Новости партнеров

Год бега на месте

Что мы знаем о катастрофе «Боинга» в Донецкой области

Фото: Сергей Аверин / РИА Новости

Расследование катастрофы малайзийского «Боинга», произошедшей 17 июля 2014 года, продолжается. Список версий все тот же, но каждая из них отягощена сильнейшим «шумовым сопровождением», в котором тонет реальная информация. Спустя год с момента катастрофы «Лента.ру» разбирается в ситуации.

Сбил самолет?

Наверное, самый популярный набор версий основан на утверждении, что «Боинг-777», потерпевший катастрофу над Донецкой областью 17 июня 2014 года, был сбит боевым самолетом ВВС Украины. За год этот набор изрядно разветвился.

1. Самый свежий вариант: «Боинг» был сбит самолетом Су-25 ВВС Украины, вооруженным ракетой иностранного производства. «Лента.ру» его не рассматривает, напоминая о том, что первое апреля давно прошло и подобные события — не повод для подобных шуток.

2. Базовый вариант: «Боинг» был сбит самолетом Су-25 ВВС Украины с применением ракет «воздух-воздух» Р-60 и, возможно, пушечного вооружения. В народе популярен, однако единодушно отметается специалистами, включая высокопоставленных офицеров ВВС России, с которыми «Лента.ру» имела возможность пообщаться, и главного конструктора самолета Су-25 Владимира Бабака, публично назвавшего эту версию «маловероятной».

3. Версия-которая-могла-бы-быть-достоверной. Но не стала. Никто всерьез не обсуждал в публичном пространстве вероятность перехвата «Боинга» истребителем Су-27 или МиГ-29 ВВС Украины, способным выполнить подобную задачу без малейших проблем. Первые месяцы этот вариант оставался на заднем плане, а после загадочной истории с демонстрацией «спутниковых снимков» пуска ракеты истребителем Су-27 на Первом канале перешел в разряд откровенных фейков. Тем не менее если обнаружатся дополнительные доказательства возможного участия истребителя, ими нельзя пренебрегать.

В ночь на 17 июля 2015 года к числу таких возможных доказательств прибавилось опубликованное каналом News.com.au видео, снятое ополченцами на месте катастрофы 17 июля 2014 года. Из расшифровки записи, полную версию которой длительностью 17 минут News.com.au не приводит, следует, что командир ополчения говорит по телефону своему собеседнику по имени Руслан о том, что «Боинг» был сбит истребителем. «Они (очевидно, штаб — прим. «Ленты.ру») говорят, "Сухой" [истребитель] сбил гражданский самолет, а наши сбили истребитель. Они (украинцы — прим. «Ленты.ру») решили сделать так, чтобы выглядело так, как будто мы сбили самолет», — заявляет ополченец. На вопрос о том, где сбитый истребитель, командир затрудняется дать ответ.

Сбил зенитный ракетный комплекс?

К этой версии склоняется большинство специалистов, и тут же возникают вопросы «что это было»? Начнем также с наименее вероятного.

1. С-125. Эта версия появилась после публикации перевода немецкоязычного документа с солидным названием «Ответ Федерального правительства на малый запрос депутатов Александра С. Ноя, Севим Дагделен, Дитера Дема, остальных депутатов и фракции Левой партии».

Ключевой тут пункт 14:

Вопрос: Какие выводы можно сделать из анализа радиолокационных записей самолетов AWACS, касательно активности системы ПВО, комплексов ракет классов «земля — воздух» и «воздух — воздух» в радиусе, где возможно было поражение самолета МH-17, и какие еще сигналы были зафиксированы радарами AWACS?

Ответ: Система AWACS уловила сигналы одной из ракетных систем ПВО, а также последующий сигнал, не поддающийся распознаванию. Система ПВО была автоматически распознана как Surface to Air-missile SA-3 — сигнал, который в данном регионе фиксируется регулярно.

