Новости партнеров

«Гомосексуалисты размножаются с помощью пропаганды»

Они воюют с геями и либералами по всему миру: репортаж «Ленты.ру» из пасти безумия

Фото: Paul Hackett / Reuters

Что делать, если геи озверели, а мировая либеральная элита хочет дегуманизировать человечество? Неужели фармакологические компании распространяют в бедных странах презервативы, чтобы снизить рождаемость? Нужны ли социальные пособия бедным и неимущим, когда их ждет царство Божие? Этими и другими вопросами задавались делегаты XII Всемирного конгресса семей, прошедшего в Кишиневе (республика Молдова). Специальный корреспондент «Ленты.ру» Михаил Карпов побывал на мероприятии и делится своими неоднозначными впечатлениями с читателями.

«У батюшки сразу видно, что он VIP»

В Москве дыхание осени чувствуется в каждом дуновении ветра, а в Кишиневе можно еще спокойно ходить в футболке и нежиться в лучах летнего солнца. Впрочем, если в плане погоды время лишь немного отстает от московского, по общему духу столица Молдовы словно застряла в конце 90-х: на улочках бабушки вовсю торгуют товарами народного потребления, нищие просят милостыню, распластавшись посередине тротуара, и, похоже, молдавские ученые до сих пор работают над таким полезным изобретением, как урна. Урн и мусорных ведер нет, причем не только на улице, но и в гостинице. Сознательным гражданам приходится раскладывать бычки и бумажки по карманам. Несознательным — поступать сообразно ситуации.

Но, конечно, возле величественного Дворца Республики все в порядке. Есть и урны, и даже гигантская ковровая дорожка, спускающаяся от входа в здание и стелющаяся до самой проезжей части. Суетятся подъезжающие гости мероприятия, и только президентские гвардейцы стоят недвижимо и серьезно, запакованные в старомодные мундиры и сжимающие в руках винтовки с острыми штыками. Здесь скоро начнется торжественное открытие XII Всемирного конгресса семей — собрания консервативно настроенной публики со всего земного шара, готовящейся обсудить насущные проблемы. Среди них: главенство церкви, запрет абортов, сексуальных меньшинств, переход со школьного образования на домашнее и реставрация монархий.

В холле прибывшие общаются, знакомятся и зачастую сразу переходят к разговору о повестке дня. Вот стоят несколько американцев. «Я из Юты, но я не мормон, я евангелист», — объясняет один из них другим. Объяснение действительно требуется — штат Юта является настоящим гнездом Церкви Иисуса Христа Святых последних дней, которая верит, что после своего воскресения Спаситель направился в Америку. Хотя и мормоны тут тоже есть.

Очень много женщин среднего и пожилого возраста. Пока одни обсуждают погоду, другие в деталях рассказывают друг другу рецепты домашнего ароматизированного мыла.

Под ручку с прихожанкой чинно вышагивает протоиерей Дмитрий Смирнов. Изначально планировалось, что мероприятие посетит сам патриарх Московский и Всея Руси Кирилл, однако, вероятно, у него сейчас и так забот полно, поэтому его визит в Молдову перенесли, а отца Дмитрия отправили в качестве его официального представителя.

Священник степенно подходит к лестнице и пытается подняться на второй этаж, в зал, где будет проходить церемония открытия. Это у него получается не сразу — на шее отца Дмитрия нет бейджика, и его останавливает охрана. «Наденьте, батюшка», — передает ему удостоверение спутница. Тот показывает охране на свой немалых размеров крест, машет рукой и произносит: «Да зачем это все…», но бейджик все же надевает. «И вы наденьте! — обращается к прихожанке представитель службы безопасности. — У батюшки-то сразу видно, что он VIP!»

На втором этаже неплохо кормят и поят. Наконец, отворяются двери в зал, и делегаты начинают заходить внутрь под музыку небольшого симфонического оркестра, расположившегося прямо у входа. Оркестр, как это ни странно, играет песню американской рок-группы Coldplay «Viva la Vida», не очень подходящую по духу собрания. В ней в том числе есть и такие слова: «По какой-то причине, которую я не могу объяснить, я знаю, что святой Петр не назовет моего имени. Так было, когда я правил миром».

