Новости партнеров

Крест над полем боя

Почему сотрудникам Красного Креста приходится быть искусными дипломатами

Фото: Yannis Behrakis / Reuters

На прошлой неделе президент Международного комитета Красного Креста (МККК) Петер Маурер встретился в Москве с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым. Сотрудники МККК заслуженно считаются крайне эффективными переговорщиками. Им удается находить общий язык с враждующими сторонами, даже когда в конфликт вовлечены вроде бы недоговороспособные силы. Тем не менее Красный Крест часто критикуют. В чем основные гуманитарные проблемы современных боевых действий и гибридных войн — разбиралась «Лента.ру».

Комитет пяти

Международный комитет Красного Креста основан в 1863 году. За четыре года до этого швейцарский предприниматель Анри Дюнан отправился в Италию, чтобы встретиться с французским императором Наполеоном III и обсудить трудности ведения бизнеса в оккупированном Францией Алжире. Во время поездки он стал невольным свидетелем битвы при Сольферино — одного из эпизодов франко-австрийской войны.

Его ошеломило отсутствие какой бы то ни было системы медицинской помощи раненым солдатам. Забыв о намерении поговорить с французским монархом, Дюнан несколько дней пытался помочь пострадавшим, привлекая к этому местное население. Потом он написал книгу «Воспоминание о битве у Сольферино», где поднял проблему жертв войны.

В 1863-м, уже в Женеве, Дюнан и еще четверо его сподвижников создали «Комитет пяти» при благотворительной организации «Женевское общество благоденствия».

На организованной комитетом международной конференции были сформулированы базовые принципы новой организации: формирование национальных филиалов, нейтралитет по отношению к раненым и их защита, опора на труд добровольцев. Также был принят символ: красный крест на белом фоне.

Год спустя была принята первая Женевская конвенция, послужившая основой деятельности организации, а в 1876 году МККК обрел свое нынешнее название.

Красный Крест прошел Первую и Вторую мировые войны, а также множество локальных конфликтов, сохраняя верность своим принципам, в том числе жесткому нейтралитету. Иногда это вызывало серьезные вопросы: например, в 1942 году в МККК знали о планах нацистов по уничтожению евреев, однако не стали их разглашать, опасаясь лишиться доступа к узникам немецких лагерей.

В наше время в Тель-Авиве МККК обвиняют в сотрудничестве с «Хамас», а палестинцы считают, что Красный Крест «потворствует военным преступлениям Израиля».

В отличие от правозащитников из организаций «Врачи без границ» или Amnesty International, сотрудники МККК предпочитают не бороться с нарушениями прав человека, а сосредоточиваться на своей главной миссии — помощи пострадавшим.

Заслуги организации были трижды отмечены Нобелевской премией мира — в 1917, 1944 и 1963 годах.

Крест наших дней

«14 500 наших сотрудников более чем в 80 странах помогают людям, пострадавшим в результате вооруженных конфликтов и насилия», — гласит подпись к карте на сайте МККК, где можно оценить глобальный масштаб деятельности организации и узнать, как помочь нуждающимся и облегчить их участь. Комитет продолжает играть активную роль практически в каждом вооруженном конфликте мира: на Украине, в Сирии, Мали, Колумбии и многих других.

Москва Красный Крест всячески поддерживает. Так, министр иностранных дел России Сергей Лавров после встречи с президентом Красного Креста Петером Маурером отметил: «В последнее время мы особенно интенсивно взаимодействуем по гуманитарным аспектам кризиса в Сирии, ситуации на юго-востоке Украины. Мы очень ценим беспристрастный, добросовестный, деполитизированный характер деятельности МККК».

Сам Маурер на организованной клубом «Валдай» конференции «Гуманизм под ударом: есть ли правила у "гибридной" войны?» подчеркнул, что успех комитету обеспечивает неукоснительное следование давно утвержденным принципам: работать максимально открыто, рассказывать всем сторонам о месте проживания мирных жителей, выступать своего рода информационным посредником, позволяя противникам, например, обмениваться списками пленных.

Маурер также сообщил о проблемах, с которыми сталкивается МККК в зонах современных конфликтов. По его словам, в наши дни в любую войну вовлечено множество акторов — например, чтобы договориться об установлении перемирия в сирийском городе Алеппо, Красному Кресту пришлось выходить на связь с представителями 32 группировок.

«Я просто восхищаюсь деятельностью Красного Креста! Его работа по установлению доверия — это просто мастер-класс по дипломатии: как добиться прогресса там, где его просто невозможно добиться по определению», — говорит научный директор клуба «Валдай» Федор Лукьянов.

Маурер также отметил, что сегодняшние конфликты большей частью разворачиваются в бедных странах с крайне низким уровнем развития инфраструктуры, общественных и экономических институтов. А поскольку оружие там используется вполне современное, урон наносится огромный и последствия конфликтов еще очень долго дают о себе знать. «Если разбомбить больницу, где обслуживаются 100, 150, 200 тысяч человек, люди погибнут не столько от самого авиаудара, а оттого, что нельзя поставить диализ, оттого, что лекарства негде достать. Такова новая реальность», — пояснил Маурер.

По его словам, участники конфликтов осознают данную проблему. Но ситуацию это не спасает, поскольку слишком велико недоверие между противоборствующими сторонами: «Я встречался с военачальниками сил сирийской оппозиции, и они говорят: "Да, мы знаем о конвенциях, и рады бы их соблюдать, но делать это будем только тогда, когда противник тоже начнет их уважать". А командиры правительственных сил говорят то же самое!»

Лукьянов обозначил еще один важный аспект: в наше время понятие гуманитарного права — обеспечением которого и занимается МККК — тесно связано с защитой прав человека. «Проблема гуманитарных организаций в том, что они занимаются другим (например, Красный Крест исключительно помогает жертвам конфликта), однако правительства, особенно находящиеся под давлением, подозревают, что за гуманитарной акцией последует силовая», — отметил он.

Несмотря на все успехи Красного Креста, мирные жители продолжают гибнуть, а соблюдение обычаев ведения войны пока все-таки больше исключение, чем правило. Выход из этой ситуации, по словам Маурера, — в налаживании полноценного диалога по гуманитарно-правовым вопросам между всеми подписантами Женевских конвенций.

«Мы совместно с швейцарским правительством начали работу по созданию общей площадки, где все подписанты Женевской конвенции смогут проводить регулярные встречи и делиться опытом решения проблем в сфере гуманитарного права, вырабатывать его общее понимание, общую интерпретацию», — сообщил глава МККК, отметив, что в конечном счете решение этих проблем все же ложится на плечи государств, а не международных организаций.

Эти усилия придутся как никогда кстати: множество локальных очагов нестабильности создали глобальную по своим масштабам проблему: по данным Верховного управления ООН по делам беженцев, насильно переселенных людей в мире сегодня столько, сколько не было со времен окончания чудовищной по своим последствиям Второй мировой войны — более 65 миллионов человек, в том числе более 21 миллиона беженцев.

Мир00:0221 августа

Завтра война

Они утопили Корею в крови на деньги американцев. Такова цена демократии
Мир00:02 2 августа

Черная заря

Самая страшная война современности продолжается до сих пор. О ней все забыли