Не болтай! Как абсолютная цензура спасла Данию от двух мировых войн

Фото: Post & Tele Museum, Copenhagen

В условиях Первой мировой войны телекоммуникационная система Дании переживала настоящий бум. По телеграфным кабелям нейтральной и стратегически удобно расположенной страны проходила информация из России, Британии, северной Скандинавии и Европы в целом. Кроме того, начало войны оказало положительный эффект на скандинавскую телефонию, особенно на прокладку трансграничных линий в Норвегию. Однако Дания была нейтральным государством, и, став телекоммуникационным узлом Европы, в целях поддержания нейтралитета, ей пришлось ввести цензуру. В своей статье, опубликованной в журнале History and Technology, историк Андреас Марклунд рассказывает, как работала эта система контроля за распространением информации и о том, почему она не была отменена в послевоенное время.

Никому не говори

1 августа 1914 года Германия, южный сосед Дании, объявила войну России. После этого на телеграфные станции в Орхусе и Фредерисии была направлена конфиденциальная служебная телеграмма, предписывающая прекратить пересылку за границу сообщений, содержащих «сенсационные или ложные данные о положении в стране или настроениях общества». На следующий день такой указ направили на все телеграфные станции Дании, с дополнением об отказе в отправке зашифрованных сообщений.

Сохранение нейтралитета было важным вопросом для всех скандинавских стран, имевших торговые интересы как в Германии, так и в Великобритании. Однако именно перед Данией эта проблема стояла наиболее остро из-за общей немецко-датской границы. Пятьдесят лет назад она проиграла Германии Вторую Шлезвигскую войну, и чрезвычайно дорожила мирным соглашением. Поэтому нейтралитет Дании был не таким уж и нейтральным — ей приходилось, прежде всего, учитывать немецкие интересы.

Немецкие солдаты с полевым телефоном в 1915 году

Немецкие солдаты с полевым телефоном в 1915 году

Фото: Topical Press Agency / Getty Images

Систему цензуры создавали в спешке, и потому она не отличалась продуманностью и не имела общего центра. Профессиональных цензоров как таковых не было, и мониторингом корреспонденции занимались клерки и операторы на местах. В течение первых полутора лет войны цензура была неформальной практикой. Власти не делали никаких публичных заявлений, а операторы должны были не вдаваться в детали процедуры в разговорах с клиентами.

Лишь 16 декабря 1915 года о введении цензуры было объявлено официально. В тот же день от главы государственного телеграфного агентства в Копенгагене потребовали назначить одного из сотрудников на должность цензора. Впрочем, это не сильно изменило ситуацию — конкретные решения все равно принимали операторы и управляющие на местах.

Телеграф и телефон

Телеграф являлся лишь одной из проблем Дании, страны, где распространение телефонии шло семимильными шагами. Первые телефонные линии были проложены через датско-немецкую границу еще в 1893 году, а война дала дополнительный толчок развитию сети.

Несмотря на то, что 31 июля 1914 года телефонное сообщение с Германией было прекращено, линии, идущие в Швецию и Норвегию не только продолжали использоваться, но и объем звонков, осуществляемых с помощью них, рос. К лету 1916 года датские власти стали рассматривать телефонию как угрозу национальной безопасности и возможность обойти цензуру на телеграфе.

Главный телеграф Копенгагена в 1917 году

Главный телеграф Копенгагена в 1917 году

Фото: Post & Tele Museum, Copenhagen

Несмотря на это, директор телеграфного агентства страны Николас Мейер выступал против цензурирования телефона. По его мнению, такая практика бы потребовала усилий как минимум 25 сотрудников, новых технических мощностей и расширения рабочего пространства. Но, прежде всего, он опасался, что система будет просто неэффективной, в силу характера телефонных переговоров как такового — в большинстве случаев цензор просто не успеет подключиться к линии в нужный момент разговора и уловить его суть.

Что же делать? Очевидным выходом было просто обрубить оставшиеся линии связи со скандинавскими странами, но Мейер отверг эту возможность как «очень нежелательную». Он предлагал другое решение: просто перестать информировать граждан, передающих сообщения по телеграфу, о том, передана ли их телеграмма. По его информации журналисты и другие информаторы часто прибегали к телефону именно тогда, когда им прямо говорили о том, что их сообщение не прошло цензуру. Ему удалось убедить власти в том, что этот метод будет работать, в результате чего 1 сентября 1916 года сотрудникам телеграфа было предписано не сообщать клиентам об отказе в обслуживании или удалении конкретных фраз из их телеграмм.

