На парусах реформ

Как Крымская война помогла модернизировать экономику России

Изображение: Иван Айвазовский. «Русская эскадра на севастопольском рейде»

Величественное полотно Ивана Айвазовского «Русская эскадра на Севастопольском рейде», написанное в 1846 году, показывает мощь русского Черноморского флота. К тому времени русские моряки добились множества побед. Увы, не прошло и 10 лет, когда в ходе Крымской войны изображенные на картине корабли были затоплены, чтобы не позволить англо-франко-турецкому флоту войти в Севастопольскую бухту. Крымская война стала крупным разочарованием для России и одновременно — стимулом идти вперед и развиваться.

Поражение в войне не привело к катастрофе — территориальные потери были минимальными. Скорее, итог для государства был обидным и унизительным — ведь еще недавно Российская империя считалась сильнейшей державой Европы, сыгравшей решающую роль в разгроме Наполеона. Этот болезненный щелчок по носу и вынудил власти принимать меры для развития страны, которая рисковала безнадежно отстать.

В результате войны была расшатана крепкая прежде финансовая система России, выстроенная графом Егором Канкриным. Долгий период бездефицитного бюджета и твердой валюты завершился, так как колоссальные средства на ведение боевых действий приходилось изыскивать при помощи кредитов (как за рубежом, так и внутри страны) и активной эмиссии. К 1856 году долги, набранные во время Крымской войны, достигли 533 миллионов рублей. Совокупная же сумма госдолга к тому времени выросла до полутора миллиарда рублей серебром. Дефицит и инфляция стали хроническими, и исправить ситуацию удалось лишь в самом конце века благодаря монетарной реформе Сергея Витте, вернувшего твердый рубль.

В ходе войны в экономику Российской империи была впрыснута огромная сумма денег, в основном осевшая на счетах частных лиц, многие из которых занимались поставками для армии. Два с лишним военных года привели к накоплению небывалых состояний. Одновременно правительство сделало послабления на финансовом рынке. В результате в стране начался беспрецедентный в истории биржевой ажиотаж, прозванный «учредительским бумом».

Пожалуй, никогда до или после в истории России — быть может, за исключением 90-х годов XX века — страна не сталкивалась с таким капиталистическим энтузиазмом. Акционерные общества во всех сферах деятельности росли как грибы после дождя.

Как писал экономист Владимир Безобразов, «наступил 1857 год, который всем открыл глаза... Это был год, когда не было той скорбной головы, которая не попыталась бы хоть слегка поковырять в недрах русской земли, добродушно смешивая последнюю с русской казною. Всех русских быков предполагалось посолить и в соленом виде отправить за границу. Все русские болота представлялось необходимым разработать, и извлеченные из торфа продукты отправить за границу... Хмель, лен, пенька, сало, кожи — на все завистливым оком взглянули домашние ловкачи-реформаторы и из всего изъявляли твердое намерение выжать сок до последней капли... Одним словом, русский гений воспрянул».

На рынке в результате надулся классический финансовый пузырь, который лопнул через некоторое время после начала мирового кризиса 1857 года. Русский экспорт начал падать и стало понятно, что ожидаемых прибылей новоиспеченным капиталистам не видать. Притока иностранных инвестиций также не произошло. В 1859 году финансовый кризис разразился уже в самой России, обрушив котировки ценных бумаг зачастую до нуля.

Последствия этого первого в истории страны экономического кризиса стали долгосрочными. Российское правительство с тех пор десятилетиями проводило консервативную финансовую политику, направленную на обеспечение исключительно бюджетной стабильности. Это не соответствовало интересам «догоняющей» экономики страны.

В то же время «учредительный бум» дал серьезный толчок российской промышленности. Многие предприятия, созданные в те годы, выжили и продолжили развиваться. Переход архаичной аграрной страны к капитализму стал необратимым.

Война, помимо всего прочего, показала отсталость России в части развития путей сообщения. Дороги и речная система попросту не справились с нагрузкой по снабжению огромной воинской группировки в Крыму и на Кавказе. Железные дороги — суперхайтек тогдашних времен — строились крайне медленно. Не в последнюю очередь виноват в этом был сам царь Николай I, считавший, что стратегический железнодорожный транспорт должен развиваться исключительно за счет государственных инвестиций.

Александр II поменял подход радикально, пустив частных инвесторов на рынок (доходы от железнодорожных облигаций, впрочем, еще долгое время гарантировались государством). С конца 50-х годов в России начинается настоящий железнодорожный бум.

«Главное общество железных дорог», в которое вошли представители ведущих банков Великобритании, Франции, Германии, а также российские предприниматели, довольно быстро соединили Петербург, Варшаву, Москву и Нижний Новгород в единую сеть. В 1869 году она достигла Ростова-на-Дону, а спустя еще год — Одессы. Так север и юг страны окончательно стали единым экономическим пространством.

Львиная доля железнодорожной сети, которой мы пользуемся и по сей день, была создана в полувековой промежуток по окончании Крымской войны. К 1891 году протяженность железных дорог в России достигла 27 тысяч километров, к 1900-му — 44 тысячи, а к 1917-му превысила 70 тысяч. По этому показателю Россия уже в начале XX века вышла на второе место в мире после США. Быстрое развитие в железнодорожном секторе резко повысило внутренний и внешний товарооборот, обеспечило многократно большую мобильность населения и создало фундамент для развития всей промышленности Империи.

Наконец, главное изменение в жизни страны, произошедшее после Крымской войны, — отмена крепостного права. И здесь военная неудача сыграла далеко не последнюю роль. И политически, и экономически страна была готова к этой реформе еще к началу 40-х годов. С экономической точки зрения крепостное право замедляло развитие страны: оно мешало свободному перемещению рабочей силы, более эффективной эксплуатации земельных ресурсов и сокращало инвестиции, так как землевладельцы не были заинтересованы в том, чтобы развивать своих хозяйства, а полученные за счет крепостного труда средства в основном тратили на престижное потребление. Государство это неэффективное хозяйствование субсидировало, выдавая кредиты помещикам под льготный процент. Десятки тысяч помещичьих хозяйств в результате находились в залоге у правительства, что давало ему дополнительный рычаг воздействия на дворян.

Политически же дворянство потеряло свою монополию на власть во многом за счет укрепления бюрократического аппарата при Николае I. Да и доля либерально настроенных дворян, которые были согласны с необходимостью отмены крепостного права, росла постоянно. Таким образом, лишь опасения перемен со стороны центральной власти сдерживали жизненно важную для миллионов людей и страны в целом реформу.

Крымская война — и не столько даже поражение в ней, сколько колоссальное напряжение усилий, произведенное Россией, — показала молодому царю Александру II, что «так жить нельзя». Вскоре после ее окончания император созвал комиссию, которая была призвана решить перезревший крестьянский вопрос. И уже в 1861 году крепостное право было ликвидировано. Правда, реформа оказалась слишком компромиссной и половинчатой. Крестьяне были вынуждены десятилетиями отдавать заработанные средства в виде выкупных платежей за землю в объеме, превышавшем ее рыночную стоимость. Кроме того, государством была сохранена передельная община, препятствовавшая развитию сельского хозяйства. Лишь новая проигранная война — Русско-японская (1904-1905) — и последовавшая прямо за ней революция вынудили правительство отменить наконец выкупные платежи и приступить к ликвидации общины.

Культура00:0211 сентября

«Это результат цензуры, больше ничего»

Главный российский художник научился выживать при тоталитаризме. Но уехал в США
23:2818 сентября