На лоха

Как экоорганизации подменяют заботу о природе прибыльным бизнесом

Фото: Misha Japaridze / AP

Текущий 2017 год объявлен в России годом экологии. Борьба за сохранение баланса между природой и человеком — безусловно, важная составляющая современного мира. Однако зачастую методы, которыми она ведется, вызывают резонный вопрос: а кто эти люди, выдающие себя за экологов, и насколько бескорыстны мотивы, заставляющие их совершать порой откровенно незаконные поступки во имя матушки природы? В проблеме разбиралась «Лента.ру».

Экологи бывают разные

Для стороннего наблюдателя все экологи одинаковы. Тем не менее отличий среди них достаточно. Причем здесь сразу необходимо оговориться: «одинокие волки» среди борцов за сохранность природы — скорее исключение, так как нападать стаей на корпорации и государственные организации, как правило, более всего страдающие от действий экологических организаций, — значительно сподручнее и веселее. Но и среди экосообществ однородности нет. Различаются они и по размерам, и по содержанию: есть крупные международные «конгломераты» с огромными бюджетами, небольшие региональные ячейки и даже временные объединения, создающиеся под конкретные проекты. Последние, кстати, не всегда берут на себя труд зарегистрироваться в государственных органах и ведут деятельность на свой страх и риск.

Самые известные международные организации — «Гринпис» (Greenpeace) и Всемирный фонд дикой природы (WWF — World Wide Fund for Nature). Работают они и в России. Их проекты часто попадают в поле зрения средств массовой информации, что выгодно отличает эти две организации от остальной экологической братии. Со стороны они воспринимаются как независимые движения, существующие на пожертвования неравнодушных. Ну, кто не знает добрую панду!

Меньших по размеру внутрироссийских организаций гораздо больше. Многие из них сформировались стихийно для решения какой-то локальной задачи —
как, например, «Движение в защиту Химкинского леса» (нигде не зарегистрированное юридически объединение граждан, выступавшее против строительства автомобильной магистрали Москва — Санкт-Петербург через Химкинский лесопарк).

Существуют, если можно так выразиться, «корпоративные» экологи — организации, созданные крупными промышленными корпорациями или органами государственной власти. Данная категория специалистов к решению экологических проблем, как правило, имеет опосредованное отношение.

Экологи также вполне официально работают в Росприроднадзоре, Минприроды и других ведомствах, так или иначе связанных с защитой окружающей среды. Есть целая прослойка ученых-экологов, преподающих в вузах и занимающихся исследовательской работой. И это уже не говоря о том, что отдельно существуют специалисты по экологии, сотрудничающие с коммерческими организациями и готовящие для них экспертные заключения по тем или иным проектам и, собственно, проводящие необходимую экспертизу.

Зависимая независимость

«Кто девушку ужинает, тот ее и танцует», — утверждает известная пословица. Данное утверждение применимо не только к девушкам. Поэтому источники финансирования — больная тема для любых организаций, особенно если они имеют влияние на общественное мнение, а последствия их деятельности могут сказываться на развитии промышленных и экономических проектов.

В способах финансирования, кстати, скрывается одно из принципиальных отличий между «Гринпис» и WWF. Так, WWF не чурается принимать спонсорскую помощь от коммерческих и правительственных организаций. Например, в России это были гранты «Роснефти», «Лукойла», «Новатэка» и других крупных компаний. В свою очередь, «Гринпис» официально утверждает, что организация работает исключительно за счет частных пожертвований и не сотрудничает ни с крупным бизнесом, ни с какими-либо политическими силами.

До введения нового закона о некоммерческих организациях, получившего в прессе название «об иностранных агентах», в 2013 году многие экологи в России существовали за счет иностранных пожертвований. Крупные гранты поступали от организаций, аффилированных с правительственными структурами США, Великобритании и стран Европейского союза. После введения закона многим экологическим объединениям пришлось отказаться от финансирования из-за рубежа, а некоторым и вовсе прекратить существование.

В этой связи наиболее комфортно себя чувствуют экологические компании, учрежденные крупными корпорациями и существующие на их средства. Их антиподами являются экологи, умудряющиеся обходиться вообще без внешнего финансирования, — все проекты оплачиваются непосредственно членами такого объединения. Хотя масштаб их деятельности, как правило, оставляет желать лучшего.

Волки в овечьей шкуре

Как пишет «Независимая газета», в 2013 году экологическая кампания движения «Стоп-никель», направленная против строительства горно-обогатительного комбината на медно-никелевом месторождении в Воронежской области, завершилась уголовным делом за вымогательство более 20 миллионов рублей. По утверждению издания, именно такую сумму алчные экологи попросили у владелицы месторождения — УГМК за то, чтобы снять блокаду с месторождения и дать возможность геологам продолжить разведку. Двух незадачливых активистов от экологии задержали при передаче денег. Следствие по этому делу до сих пор продолжается.