Наконец все расселись. Звучат первые торжественные и мрачные аккорды некоего музыкального произведения, и на сцену, медленно шагая, выходят юноши и девушки в белых нарядах. Помимо музыки, их выход сопровождает зычный голос, объявляющий: «Мы обязаны жизнью семье. Мы должны верить в правду во всем том, что связано с правдой. Мы должны делать это на протяжении жизни».

На экране позади демонстрируются сцены счастливой семейной жизни. «Вечность может реализовываться только посредством веры, посредством любви к стране, к своему народу, детям и родителям. Мы должны быть единым целым!» — монотонно читает голос, постепенно вводя аудиторию в состояние, близкое к трансу.

На сцену выносят девочку, которой нет и года, и начинают размахивать ею в разные стороны. Ребенок при этом сохраняет поразительное спокойствие. «Суть человека — семья, — продолжает декламировать голос. — Жизнь — это миг!» Ребенка сажают в садок, увитый искусственными растениями. «Все только начинается!» — объявляет чтец. Торжественную музыку внезапно сменяет вальс из фильма «Мой ласковый и нежный зверь». «Свет порождает свет. Заполните свои души светом! Свят наш дом, потому что порог его каменный, потому что там горит семейный огонь. Он словно колыбель нашей семьи! В доме растут наши сыновья и дочери. Суть человека — семья, — повторяет мантру голос. — Радуйтесь друзьям, сестрам, братьям, имени, которое вы носите, жизни!»

«Нас боятся!»

Юноши и девушки в белых одеждах уносят ребенка в манеже, и в зале воцаряется тишина, которую вскоре прорезает торжественный марш. «Президент республики Молдова Игорь Додон!» — объявляет конферансье. Додон быстрым шагом поднимается на трибуну и обводит глазами зал.

Быстро поприветствовав собравшихся и организаторов, он сразу отмечает важность семьи, которая, по его словам, представляет собой «малую церковь». «Семья в современном мире подвержена эрозии», — тревожным голосом сообщает он. И сразу же поясняет суть проблемы: хотя существуют такие явления, как миграция, депопуляция и социальная незащищенность, главная из них — это «антисемейная идеология».

Он рисует пугающую картину: мужчины-молдаване уезжают на заработки, и дети не видят их годами. Женщины прерывают беременность. В первый класс идет все меньше и меньше детей. По прогнозам социологов, к 2050 (а, может, и к 2020) году население Молдовы сократится на миллион — то есть, на треть.

Что же делать? Конечно, прежде всего, противостоять той самой «антисемейной идеологии» и внедрять традиционные ценности. Четко понимать, что ребенок должен быть в семье, которая может состоять только из мужчины и женщины, а также ходить в церковь. Небольшая часть речи Додона также посвящена социальным проблемам, но в них, по его мнению, виноват либеральный парламент, который, например, не позволяет ввести в стране выплаты материнского капитала. Но скоро выборы, и следующий парламент «будет умнее» — если, конечно, большую часть мест получит партия Додона.

Президент Молдовы завершает свое выступление на высокой ноте — объявляет, что в молдавском обществе «нет места» фестивалям ЛГБТ, которые необходимо объявить вне закона. «Да поможет нам Бог!» — восклицает он, и зал встречает это заявление бурными аплодисментами.

После небольшого видеоролика, в котором вновь читается семейная «мантра», перемежаемая рассказами о красоте Молдовы, место за трибуной занимает президент Всемирного конгресса семей Дэн Брайан, благодарящий бога за такого замечательного президента, приветствующий собравшихся и призывающий бороться за естественную семью в ее первоначальном виде. «Когда мы вернемся домой, у нас будет много проблем, нас будут критиковать! Не показывайте страх, наше дело правое. Нам нужны лидеры, готовые рисковать ради правды!» — патетично восклицает он.