Оставляя за кадром возможность использования РЛС системы наведения зенитного ракетного комплекса С-125 (SA-3 по классификации НАТО), можно с уверенностью, близкой к 100 процентам, полагать невозможным применение данного комплекса непосредственно для уничтожения самолета в это время и в этом месте.

Советский ЗРК С-125 в оригинальном виде, во-первых, не обладает достаточной дальностью стрельбы (около 20 километров), чтобы его можно было применить по «Боингу» из районов, контролировавшихся ВС Украины 17 июля 2014 года, а во-вторых, не состоит на вооружении ВСУ уже более 20 лет. В-третьих и в главных, — он не мобильный, и представить себе его развертывание в тылу у ополченцев невозможно.

Имеется модернизированный вариант этого комплекса, в том числе украинская разработка С-125Д «Печора-2Д», увеличивающая дальность поражения и придающая комплексу мобильность, однако в доступных источниках информации отсутствуют какие-либо сведения о проведении подобных работ по модернизации С-125 в интересах ВС Украины. Возможность же применения в подобных целях «выставочного» комплекса, по мнению специалистов, — чистая фантастика: подобный шаг оставил бы слишком много информационных следов, которые не могли не всплыть за прошедшее время.

2. С-300 или С-400 ВВС России, с территории России. Подобные версии периодически высказывались, но в основном проходят по разряду все тех же фейков, формируемых в рамках общей большой истории «о злочинных москалях». Наиболее весомое опровержение — невозможность скрыть пуск ракет этих систем. Пуск был бы замечен и услышан десятками тысяч человек на расстоянии в десятки километров в густонаселенном российском приграничном регионе. Также не соответствуют практике применения подобных систем повреждения сбитого самолета.

3. Зенитный ракетный комплекс «Бук». Пока не важно чей. Эту версию, видимо, можно считать единственной, на которой сходятся обе стороны. Ее вес сильно возрос после обнародования доклада концерна ПВО «Алмаз-Антей», где утверждается, что «Боинг» сбит зенитной управляемой ракетой 9М38М1 зенитного ракетного комплекса «Бук-М1».

На этом единство заканчивается, и начинается поиск ответа на главный вопрос.

Кто сбил?

Опять же начнем с наименее вероятной версии.

1. Сбил зенитный ракетный комплекс «Бук» Вооруженных сил России (вариант — переданный ополченцам «Бук» с российским расчетом). Проблема данной версии заключается в отсутствии внятных доказательств наличия этих систем вооружения на контролируемой ополченцами территории в рассматриваемый период. Как и всякое сложное оружие, «Бук» предназначен для действий в составе комплекса — системы, помимо самоходных огневых установок включающей массу вспомогательных машин. За исключением серии фотоснимков и коротких отрезков видео, достоверность и точность привязки которых к месту и времени оспаривается, свидетельств наличия «Бука» у ополченцев нет. Нет и доказательств наличия в Донецкой области остальной техники из состава этой системы вооружения. Представить же себе переброску в зону боевых действий одиночной самоходной огневой установки ЗРК сложно в первую очередь в силу отсутствия рационального мотива такого шага.

2. Сбил трофейный «Бук», захваченный ополчением в части ПВО вооруженных сил Украины незадолго до инцидента. В отношении этой версии отсутствует единство даже на самой Украине: генеральный прокурор Виталий Ярема, в частности, по горячим следам заявлял, что захвата подобного вооружения «террористами» (как украинские власти именуют ополченцев ЛНР и ДНР) не было.

Собственно, на этом с «ополченческой» версией можно было бы и закончить, однако необходимо отметить и то, что невозможно за считанные недели привести в боеготовое состояние захваченный комплекс, находившийся на хранении почти два десятка лет вне заводских условий, а соответствующих заводов в ДНР и ЛНР нет.