Трехстороннее соглашение

1 ноября 1916 года Министерство иностранных дел Дании взяло телеграфную цензуру в свои руки. Оно отстранило от дел цензоров Телеграфного агентства, и, таким образом, оно перестало быть посредником между ними и государством. Новое бюро состояло из четырех человек, у которых не было связей с администрацией агентства — это были бывшие журналисты и сотрудники Министерства иностранных дел, которые отчитывались перед министром. Возглявлял его Маринус Иде, дипломат, ранее работавший в датском посольстве в Лондоне.

Одним из нововведений, которые он предложил, стал «черный список» корреспондентов, которые успели навредить интересам страны, передавая очерняющие Данию данные или противоречивую информацию, «известных шпионов и подозреваемых по иным причинам». Телеграммы, которые пытались выслать эти люди, подвергались особо тщательному изучению. В основном, в него попадали немцы и русские.

Другим нововведением Иде стало трехстороннее соглашение между Данией, Норвегией и Швецией, направленное на предотвращение утечек нежелательной информации через средства связи. В него, помимо прочего, наконец было включено положение о цензурировании телефонных разговоров. Властям скандинавских стран было предоставлено право прекращать международное соединение, в случае передачи с помощью него информации, которую не приняли на телеграфе.

Однако 25 цензоров никто нанимать не стал, и задача прослушивания разговоров легла на плечи обычных операторов связи. Прямой статистики, насколько часто телефоны прослушивались нет, однако в газетах сохранились свидетельства о том, что иногда международные линии отключались на день и больше в целях предотвращения утечки важных данных.

Новые угрозы

В апреле-мае 1917 года были введены новые правила цензуры телефонных переговоров — с этой поры их разрешалось вести только на трех языках: датском, шведском и норвежском. Если это требование не выполнялось, абонента отключали. Такие меры были введены из-за опасений относительно иностранных агентов и шпионов. Дело в том, что в тот момент Германия возобновила практику потопления торговых кораблей с помощью подводных лодок, и скандинавские страны потеряли в результате ее применения более тысячи судов. Отправление телеграмм, в которых упоминались дата отправления, маршрут, состав груза и направление конвоев, было запрещено законом в Норвегии и Дании, а использование иностранных языков не позволяло операторам понять суть разговора.

Однако не только это беспокоило цензоров скандинавских стран. Одной из причин для беспокойства было применение новой технологии беспроводного телеграфа. Если говорить о Дании, тот тут использование беспроводной связи было запрещено с самого начала войны. Небольшое количество существующих радиопередатчиков было в лаборатории Lyngby Radio, взятой под государственный контроль. Но в Норвегии использование беспроводной связи не было так жестко ограничено, и датские цензоры опасались, что именно оттуда немцы могут посылать информацию о торговых кораблях своему флоту.

Король Швеции Густав V

Король Швеции Густав V

Фото: Public Domain / Wikimedia

Но еще большую опасность представляли сами немцы. В своем отчете для Министерства иностранных дел Иде сообщал, что шпионы кайзера чрезвычайно изобретательны. По сведениям датских спецслужб, Германия сумела изготовить карманные передатчики, которые можно было использовать для передачи секретных сообщений рыскающим в прибрежной зоне немецким подводным лодкам.

Конечно, такие сигналы в то время перехватить было практически невозможно, но, согласно отчетам, система цензуры телеграфа и телефона давала свои плоды, заставляя иностранных агентов изобретать новые пути передачи секретных данных.

Viva la Revolucion!

Запрет общения на нескандинавских языках был снят в декабре 1918 года, примерно через шесть недель после начала перемирия. Это решение было принято властями Норвегии, Дании и Швеции. В целом же соглашение о цензуре, заключенное между странами продержалась до 1 марта 1919. Однако после этого было введено новое положение, предусматривающее ограничение передачи информации и тщательную ее прослушку по телефонной линии между Копенгагеном и Берлином. Операторам предписывалось разрывать соединение, если в разговоре идет речь о чем-либо, кроме последних новостей.

Но эти правила действовали всего пять недель. Бюро цензуры Иде было закрыто 24 февраля 1919 года. Это, впрочем, не означало, что контроль над телеграфом прекратился полностью, просто полномочия были снова переданы Телеграфному агентству. Послевоенные правила были просты: «все телеграммы, которые операторы сочтут сомнительными или вредными, следует направлять для изучения в Министерство иностранных дел».

Режим надзора над передачей информации, введенный в 1914 году, эволюционировал и так и не был в полной мере отменен в послевоенное время. Основной причиной тому стала новая угроза: революционная пропаганда, распространявшаяся из Советской России.

Лента добра деактивирована.
Добро пожаловать в реальный мир.
Бонусы за ваши реакции на Lenta.ru
Как это работает?
Читайте
Погружайтесь в увлекательные статьи, новости и материалы на Lenta.ru
Оценивайте
Выражайте свои эмоции к материалам с помощью реакций
Получайте бонусы
Накапливайте их и обменивайте на скидки до 99%
Узнать больше