Митрополит Владимир зачитывает послание епископа Иоанна, а протоиерей Дмитрий Смирнов — патриарха Московского и Всея Руси Кирилла. Спонсор Конгресса, грузинский бизнесмен Леван Васадзе, рассказывает о том, что размножаться в «бетонных клетках» человек не может, а значит семья может быть только, если он живет в сельской местности. И вообще, подавляющее большинство конституций стран мира — либеральные, основанные на правах личности. Но это неправильно, и кто-то должен изобрести нелиберальную конституцию, в которой будут зафиксированы не права человека, а права семьи и обязанности человека в семье.

Принц Луи де Бурбон, глава дома Бурбонов, достаточно быстро с темы семьи и традиционных ценностей съехал в горькую ностальгию по временам правления своей династии, впрочем, обернув свои мысли в «семейную» обертку. Раньше, говорил он, Франция была замечательной, и все из-за стабильности передачи власти, которую получали одни поколения мужчин Бурбонов от предыдущих. И это все давало смысл жизни для людей, создавало «естественные иерархии». Король же, разумеется, символизировал единство общества. И вот против этого сейчас борются «зеленые тоталитаристы», которые пришли на смену «красным и коричневым».

Валерий Алексеев, президент Фонда единства православия, прочитал достаточно нудную лекцию об ужасах глобализма, смятении мировых элит, противоестественности однополых браков и конце света. Видно было, что примерно такие доклады он читал в советские времена на кафедре научного коммунизма, заменяя слово «господь» на «Владимир Ильич Ленин».

Особенно запомнилось выступление сенатора Елены Мизулиной, которая, зачитав формальное послание спикера Совета Федерации Валентины Матвиенко, перешла к собственной речи. По ее словам, в 90-х годах прошлого века началось «нашествие антисемейных античеловеческих ценностей, основанных на человеконенавистничестве». Она жестко осудила аборты и экстракорпоральное оплодотворение, для которого нужно «сдавать биоматериал». «Чудо рождения всегда неожиданное, как его ни планируй, — отметила она. — Потом именно такие люди становятся патриотами!»

Если же говорить о зачатии плода в пробирке — это искушение, тут нет чуда и эмоций. У таких людей не горят глаза. А свобода личности — симулякр, поскольку она может быть только в рамках естественной семьи. И вообще, что творится! Повсюду идет пропаганда гомосексуальных браков, детей для которых будут поставлять естественные семьи.

Мизулина отметила, что после того, как в России были введены выплаты материнского капитала, а также другие законы, поддерживающие рождение детей, рождаемость в стране выросла «в разы». «Если вы хотите видеть возрождение Молдовы, используйте наш опыт! — призвала она. — Нас боятся, навешивают ярлыки! Не обращайте внимания! И дрогнут крепости этих нетрадиционщиков!»

Затмить такое яркое выступление было сложно, однако африканка Тереза Окафор, директор Фонда африканского культурного наследия, явно старалась. Так, она поведала о том, что Африка является «подарком миру», «оазисом крепости семьи и веры», а также «духовными легкими человечества». Она осудила использование презервативов (так как его якобы навязывают фармкомпании, чтобы снижать рождаемость в странах третьего мира) и отметила, что в ее родной Намибии гомосексуальность запрещена законом, снискав продолжительные аплодисменты зала.

Мир согласно Левану Васадзе

Речь Левана Васадзе заинтересовала корреспондента «Ленты.ру», и он поговорил с грузинским бизнесменом об урбанистике, монархизме, а также о том, как надо жить. Разговор получился длинным, поэтому ниже приводится краткая выжимка из него.

После краха СССР все поехали в города, а сельская местность вымерла. Эта вторая и даже третья волна урбанизма превратила городскую жизнь в ад. О какой свободе личности можно говорить в виртуально-бетонной «матрице», в которой мы сейчас существуем? Более того, в сельской местности функции мужчины и женщины очевидны, а в квартире мужчина теряет не то что пол, а весь смысл существования. Потому что в квартирной парадигме функция заключается в том, чтобы в тапках дошлепать до холодильника, достать что-то и дошлепать до нужника. Соответственно, происходит эрозия того, что делает нас теми, кто мы есть.

Нет, конечно, никто не говорит, что городов не должно быть. Но что такое город? Вот вы в последний раз когда в театр или музей ходили? Мы вообще такие люмпены, шлепающие между квартирой и рестораном и чмокающие эту еду. А нам на это банки дают кредиты, и мы ими обрастаем. Все катится в тартарары.

