Не «Приорой» единой

Чем по праву может гордиться Дагестан

Кубачи
Кубачи
Фото: Дмитрий Пантюхин

Стоит принять как аксиому: Дагестан — это всегда крайности. Только что ты был голоден — а теперь не можешь пошевелиться от обжорства. Только что тебе казалось, что глазу не за что зацепиться, — и вот уже у тебя рябит в глазах. Только что ты был одинок — а через пару секунд тебя зазвали в совершенно незнакомый дом, где налили чай, нарезали чуду, расспросили обо всем на свете и предложили вздремнуть — переждать жару. Бороться с этим невозможно, да и не нужно. Главное — не забывать о своей дороге и, как посоветовала корреспонденту «Ленты.ру», объясняя дорогу, жительница знаменитого дагестанского аула Кубачи (о котором позже), «туда-сюда не валяться», то есть топать прямо.

Куда прямо? Тут уж решать каждому самостоятельно. Но обычно, приземлившись в Махачкале, турист, если ему интересно хоть что-то, кроме «пожрать», отправляется первым делом в Дербент.

Город вне времени

Дербент — город… ну да, все тех же противоположностей, из-за чего сформулировать свое отношение к нему крайне сложно. Здесь все экспромт и случай. Махачкалинцы завистливо рассказывают, что именно в Дербенте и есть настоящая свобода: мол, в столице стало слишком много поборников мусульманской нравственности, а тут девушка может и сарафан чуть покороче надеть, и глазки чуть поярче подкрасить. Но не все так просто. «Слушай, брат, ты мусульманин? — с ходу задает мне вопрос у входа на дербентский базар мужчина лет пятидесяти. — Нет? Тогда скажи: при какой температуре закипает вода? При ста? Спасибо! А то у кого тут ни спрошу, все говорят "При какой угодно Аллаху". А мне для дела нужно».

В прошлом году Дербенту, считающемуся самым старым городом на территории России, исполнилось 2000 лет. В этом возрасте каждый имеет право на странности, не правда ли? Вот Дербент и развлекается в меру своих возможностей и сил. Здесь есть площадь Свободы, но первое, что бросается на ней в глаза, — это памятник Ленину и вендиспансер. Здесь есть старинная крепость Нарын-Кала, но в соответствии со странным представлением местных властей о прекрасном в ней разбили городской парк с абсолютно не вяжущимися с каменной кладкой «кружевными» фонарями. Здесь жуткие такси и прекрасные таксисты. И — вот хук слева! — азербайджанские блюда тут готовят куда вкуснее дагестанских (даже в лучшем дербентском ресторане «Оазис» главное дагестанское блюдо хинкал — дрянь), чему, впрочем, есть объяснение: именно азербайджанцы и составляют основное население Дербента.

Всего этого, кажется, никогда не изменить. Перемены, будем честны, вообще Дербенту совершенно не к лицу. Кажется, что лучше бы его не трогали вовсе. Однако же, справедливости ради, появляется тут и хорошее. Вот, скажем, благодаря «Урбанфесту», проведенному благотворительным фондом Зиявудина Магомедова «Пери», в конце июля в городе появилось четыре арт-объекта, весьма симпатичных (и, в отличие от плохого хинкала и не-пришей-кобыле-хвост фонарей, действительно нужных).

Появились они, надо сказать, не просто так, а в результате исследования, целью которого было выяснить, какие места более всего любят дербентцы и туристы, какие городские маршруты наиболее популярны, чего здесь не хватает и чего вообще хотят от своего города местные жители.

В итоге приглашенные фондом «Пери» архитекторы за пятнадцать дней спроектировали для Дербента: детскую площадку (ее построили в 8-м магале — одном из кварталов старого города, где детям играть было действительно совершенно негде); расписанную в стилистике табасаранских ковров автобусную остановку, в тени которой теперь можно любоваться на крепость Нарын-Кала; облагородили беседками пляжную зону и украсили разноцветными кубиками площадь Свободы.

Местные жители, впрочем, в стороне не остались. «Мы тут все архитекторам помогаем, потому что они-то уедут, а площадка для наших детей останется, — говорит абориген магала Назим. — Одна семья только ворчит: мол, от того, что малышня тут играть будет, шум пойдет, но мы на них внимания не обращаем. Мало ли дураков!»

Но тут Назим, конечно погорячился: дураков в Дербенте — по крайней мере, на первый взгляд — не так уж много. Недаром же в последний день «Урбанфеста» открывшимся арт-объектам радовались все. А тем, кто сомневался в своих чувствах, быстренько провели ликбез.

Ликбез, к слову, вам в Дербенте с удовольствием проведут везде. Но если вы турист, послушать его особенно интересно не только здесь, но и в аулах, до которых из города можно добраться буквально за два-три часа, потому что именно тут и можно понять, каков он — настоящий Дагестан. И тут, конечно, первым делом стоит отправиться в Кубачи.

Мир, в котором нет адресов

Хотите в Кубачи? Тогда собирайтесь быстрее! Нет, аул этот, безусловно, никуда не денется и месяца через три-четыре, но кайф будет уже совсем не тот, потому что… Скажу по секрету: самое интересное в Кубачи — это не ювелирка, изготовлением которой он славится, а свадьбы, очередной сезон которых закончится в октябре.

Но лучше обо всем по порядку.

