«Китайцы хотят жить всласть»

Какое место секс занимает в традиционной и современной китайской культуре

Кадр из фильма «2046»

Традиционная китайская культура сугубо материалистична и ориентирована на земные радости. Сексуальные удовольствия в ней не считаются чем-то порочным, а сексология как наука возникла в Китае более двух тысяч лет назад. На протяжении многих веков элита Поднебесной применяла разные сексуальные практики для оздоровления и продления жизни. При коммунистах везде были введены ограничения, но правящая верхушка и лично Мао Цзэдун себе ни в чем не отказывали, в том числе и в эротических развлечениях. Об этом в интервью «Ленте.ру» рассказал доктор философских наук, руководитель отдела Китая Института Востоковедения РАН Артем Кобзев. Это интервью мы включили в число лучших публикаций 2015 года. Другие лучшие материалы можно посмотреть пройдя по этой ссылке.

«Лента.ру»: Какое место секс занимает в китайской культуре?

Артем Кобзев: В традиционной или современной?

Начнем с традиционной.

В традиционной — наиглавнейшее место. Традиционная китайская культура — это перенос категорий архаичной культуры человечества в современный мир. То есть формы ее приближены к современной действительности, а основа — это то, чем жило человечество с самого своего появления. А жило оно, как известно, в соответствии с принципом «любовь и голод правят миром». То есть для китайца секс и пища — две доминанты, но определенным образом упакованные. Любая культура — это система ограничений или даже подавления. В одних культурах сексуальная энергия накапливается, в других сублимируется, в Китае же ей дают реализовываться естественным путем.

То, что именно любовь и голод правят миром, — утверждение дискуссионное. Многие с этим не согласятся, сказав, что человек — не животное, что его главные устремления связаны с духовностью, с движением к Богу. И уж особенно верно это для традиционных культур.

С научной, а не религиозной или философской, точки зрения, человек — существо биологическое, ему надо питаться и размножаться. При этом природа устроила человека так, что размножение у него связано с удовольствием. А общество человеческое стремление к размножению, то есть получению удовольствия, эксплуатирует. В западной культуре стремление к сексуальному наслаждению подавляется и сублимируется. Зачастую это принимает религиозные формы. Китаю такой подход абсолютно чужд. Там вообще нет представления о том, что подлинное бытие — это не здесь на земле, а где-то там за гробовой доской. Поэтому нет смысла ограничивать себя в этой жизни ради каких-то посмертных наград. Короче говоря, китайцы хотят жить всласть.

В чем разница между китайским и западным отношением к сексу, разобрались. А чем отличается китайский подход от, например, индийского? В Индии же нравы более свободные, чем на Западе, достаточно «Камасутру» полистать или посмотреть на барельефы, украшающие некоторые индийские храмы.

Глобально индийская культура ничем от европейской не отличается. Она так же ориентирует человека не на получение радостей в этой жизни, а на борьбу за блага в посмертном состоянии. Правда, при этом в Индии существует наука о любви, внешне напоминающая китайскую. Причем возникли индийская и китайская эротология практически синхронно. Но, как я сказал, внешне похожие, внутренне они прямо противоположны. Задача индийского искусства любви — трансформировать сексуальную энергию в возвышенные, духовные формы. А цель китайской эротологии — улучшить, сделать более приятной земную жизнь. Проще говоря, у индийцев вектор направлен в небо, у китайцев — в землю.

Когда возникла китайская эротология?

Китайцы оказались впереди планеты всей. Китайской эротологии более двух тысяч лет. Известны посвященные этой теме трактаты, датируемые вторым-третьим веком до нашей эры. Для сравнения: в Америке сексология как наука возникла полвека назад, в Европе — немногим раньше.

Кто разрабатывал эту науку и в чем ее суть?

Суть ее в том, чтобы научить человека заниматься сексом правильным образом. А разрабатывалась китайская эротология в основном даосами. Надо сказать, что даосизм — это исконно китайское, а не привнесенное, как буддизм, религиозно-философское учение. Конечная цель даосских практик — максимальное продление жизни, а в идеале — достижение бессмертия. Не бессмертия души, а физического, телесного бессмертия. С даосской точки зрения, не организованный по науке секс — это растрата энергии, то есть деятельность, сокращающая жизнь. В европейской, арабской или индийской культурах эта проблема решается путем ограничений, в крайней форме — полным отказом от секса. Предполагается, что за счет этого энергия аккумулируется и помогает человеку возноситься духом к небесам. Китайцам такой вариант не подходит не только потому, что им претит отказ от сексуальных удовольствий, но и потому, что важным элементом их культуры является культ предков. А заботиться о предках могут лишь их потомки. Понятно, что если нет секса, то нет и потомков, а значит, и заботиться о предках некому.