Или вот, например, поговорим о таком благе, как физическая усталость. В Библии Бог сказал Адаму добывать хлеб в поте лица своего. А у нас какой пот? Создаем себе его симулякр, бегая как белка в колесе в фитнес-клубе. Для чего? Чтобы потом какой-то рельефностью мышцы, которая дряблеет за неделю, покрасоваться перед какой-то феминой, которая тебя потом кастрирует, если ты ей недостаточно понравишься.

Все должно быть наоборот. Должен быть патриархат, когда мужчине начхать на все эти инверсии, которые возникают в матриархальной структуре. Вот ходишь перед этой женщиной на цыпочках, стараешься ей понравится… А она чем больше от нас освобождается, тем больше толстеет, ее функция — кормить, и она начинает кормить себя. Чем больше она толстеет, тем больше селфи снимает и показывает своим подругам: я в тренде!

Стимулировать переселение из городов в деревни не надо. Мы люди восточные — что русские, что грузины. Нам наоборот надо запрещать на уровне государства: мол, сиди у компьютера, не рыпайся! И ты тогда скажешь: э, ты кто такой? И сделаешь все наоборот.

Что касается конституции, в которой будут записаны права семьи, а не человека, то вот, посмотрите. 300 лет назад стали умирать традиционные общества, началась эпоха модерна, антропоцентризма, в которой человек — центр мироздания. Не будем спорить, кто в этом виноват — Декарт или Джон Локк, но индивид встал во главу угла, и он царь, и вокруг него весь мир.

Но против этого выступили немецко-еврейские мыслители, прежде всего Карл Маркс. Он провозгласил революцию против индивидуализма, но уже без бога. Потом начался фашизм и нацизм. Потом и его не стало, а скоро не станет и либерализма, который отделяет человека не только от религиозной, национальной и половой идентичности, но и — последний писк моды — человеческой. Вот этот трансгуманизм и все, что с ним связано.

Династическая монархия — это хорошо, и в ней нет ничего архаичного. Это намного выгоднее, чем каждые четыре года устраивать выборы президента. Вот, посмотрите, в Испании, Голландии или Британии есть монарх и парламент с премьер-министром. И все хорошо.

Но до монархии надо еще дожить. Главное, что вот эта система, когда все едут в город, а там им дают кредиты, чтобы они на них покупали стеклянные бусы, заканчивается. Вот мы вышли из СССР и пресытились наркотиками, сексом и пустотой, следующее поколение все это отвергнет. И вообще, хочешь гедонизма — будь верен супруге, имей детей. Большего кайфа нет. И уезжай в деревню, подальше от бетонных клеток.

Молодым, конечно, это не объяснишь, им надо перебеситься. Главное, не пересекать черту — не начинать тяжелые наркотики употреблять или не переходить к крайним формам сексуального разврата. Вот посмотрите, чем более пустой человек, тем больше у него татуировок. Чем больше он гоняется за свободой… Короче, хотите настоящей свободы — кончайте гоняться за своими «хочу», потому что хочется все больше и больше, и наступает депрессия. 40 миллионов американцев сидят на «Прозаке», благодаря которому у них наступает временная эйфория, а потом — облом. В общем, чем меньше я хочу, тем лучше мне, братцы, а чем больше — тем хуже.

«Ты доволен, Лешенька?»

После церемонии открытия одухотворенные делегаты, предварительно отобедав, разбрелись по всевозможным секциям, проходившим параллельно друг другу в отеле Radisson Blue. Выбор был богатый. Например, можно было послушать, как «международные сети подрывают значение семьи и веры», посетить обсуждение скорейшего запрета абортов, осудить «гендерную идеологию» или узнать, как бороться с противниками в эпоху социальных сетей.

Корреспондент «Ленты.ру», впрочем, решил сначала узнать, каким образом делегаты конгресса собираются взращивать новое поколение, воспитанное на традиционных ценностях. Многие гости и спикеры были увлечены обедом, предоставленным организаторами, и потому вовремя секция не началась. В полупустой аудитории скучали несколько девушек, а на ряд выше сидел пожилой канадец в помятой серебристой жилетке. Канадцу тоже было скучно.