3. Сбил «Бук» Вооруженных сил Украины. Эту версию, не оглашая прямо, поддерживает уже упомянутый доклад «Алмаз-Антея». Зная картину движения поражающих элементов при подрыве и анализируя следы на обломках (сильно повреждены кабина слева сверху, левая полуплоскость и двигатель под ней), эксперты сделали вывод о том, что ракета вышла в точку подрыва справа налево перед самолетом под горизонтальным углом 72-78 градусов и под вертикальным углом 20-22 градуса, с некоторым возвышением. Исходя из этого, определена вероятная точка запуска: окрестности села Зарощенское, к юго-западу от окраин Тореза.

21 июля 2014 года Зарощенское было названо российскими военными в качестве одной из точек дислокации украинских «Буков» в день гибели «Боинга». Ключевым доказательством возможной причастности Вооруженных сил Украины к гибели лайнера стали спутниковые снимки района конфликта, зафиксировавшие расположение и перемещения украинских ЗРК «Бук», а также данные о работе радиолокационных станций 9С18 «Купол» этих комплексов. В совокупности представленные данные дают следующую картину: в течение трех дней, предшествовавших катастрофе, отмечалось непрерывное нарастание интенсивности работы радаров. 15 июля зафиксирована работа семи станций 9С18, 16 июля — восьми, а в день гибели лайнера, 17 июля, — девяти «Куполов». В тот же день отмечены перемещения пусковых установок. На следующий день (18 июля) интенсивность резко снизилась, и с той поры ежедневно регистрировалась работа не более 2-3 станций данного типа.

Спутниковые снимки показали точное расположение «Буков» в районе конфликта: к северо-западу от Луганска и близ Донецка. Затем, 17 июля, было зафиксировано исчезновение части установок, ранее размещавшихся на позиции близ Донецка, и появление батареи «Буков» в районе поселка Зарощенское — в 50 километрах к востоку от Донецка и восьми километрах к югу от Шахтерска. С этой позиции «Бук» мог поразить лайнер в точке начала его падения над городом Торез. На следующий день батарея с позиции уже исчезла. Особо стоит отметить факт, что этот район вплотную прилегает к позициям ополченцев, и установка там батареи «Бука» была серьезным риском, который должен иметь какое-то объяснение.

Предоставленные российским военным ведомством спутниковые снимки не получили авторитетного опровержения, если не считать расследования Bellingcat, подвергаемого серьезной критике.

Вес доказательств

Объективно на сегодняшний день аргументы в пользу вины Вооруженных сил Украины в очередном уничтожении гражданского лайнера с пассажирами весят намного больше: ни доклад «Алмаз-Антея», ни брифинг Минобороны от 21 июля 2014 года, лежащие в основе версии об украинском «Буке» в Зарощенском, никем не были опровергнуты по существу. Контрдоводы основываются преимущественно на информации из блогов и соцсетей, точность которой и совпадение по времени с моментом происходивших событий подвергаются серьезному сомнению.

Единственный весомый документ с противоположной стороны, опубликованный за это время, — обнародованный еще в сентябре 2014 года предварительный доклад Совбеза Нидерландов, не добавивший к картине произошедшего принципиально новой информации. Главным его содержанием стало подтверждение того, что самолет был сбит: «развалился в воздухе в результате конструктивных повреждений, вызванных большим числом чрезвычайно энергоемких объектов, которые проникли в самолет извне».

Равновесным опровержением российской версии могла бы быть, например, публикация данных спутниковой и воздушной разведки США, причем известно, что такая разведка в те дни велась достаточно интенсивно. Снимки, опровергающие присутствие «Буков» в Зарощенском и, напротив, подтверждающие наличие этих систем в Снежном, Шахтерске и/или других местах, контролируемых ополченцами, были бы серьезным доказательством, но их нет.

К сожалению, впечатление от сравнения веса аргументов смазывается неуместной суетливостью ряда российских официальных органов, регулярно реагирующих на заведомо ложные информационные вбросы. Впрочем, это уже вопрос информационной политики, а не расследования авиакастрофы. В главном точки над i должна расставить осень. Ждать осталось недолго.