Китайцы же не верят в посмертную жизнь — какой тогда культ предков?

Тут нет противоречия. Эти духи предков на самом деле материальны. Именно поэтому и нужны подношения. Бестелесным же духам никакие материальные подношения или иные ритуальные действия их потомков не нужны.

Так вот, из вышесказанного следует, что чем больше детей человек оставил после себя, тем лучше. Значит, совокупляться надо так, чтобы каждый половой акт приводил к зачатию, семя зря не растрачивалось, и при этом жизнь продлевалась, а не укорачивалась.

И как же это все совместить на практике?

Для начала человек должен хорошо изучить свое тело. В этом китайцы, безусловно, преуспели. В одном тексте второго века до нашей эры описывается женский половой орган, и для этого используется 20 терминов. Это в два раза больше, чем в современной западной медицинской энциклопедии. Но, надо сказать, для китайцев тело — это не форма, а набор функций. То, что у нас называется органами, для китайцев — функциональные системы (каналы, энергетические пути). Познав собственное тело, человек может управлять им как машиной. Действия этой машины он должен гармонизировать с другими факторами, то есть использовать ее не просто так, а в наиболее подходящие для этого моменты. Женщинам, кстати, проще — их организм и так регулируется месячными циклами, а мужчинам надо подстраиваться. Сам секс китайцами воспринимается как борьба полов за энергию, которая нужна для оздоровления и продления жизни. Женщинам и тут проще — естественным образом в половом акте мужчины энергию отдают, а женщины ее получают. Но даосские практики, как утверждали авторы соответствующих текстов, позволяли мужчине пойти наперекор природе, совершать «воровской поход на небо», то есть вступить в половой контакт, получить удовольствие, но при этом не отдать, а приобрести энергию. Сделать это можно, разделив оргазм и эякуляцию. Тогда получать энергию можно от многих женщин. Так возникает полигамия: хотя формально в Китае у мужчины была одна жена, но фактически их было много. Целая иерархия разных наложниц требовалась не только для того, чтобы мужчина мог предаваться сладострастию, но и для получения максимального количества животворной энергии.

Содержать гарем мог позволить себе не каждый. Особые сексуальные практики были уделом продвинутых даосов и богатых чиновников или простые люди так же воспринимали секс, как обмен энергиями?

Это сложный вопрос, поскольку мы располагаем письменными источниками, описывающими жизнь элиты — ученых, поэтов, чиновников, приближенных императора, а как в древности жил простой народ, знаем плохо. Точно известно, что у людей богатых это все принимало гомерические формы — количество наложниц могло исчисляться даже не сотнями, а тысячами. И даже обслуживающего персонала — евнухов — могло быть столько, что они создавали при дворе влиятельные партии.

Что же касается народа, то, конечно, простые китайцы эротологических трактатов не читали. Но китайское общество в некотором смысле было очень демократично, там существовала отлаженная система социальных лифтов, и это позволяло культурной информации циркулировать между разными слоями населения. В итоге и верхи, и низы общества исповедовали примерно одни и те же ценности. Поэтому можно предположить, что базовые представления об эротологии имели и простые китайцы.

Перейдем от древности к новому времени. Товарищ Мао практиковал что-то подобное?

Он был очень интересной личностью. С одной стороны, Мао Цзэдун — пламенный революционер, впитавший тезисы большевистской культуры, с другой — сознательный традиционалист. Он писал стихи в классической китайской манере, хорошо знал китайские исторические тексты, занимался каллиграфией. Конечно, он был знаком с эротологическими трактатами. И то, что известно о жизни Мао, например, из мемуаров его врача, свидетельствует о том, что теорию он не отрывал от практики. Даже в тяжелых полевых условиях он всегда был окружен девушками. Это, кстати, очень показательно: для европейцев война, походы — это такие трудности, во время которых не до женщин, потому что физически сил на них не хватает. А для китайца, наоборот, в таких условиях женщины особенно нужны — чтобы подпитываться от них энергией. В конце жизни товарищ Мао буквально обкладывался девушками: они делали ему массаж, способствовали возбуждению витальной энергии.