— О, ты молодая! — обернулся он к одной из девушек. — Знаешь, в 20 лет одна проблема — тебе потом будет 30. Я знаю, я это сам пережил.

— Мне 30, — ответила девушка.

— Тебе 30? А откуда ты?

— Из Молдовы.

— Тебе нравится то, что делает президент Додон? — голос канадца звучал так, будто он пытался говорить с туземцами далекого острова, отрезанного от цивилизации, — он медленно проговаривал слова, стараясь как можно более ясно их артикулировать.

— Да, нравится.

— О, хорошо! Ходишь в церковь?

— Да.

— Знаешь, что это значит? — спросил канадец, сложив руку в кулак и потряся им над головой. — Это значит «вау! Господи, спаси и сохрани!»

Постепенно зал заполнился, и первым к трибуне вышел Алексей Комов, управляющий директор компании Classical Conversation, продвигающий образование детей на дому. Улыбчивый подтянутый и холеный человек средних лет в очках, он выглядел как брат-близнец телеведущего Андрея Малахова. Он осудил американские законы, согласно которым дети-трансгендеры имеют право в школах пользоваться туалетами, соответствующими их половой идентификации, а также заметил, что домашнее образование дает лучшие результаты, чем школьное. Комов также отметил, что закон, согласно которому во многих европейских странах родители обязаны отдавать детей в школы, был придуман в гитлеровской Германии, чтобы «индоктринировать их в национал-социализм». Теперь же с помощью него несчастных ребят «индоктринируют» в толерантность и либеральные ценности. Сказав это, он уступил место протоиерею Дмитрию Смирнову.

Тот сразу же заявил, что хотя люди могут сами осваивать объекты знания, без Христа, о котором «стало говорить неудобно», образование рассыпается, поскольку человек «остается в нравственных качествах существом вредным и даже самоубийственным». Смирнов заклеймил «лицемерие европейской культуры». «Вот, мол, у человека есть какие-то там права. Право на жизнь есть у террористов, садистов, но детей можно убивать сколько угодно, и все молчат. Постхристианский человек считает, что проблемы нет», — сказал он, намекая на то, что аборты неплохо бы было поскорее запретить.

«All you need is love!» — по-английски заявил Смирнов, сказав, что нужно строить «малую церковь», семью. Он посетовал на то, что любви человеку сейчас очень не хватает, и ему «грустно жить среди сволочей».

После этого он перешел к описанию собственного детства. По его словам, советские детский сад и школа были для него «сплошным адом», и он поклялся тогда, что если у него будут дети, он их туда никогда не отдаст. Затем он перешел к положительному примеру — у отца Дмитрия есть друг священник, который обучает детей дома, и у него все хорошо.

Он закончил свою речь на том, что детям надо показывать «красоту жизни, ее настоящесть», и тогда они будут ходить в церковь всегда, а не только пока живут с родителями. «Thank you for your attention», — усмехнувшись, проговорил он на английском. «Ты доволен, Лешенька?» — повернулся Смирнов к Комову. Лешенька был определенно доволен, ведь сразу стало понятно, что интересы у него в этом деле не только духовные, но и вполне меркантильные — развивать собственную компанию, занимающуюся образованием на дому.

Зарубежные спикеры примерно повторяли тезисы Комова. Среди них выделялась Мойра Чимомбо из Малави, которая заявила, что, несмотря на слова Терезы Окафор, в Африке не все так хорошо, свирепствует ВИЧ, а родители вступают в отношения инцеста со своими детьми, и не занимаются их воспитанием, потому что не понимают, что в этом плохого. Однако образовательные программы, которые продвигает ее организация SAFE, помогают исправить ситуацию.

Звездой секции стал профессор богословия Алексей Осипов. Он сразу же отверг идею о том, что для повышения рождаемости и качества жизни необходим высокий уровень достатка граждан. Осипов заявил, что человек в наше время «перестал понимать, зачем живет», и в такой ситуации ни о каком образовании идти речь не может.