Аналогичная история произошла в 2015 году в Стерлитамаке: представитель башкирского отделения «Общественного экологического контроля России», угрожая обнародованием негативных для Башкирской содовой компании видеоматериалов, требовал отступные в размере четырех миллионов рублей. Сверхактивного эколога тоже задержали с поличным при передаче взятки. Изъятое у него у видео оказалось фальшивкой. За свою псевдоэкологическую деятельность он был осужден на девять лет строгого режима.

Случаев, когда на вымогательстве взяток ловили активистов «Гринпис» или WWF, обнародовано не было, тем не менее высокопоставленных сотрудников «Гринписа» периодически уличают в конфликте интересов, обвиняя в работе на конкурентов тех компаний, против которых направлены акции организации. В частности, ученые неоднократно критиковали борьбу «Гринпис» с ГМО.

Сопредседатель Общероссийского экологического движения «Зеленый век» Владимир Коптев-Дворников в интервью «Ленте.ру» утверждал, что «международные организации WWF и "Гринпис" преследуют еще и геополитические цели»: «Именно на это следует обратить внимание. Они торпедируют те проекты, которые являются критически важными для страны, ее экономической и ресурсной безопасности, и одновременно удивительным образом присутствуют в общественных советах от федерального до регионального уровня — от Минприроды России до департамента природопользования Москвы. Так что они имеют возможность получать всю внутреннюю информацию о деятельности и планах ведомств, которую потом используют в политических целях. Они реализуют программы лишь там, где это имеет международный резонанс и может привлечь крупные спонсорские пакеты».

WWF, как пишет «Независимая газета», некоторые участники рынка инкриминируют следующую схему «работы» с крупным бизнесом: сначала какие-нибудь малоизвестные экологи начинают кампанию под универсальными лозунгами «Защитим Байкал!» или «Сохраним Арктику!» и внезапно атакуют строящийся завод или месторождение. Атака сопровождается мощной медиаподдержкой, зрелищными акциями. При этом экологи целенаправленно уклоняются от контактов с «объектом нападок». Зато чуть позже к нему приходит WWF и предлагает провести совместное исследование или проект. Его стоимость может составлять от нескольких миллионов до десятков миллионов рублей. Как тут не согласиться? Надо сказать, что только за 2016 год, согласно отчетности WWF, российские компании пожертвовали фонду 116 миллионов рублей. Возникает вопрос: добровольно ли?

Как рассказал «Ленте.ру» Владимир Коптев-Дворников, «почетным президентом WWF с 1968-го по 2012 год был испанский король Хуан Карлос I — заядлый охотник и пропагандист корриды. Вы когда-нибудь слышали, чтобы WWF выступало против корриды? Поэтому вся их любовь к животным — там, где есть политика и большие спонсорские деньги на проекты». «А многие наивные друзья животных искренне переводят им и "Гринпису" свои кровные копейки», — рассуждает он.

Еще одно распространенное явление среди экологических организаций — присваивать чужие достижения и получать за них международные гранты. Так, например, в конце сентября 2017 года организация «Реки без границ» громко объявила, что именно благодаря ей были остановлены проекты строительства ГЭС на реке Селенга в Монголии, которые представляли опасность для Байкала; соответствующие тендеры на подготовку проектов были отменены. При этом, как пишет «Независимая газета», на самом деле эта коалиция состоит чуть ли не из одного человека — «международного координатора» Евгения Симонова.

В связи с этим стоит сказать, что проект монгольских ГЭС обсуждался Монголией и Россией на межправительственном уровне, с участием президентов обеих стран. В Бурятии и Иркутской области в рамках обсуждения проекта проводились общественные слушания, в которых участвовали тысячи местных жителей, десятки экологов-специалистов. Поэтому заявление малоизвестной организации о том, что именно ее деятельность сказалась на результатах проекта, можно назвать по меньшей мере абсурдным. Однако громко рассказав всем об этом «достижении», дав пару интервью каким-нибудь профильным иностранным журналам, коалиция смело сможет обратиться за инвестициями «на спасение Байкала» в международные организации. К тому же опыт у Евгения Симонова уже есть: в 2013 году он получил английскую экологическую премию Whitley в размере 295 тысяч фунтов за «защиту бассейна Амура» от угрозы ГЭС. Правда, не очень понятно, каких именно, ведь никто там строить их не собирался. Очень похоже, что он просто обманул уважаемое жюри — где Лондон, а где Амур…

И таких случаев в практике работы экологических организаций довольно много. В частности, отдельного расследования требуют результаты экспертиз, которые готовят независимые экологи. Например, проект по исключению Ключинской косы из заказника «Южное побережье Невской губы» и передаче ее Минобороны с последующей передачей глубоководному порту Бронка. Против этого выступили не только местные жители и действительно независимые экологи, но и Минприроды, указавшее на незаконность изъятия части природоохранной территории.

Суммируя все вышеперечисленное, необходимо привести цитату из большой пресс-конференции президента Владимира Путина, заявившего в 2016 году, что «экологические организации иногда используются нашими конкурентами для того, чтобы притопить растущие сегменты российской инфраструктуры и генерации». «Ответом может быть только глубокое профессиональное изучение вопроса с точки зрения экономической целесообразности и экологической безопасности», — подчеркнул тогда президент.