские жители бежали к тем, у кого телевизор был, чтобы следующую серию про Марию посмотреть. С утра — обязательное обсуждение.

Мужчины и женщины

Не только сериалами, конечно, день заполнен. Жизнь любят во всех ее проявлениях. Игра на деньги — поголовное мужское увлечение. Петушиные бои, чемпионат мира по футболу, даже на выборы главы деревни могли поставить. Играют по-крупному, на кону не только деньги, но и личное имущество вплоть до дома и земли.

Пять лет назад в деревне появилась сотовая связь и сотовые телефоны. Последней модели, чтобы можно было видео смотреть. Если идете по дороге и видите двух-трех человек, уставившись в телефон так сосредоточенно, что даже на вас, иностранца, внимания не обращают, будьте уверены, у них в телефоне все гораздо интереснее.

Слингко — роман на стороне. Если ты не делаешь слингко, ты дурак и ненастоящий мужчина. С замужней слингко делать нельзя, чужую жену тронь, неприятностей не оберешься. В прошлом году владелец мини-шопа связался с женой другого владельца мини-шопа, молва поползла, так старики собрались и прогнали обоих из деревни на три года. Они через пять месяцев вернулись, денег заплатили сельсовету. Вернулись, кстати, в свои семьи и продолжили жить по-прежнему.

Если у тебя есть слингко и сотовый телефон, другая забава — поболтать со своей барышней по громкой связи. Сидит компания в шесть человек, хоть один обязательно будет со своей слингко болтать. Но надо быть осторожным. Су пришел как-то утром с расцарапанным лицом в пять полос от носа до уха, заплывшими глазами и ногу приволакивал. Что случалось? Сотовый телефон без присмотра оставил. Не с той симкой. Телефон зазвонил, жена ответила, а там женский голос. Жена у Су суровая, он ее боится, она за раз может пять кирпичей на голове перенести, а он тащит три на плече и еле за ней успевает.

Су пользуется популярностью у девушек, потому что у него красивый длинный нос. Стандарт мужской красоты — белая кожа, длинный нос, толстый кошелек и рост высокий. Приезжал как-то турист из Швеции, алкоголик запойный, с огромным пористым носом красного цвета, так местные девушки от него без ума были. Замуж хотели, так как девушки считают, что западные мужчины редко разводятся, можно гнездо свить и жить с ним одним долго и счастливо.

В Пелангане у меня есть подруга, Дини. Она учительница, приехала с Явы, преподает что-то по туризму и английский язык. Школу туризма строили с большим размахом. Землю купили, план составили — здесь отель, там ресторан, вдали учебные классы. Два года уже строили, два помещения без отделки готовы, на остальной земле коровы паслись. Школа работала, тем не менее, в здании школы обычной, во вторую смену. Студенты платили 5000 рупий в месяц, их за эти деньги готовили к работе в гостиничном хозяйстве, которого в деревне пока нет толком, но все в ожидании чуда пребывают.

Как угодить туристу

Меня пригласили в школу в качестве почетного гостя. Но не тут-то было. Пришлось студентам за умы взяться и на вопросы отвечать.

Первый класс был мальчиковый. Что за предмет был, я не поняла, учительница отсутствовала, а Дини затруднилась объяснить. Поэтому мы долго и нудно разбирали, что туристы любят, а что не любят. Что номер надо чистить до заселения, а не после. Что мусор надо из-под кроватей выметать, белье постельное менять и не надоедать с вопросами, как дела и откуда. Составили два списка, один студент даже сообразил их себе в тетрадку переписать. Про него я сказала, что его на работу возьмут, а остальных мы домой отправили.

Во втором классе были бойкие девчушки. Им до меня про ресторанное обслуживание рассказывал сам директор школы, приветливый и улыбчивый. Девчушки вопросы по-английски задавали, а я их порадовала рассказом, что не растут в России манго да бананы, зато растут ягоды разные. И про погоду пришлось объяснять. Что такое плюс 10 по Цельсию понятно было. А что такое минус 20 — это выше понимания.

Третий класс был смешанный. Лекция называлась «культурные различия» и состояла из вопросов и ответов. Например, на вопрос — вы встали в пять утра, в шесть приехали на работу в отель и начали уборку, тут из номера выскочил турист, ужасно злой, почему? Вариантов ответов было несколько. «Потому что плохо убрали номер вчера». «Потому что ему не нравится, как убирают сегодня». Долго пришлось подводить к правильному ответу: не встаем мы так рано, разбудили вы несчастного, хотите номер убирать, приходите после десяти утра, а лучше после одиннадцати.

Интересный разговор получился. О том, что у нас принято, а что у них. Что говорить, а где промолчать. К кому как обращаться, а к кому и близко подходить не надо. Про личное пространство и вежливое общение. Про то, что турист не такой глупец, каким на их взгляд выглядит.

Мне тоже вопросы задавали, где живу, кем работаю, что люблю и какое у меня хобби. И студенты про культурные различия поняли — не все, но многие. И девушка одна в конце заметила: «Какие же мы все разные».

Я являюсь автором книги «Путешествия без турагентств. Как посмотреть мир, сэкономить деньги и остаться невредимым», веду страницу в «Живом журнале» под ником tasmania_gal. Три года жила в Юго-Восточной Азии, путешествуя по этнографическому маршруту Австралия — Восточный Тимор — Индонезия — Непал.

Дорогие читатели! Если вы тоже хотите принять участие в проекте «Другие города» и рассказать о месте, где живете, просьба присылать рассказы на m.novikova@lenta-co.ru. Ведь, как говорится, хочешь сделать хорошо — сделай сам.