«О чем говорят? О комфорте жизни, спорте, искусстве, о социальных пособиях, словно человек вечно будет жить на Земле. Этот материализм поражает своей примитивностью. Каждый человек находится под реальностью дамоклова меча!» — возмутился богослов, заявив, что первый вопрос, без которого невозможно говорить об образовании, заключается в том, есть Бог или его нет.

Он заявил, что все обессмысливается без понимания жизни вечной. «Ну знаю я энциклопедию наизусть, и что? Умер, как и те, что ничего не знают», — усмехнулся Осипов. По его словам, жизнь следует рассматривать как «экзамен вечности», и именно это является ее смыслом, а значит и целью образования. «Бердяев был прав, мы перестали понимать, зачем живем, и времени у нас подумать об этом нет. О, бессмертные боги, когда же мы опомнимся!» — патетически произнес профессор богословия, воздев руки к панельному потолку аудитории.

«Сборища педерастов»

Не менее интересная дискуссия развернулась и во время секции, посвященной «гендерной идеологии». В основном, на ней выступали зарубежные спикеры, которые клеймили позором современные западные представления о поле.

Профессор Стивен Баскервиль, автор книги о гендерной идеологии, сразу обозначил, что говоря о гендере, надо сразу говорить об идеологии, потому что гендер — это идеология, и пока сторонники консервативных ценностей не признают это, они всегда будут проигрывать. Он сравнил ее с фашизмом, исламизмом и коммунизмом, поскольку ее пропоненты «подавляют инакомыслие», заставляя общество принимать «извращения», что якобы приводит к понижению рождаемости, популяризации неофициальных союзов и разводам.

Другие спикеры также рекламировали свои книги, говорили, что «уничтожение идентичности мужчины и женщины ведет к искусственному размножению гомосексуалов». Один из них процитировал отрывок из книги Бытия: «И Бог создал человека по образу и подобию своему. Мужчину и женщину, все ясно как день. Мы женщины и мужчины в глазах Господа, и Христос это подтвердил». А значит, ничего другого просто быть не может.

Однако настоящий фурор произвел россиянин Андрей Цыганов, не заявленный в программе, являющийся, помимо прочего, главным редактором ИА «Катюша» и соавтором закона о запрете гомосексуальной пропаганды среди несовершеннолетних, доработанная версия которого была принята Госдумой несколько лет назад.

Взяв с места в карьер, он сразу разложил все по полочкам. Естественное происхождение гомосексуальности — миф. Никто геев к тому же не обижает, а продвигает эти «извращения» в России британское генконсульство, где до недавнего времени все консулы были лицами нетрадиционной ориентации. Виноват во всем режим Ельцина, который «первым делом» в 1993 году отменил уголовное наказание «за педерастию». Теперь же с заразой, ползущей с Запада, позволяет бороться закон об иностранных агентах, который создает трудности для всевозможных прозападных фондов и организаций, которые «продвигают» такие идеи «по продвижению педерастии». «Есть миф, что христиане должны терпеть. У нас есть философ Ильин, который вывел тезис о сопротивлении злу силой, и злу надо сопротивляться!» — завершил свое выступление он, заметив, что его патриотическая организация «успешно срывала сборища педерастов».

Гендер согласно Андрею Цыганову

Корреспондент «Ленты.ру» заинтересовался активистской деятельностью Андрея Цыганова и расспросил его о том, нужно ли, с его точки зрения, принять какие-нибудь еще законодательные меры в отношении «педерастов», или в России уже и так все хорошо. Как и в случае с Леваном Васадзе, беседа получилось объемной, и потому, опять же, «Лента.ру» приводит ее краткий конспект.

Гомосексуалисты размножаются с помощью пропаганды. Основной приток гомосексуалистов возникает или за счет совращения, или за счет навязчивой рекламы. Мы настаиваем если не на криминализации, то на возвращении психиатрического диагноза. Потому что эти гендерные теории — просто педерастия, психиатрическое отклонение.

У нас есть предложения для власти, но политической воли у руководства страны пока нет, хотя не удивлюсь, если скоро она появится. В том, что ее нет, виноваты мифы евроцентризма, из-за которых разрушился СССР.