Это что касается самого Великого кормчего. А общество под его руководством насколько было сексуально раскрепощено?

Народные массы в принципе склонны действовать не по науке, а по инстинкту. В России, кстати, после революции, вплоть до конца 1920-х, сексуальные нравы были очень свободные. Но потом наступила эпоха страшного пуризма. Власти решили, что народ должен тратить силы на построение коммунизма, а не растрачивать их в спальнях. То же самое произошло и в КНР при Мао. Для народа гайки закрутили, а себя власти ни в чем не ограничивали и действовали как знатоки и ценители сексуальных практик.

Сегодня, когда в китайском обществе идут реформы и оно становится более открытым, тема секса табуирована?

Безусловно, сейчас ситуация меняется. Сексуальная тема называется «желтой». Например, борьбу с порнографией называют «выметанием желтого». Но не очень понятно: сексуальная раскрепощенность сегодня — это следствие возвращения китайцев к своей традиционной культуре или же результат глобализации и привнесения западных ценностей? Возможно, имеет место и то, и другое.

Надо сказать, что поскольку для многих китайцев запреты и ограничения ассоциируются с суровым коммунистическим прошлым, то движение к свободе, как на Западе, ассоциируется с сексуальной раскрепощенностью.

Что касается эротологии, то запреты снимались буквально на моих глазах. Еще в начале 1990-х соответствующие трактаты в КНР просто не издавались. Потом их начали печатать с купюрами, а несколько лет назад все запреты были окончательно сняты. Сейчас в Китае даже есть музеи, посвященные традиционной эротике.

С порнографией в Китае борются, а с традиционной эротикой нет?

Традиционная китайская эротическая живопись содержательно похожа на порнографию. Но человеческие тела изображаются настолько нереалистично, что как порнография такие картины не воспринимаются.

Учитывая гендерный дисбаланс, нехватку женщин, как китайские мужчины реализуют сексуальные желания? Есть в Китае проституция?

Есть. В основном она сосредоточена в массажных салонах и парикмахерских. Именно там оказывают сексуальные услуги.

А что здесь специфически китайского? Проститутки работают в массажных салонах по всему миру…

Это потому что потребности у людей везде одинаковые. «Общечеловеческие ценности», так сказать. Удобно же разные связанные с телом процедуры объединять в одном месте. В русской культуре таким местом традиционно была баня. Но китайская специфика заключается в том, что массаж в культуре играет иную роль. Это не экзотическое удовольствие. Простые люди в Китае по пути с работы заходят в салоны ради оздоровительного массажа, чтобы снять усталость. То есть в китайской культуре массаж — это средство восстановить силы. Как и секс, о чем мы уже поговорили.

подписатьсяОбсудить
French gendarmes stop migrants at a check point in a muddy field at a camp of makeshift shelters for migrants and asylum-seekers from Iraq, Kurdistan, Iran and Syria, called the Grande Synthe jungle, near Dunkirk, France, January 27, 2016. «Нельзя разделять проблемы миграции и терроризма»
Французский эксперт о том, почему Европе не удается противостоять экстремистам
Триумф старости
Что общего у Brexit и выборов президента США
Казни сирийские
Участники войны в Сирии соревнуются друг с другом в изощренности пыток
Police at the scene of a security operation in the Brussels suburb of Molenbeek in Brussels, Belgium, March 18, 2016. Единое пространство недоверия
Почему европейские спецслужбы не могут вместе бороться с терроризмом
Метры у метро
Московские новостройки, рядом с которыми скоро откроют станции подземки
Тиснули на славу
Как выглядит первое в мире здание, напечатанное на 3D-принтере
Вот это номер!
«Тайный арендатор» в многофункциональном комплексе «Ханой-Москва»
Жить стало веселее
Новая редакция «сталинского рая» на ВДНХ
Любовь по залету
Аэропорты мира, которые не захочется посещать добровольно
Rolling Acres Огайо, СШАЗакрыто навсегда
Как выглядят торговые центры-«призраки», потерявшие покупателей