От Дербента до Кубачи можно добраться на маршрутке часа за полтора. Приготовьтесь: дорога эта не из легких, особенно заключительный отрезок пути, где вас стопроцентно как следует растрясет. Но оно того стоит.

Кубачи потрясает воображение любого. Здесь весь камень, все облака, все дома-террасы и все — синий цвет. Здесь кажется, что времени не существует, а есть лишь туман, спускающийся с гор, укутывающий, обволакивающий, белоснежный, словно каз — традиционный белый женский платок, которым украшены головы практически всех кубачинок.

Гостиниц здесь нет, но будьте уверены, что если захотите переночевать, место всегда найдется: например, в доме у бывшего главы поселения Расула Куртаева. Здесь же вас и покормят (жена Расула готовит дивные курзе — дагестанский аналог пельменей и сырные чуду).

Кубачи, особенно старый, — это лабиринт проходов и проходиков, щелок и щелей, троп и тропинок, лазов и лазеек, огибающих дома, прилепленные друг к другу, вырастающие один из другого и один другой поглощающие. Это нити, ведущие под и над, с краю и по центру, вверх и вниз. И ни у чего, абсолютно ни у чего этого нет имен. Адрес? Ну-ну, размечтались!

Имена и адреса привязывают и приземляют, Кубачи же гордо парит в облаках, подобно потрепанной временем, но все еще прекрасной таинственной Синей птице. (По одной из легенд, тот самый знаменитый синий, покрывающий здесь не только небо, но и стены, лестницы и двери, достался кубачинцам от зороастрийцев, у которых, в свою очередь, символизировал мировую гармонию).

Захочешь узнать, как добраться до нужного тебе места, — максимум, что услышишь от очередной красавицы в казе: «Иди прямо, туда-сюда не валяйся!»

И ты идешь и не валяешься. Однако вместо одной мечети оказываешься вдруг совсем у другой — о которой даже из местных почти никто не знает. И кто-то бежит за ключом, которым оказывается обычный рашпиль. И ты заходишь внутрь, немедленно попадая в иное измерение, где в приличных размеров молельной комнате нет одной из стен, и это словно портал, взлетная полоса, возможность для полного вдоха. Где петляющие ходы уводят вглубь, вниз, вбок, Аллах один знает куда. Где в огромных сундуках — кем-то собранные орехи, на каменном полу — кем-то высеченный узор, на полках — кем-то слепленные кувшины.

Все это — лучшая практика для понимания собственной быстротечности и ненужности условностей. Просто стой себе, как гора, теки, как река, лети, как Кубачи, а все прочее — лишь мелочь и шелуха, как вон те истлевшие орехи в старых сундуках.

Отвлекаться? Да зачем! Если только на то, чтобы поесть. Где это сделать, если вы не в гостях? Ну, во-первых, в единственном на все село кафе, где можно купить горячие и очень вкусные чуду и курзе. Или — я же предупреждал, предупреждал! — на свадьбе. Свадьбы тут играют широко: каждую — дня по три на улицах, площадях и во дворах. Бредешь мимо — заходи. Главное — будь осторожен, ибо опасностей тут аж две. Первая — алкоголь. Кубачинцы уверяют: благодаря местному климату пить здесь можно сколько душе угодно без всякого вреда для здоровья. Но это не так. Это совсем не так! По крайней мере для человека, не привыкшего к местной высоте и давлению. Вторая же опасность — это пальтары: все, что осталось от существовавшего в Кубачи до начала XX века закрытого мужского общества, объединяющего всех холостых мужчин села. Одетые в старинные кольчуги и старинные же войлочные маски, пальтары, вбежав на свадьбу шумною толпою, могут кого-то слегка толкнуть, а кого-то не слегка стегануть плеткой. Но обижаться на них не стоит — такова традиция.

Еще одна традиция, на этот раз туристическая — покупать в Кубачи ювелирные украшения. Магазинов вы тут не найдете, но стоит лишь спросить у первого встречного — и вас заведут в дом, где наверняка есть мастерская, в которой делают кольца, браслеты и серьги хозяин и его дети-подростки.

Если же вас не интересует ни веселье, ни покупки, просто идите в старое село. Там все — история. Но лучше так: разведя на склоне горы небольшой костерок, сделать чай с только что собранным чабрецом и, попивая его, смотреть на облака, укутывающие сторожевую башню, старинные дома и их обитателей. И самому укутаться этими облаками, слушая тишину, смешанную с доносящимся издалека звуком зурны, выводящей звонкие мелодии.

Обсудить
Ростов в огне: в городе горят десятки домов
Крупнейший пожар последних лет глазами горожан
Тайсон с Матвеевской
Агрессивный москвич отомстил дворнику за жену, выбив зубы и откусив ухо
«Из двух детей один обязательно заболеет»
Стоит ли удалять органы у новорожденных, чтобы уберечь их от рака
Бесоизвержение
Поп-экзорцист на черном Land Cruiser заставляет православных трястись и кричать
«Технари тусуются у левой колонки»
Полиция кормила посетителей фестиваля бульоном, но кто-то все равно умер
«Объявлен окончательный коммунизм»
2 важные старые книги: выбор Валентина Курбатова
«Изображать тупого иностранца и вести себя как дома»
Секрет датского счастья, или как выжить в Скандинавии: версия Майкла Бута
«После фон Триера не найти такие же рискованные роли»
Шарлотта Генсбур о «Призраках Исмаэля» и любви к провокационным проектам