Чтобы искоренить это явление на Западе, им не надо голосовать за политиков, которые употребляют в речи слово «гендер». Сказал «гендер» — все. Гендер — это слово-паразит, семантический террор, оно ничего не значит, но его накачивают политическими смыслами лоббисты. Европа погрязла в этом самом гомосексуализме и катится на дно.

В России своя норма права, она основана не на прецеденте, а на этических, непрописанных нормах. И согласно им — гомосексуализм является из ряда вон выходящим извращением.

То, что гомосексуалистов 3-4 процента от всей человеческой популяции — это миф. Когда мы проводили слушанья по поводу закона о запрете гомосексуальной пропаганды, у нас выступали крупные психиатры, которые говорили, что гомосексуализм — это синдром неодолимых влечений (так это правильно называется), и встречается он лишь у ничтожной доли тех, которые так себя называют. Это психи, это больные люди. А все остальные — жертвы пропаганды.

Вообще, разговоры о статистике — большая ложь. «Закон о шлепках» и попытки криминализации семейно-бытового насилия — это та же самая история. В январе прошлого года был включен в реестр иностранных агентов центр «АННА», который более 10 лет снабжал нашу Государственную Думу, другие органы власти заведомо ложной статистикой о том, что в России ежегодно от рук мужей погибают 14 тысяч женщин. Эта цифра — абсолютная ложь, они ее взяли с потолка. По-настоящему, по данным МВД, в России от всех видов насилия погибает не больше 400 женщин. А фонд «АННА» принадлежит подруге Хиллари Клинтон, и тут уже сразу все понятно.

Но враг не дремлет, поэтому надо держать ухо востро. С детьми нельзя разговаривать на определенные темы, пока они не достигнут соответствующего возраста. Вот в СССР не говорили о наркомании, и наркоманов не было.

Когда у меня родился третий ребенок, мы выбросили телевизор. У нас со старшей дочкой был случай, когда моя жена увидела в учебнике по ОБЖ гинекологические подробности, которые я, женатый мужчина и отец, не знаю и знать не хочу. И это хотели рассказывать мальчикам и девочкам вместе на уроке в школе в шестом классе!

Я жене говорю: дорогая, сейчас прямо ты идешь к классному руководителю, берешь ее за ноздри, вы идете к директору. И там говорите: если ты, дорогая моя, не хочешь завтра сесть в тюрьму, или чтобы с тобой случилось какое-нибудь несчастье, ты берешь и собираешь у всего потока эти учебники — я проверю лично — отдаешь их мне. Я поехал на рынок, купил на весь поток учебники, и мы их раздали. А эти сожгли во дворе школы.

«Смерти пугаться не надо»

Конгресс продолжался два дня. Многое было сказано, многое, определенно, делегатам предстоит сказать на следующем. Во время мероприятия собравшиеся активно рассказывали о силах зла, противостоящих им. Американцы превозносили Дональда Трампа и призывали молиться за него, в частности, и потому, что он «выступает за права нерожденных детей».

Богослов Алексей Осипов был вездесущ. На одной из секций он рассказал, что есть два рая: христианский и «рай аскариды». Он поведал собравшимся об Атлантиде — вот, жили люди, достигли высших стадий прогресса, а результат какой? То-то. А Бог — это первичная красота, и кроме Бога и вечной жизни человеку никаких благ не нужно.

На церемонии закрытия президент Молдовы Игорь Додон еще раз поблагодарил собравшихся и заверил их, что Молдова будет противостоять навязыванию либеральных ценностей извне. «Мы хотим дружить с [Западом], но свою идентичность будем охранять и сохранять. У нас нет сильной армии, газа и нефти, но есть люди, традиции и история. Зачем это разрушать?!» — задал он вопрос в зал. Все были согласны, что разрушать незачем.

Протоиерей Дмитрий Смирнов восхитился «мужеством и твердостью» президента в противостоянии «силам ада, которые, обнаглев, вылезают из преисподней, потому что хотят установить свой сатанинский порядок». Он уверенно заявил, что если страна будет иметь таких руководителей, ей нечего бояться. «А смерти не надо пугаться, она и так будет», — завершил свою речь священник на положительной ноте.