«Будете реветь — сгорим и погибнем»

30 лет назад советские наркоманы захватили автобус с детьми и сбежали в Израиль

Фото: Opoccuu.com

Ровно 30 лет назад, 1 декабря 1988 года, четверо бандитов захватили автобус со школьниками в осетинском городе Орджоникидзе (ныне — Владикавказ). Четвероклассники и их учительница сутки ждали спасения, а преступники требовали за их жизни частный самолет, вылет за границу и мешки с миллионами долларов. Таких преступлений в отношении детей Советский Союз еще не знал. Корреспондент «Ленты.ру» Мария Фролова вспомнила историю тех страшных событий и нашла их участников и свидетелей.

«Они просто взорвут автобус и убьют всех»

О том, что случилось 30 лет назад, в пострадавших семьях помнят так, будто это было вчера. Помнят именно семьи — родителям школьников пришлось ничуть не легче, чем их детям. Целые сутки они не знали ничего о судьбе сыновей и дочерей, новости доносились обрывками. «Они [бандиты] сказали: если не получат выкуп, будут отрезать детям головы… Каждые двадцать минут задержки — одна детская голова. Если что-то пойдет не так — они просто взорвут автобус и убьют всех». Такие ходили слухи.

...Это был обычный декабрьский день — в 1988 году зима в Осетии выдалась морозной, снежной. Ребят из четвертого класса школы №42 повезли на экскурсию в типографию. Им показали, как печатают школьные учебники, и подарили яркие, пахнущие свежей краской плакаты с изображением популярного тогда Высоцкого. Школьники в сопровождении учительницы Натальи Ефимовой вышли на улицу, где их уже ждал автобус ЛАЗ-687.

Водитель сказал учительнице, что приехал по поручению шефов, и показал путевой лист с номером школы. Ребята принялись радостно забираться в автобус и занимать места. Но когда весь класс и учительница оказались в салоне, стало понятно: везти их в школу никто не собирается — они стали заложниками бандитов-наркоманов.

Проехав несколько метров, главарь банды Павел Якшиянц встал из-за руля и объявил: «Вы все — наши заложники. Сейчас мы поедем к обкому партии, потребуем за вас выкуп в иностранной валюте и грузовой самолет, в который заедем прямо автобусом, а потом полетим за границу». Ребята закричали, девочки заплакали, учительница вскочила с места, но бандит толкнул ее обратно со словами: «Будете реветь — сгорим и погибнем».

Как оказалось, захватчики приготовили банки с бензином и расставили их по всему автобусу. Они угрожали детям, что могут бросить на пол спичку — и произойдет взрыв. Всех, кто ослушается бандитов, было велено расстреливать. Кроме детей и террористов в салоне находились жена главаря банды Тамара Фотаки и их ребенок. Бандиты повезли заложников на центральную площадь города Орджоникидзе, к обкому КПСС.

«Передай это ментам»

Остановившись у входа в гостиницу, бандиты потребовали, чтобы учительница Ефимова написала на плакате текст ультиматума: три миллиона долларов и самолет за границу. На том же плакате Фотаки приписала: «Умоляем, спасите!». С этим плакатом Якшиянц вышел на улицу. Он заметил ехавшую впереди «четверку», попытался остановить ее, но водитель не обратил на него внимания. Тогда бандит вскинул руку с обрезом и через стекло выстрелил в голову водителю. Машина затормозила, и захватчик бросил ультиматум в разбитую форточку: «Передай это ментам»…

Через несколько минут к автобусу прибыли сотрудники милиции Ленинского райотдела, а затем замминистра внутренних дел республики полковник Таймураз Батагов. В разговоре с ним через рацию бандиты потребовали оружие, крупную сумму денег в иностранной валюте, грузовой самолет с беспрепятственным вылетом в страну, не имеющую дипломатических отношений с СССР, а также освобождения из тюрьмы их товарища. На размышления властям захватчики дали 40 минут, в противном случае угрожая каждые полчаса убивать по одному ребенку.

Бандитов было четверо: Якшиянц и его подельники Владимир Муравлев, Герман Вишняков и Владимир Анастасов. В оперативном штабе быстро нашли информацию о каждом из них. Якшиянц, по национальности армянин, уроженец Узбекистана, работал в Орджоникидзе водителем, был трижды судим — за разбой, грабеж и воровство. Он был дважды женат, имел троих детей и пристрастие к наркотикам. Его сообщник Владимир Муравлев работал на заводе и был дважды судим; Герман Вишняков был водителем, а Роберт Анастасов — бетонщиком. Все они также употребляли наркотики.

Как выяснилось, идея захватить заложников и получить за них выкуп пришла Якшиянцу после просмотра боевика. Бандиты три месяца разрабатывали план, искали оружие и между делом решили, что лучше всего выбрать жертвами детей — с ними легче справиться. Автобус, на котором они увезли маленьких пленников, они угнали заранее.

Для обсуждения требований террористов срочно был создан штаб операции во главе с первым секретарем Северо-Осетинского обкома КПСС. Сразу стало понятно, что брать автобус штурмом не получится: бандиты предупредили, что при любом неверном движении устроят расправу над детьми. Требования захватчиков оказались трудновыполнимыми: в аэропорту Орджоникидзе не нашлось взлетной полосы, способной принять тяжелый лайнер, поэтому захватчики приняли решение ехать в Минеральные Воды. Вслед за ними двинулась вереница милицейских машин, кареты скорой помощи и машины родственников, десятками подъезжающие к автобусу…

Надо сказать, что по пути в Ставропольский край бандиты проезжали изолятор временного содержания, где находился участник прежней банды Якшиянца Виктор Кривоносов. Якшиянц потребовал освободить его, взамен согласившись отдать одного из детей. Так местным властям и милиции удалось выбить у бандитов Ивелину Чебакаури, самую маленькую и худенькую. А вышедший на свободу Кривоносов, несмотря на уговоры главаря банды, отказался участвовать в его авантюре, пожалев остальных детей.

«Было чувство, что случилось что-то страшное»

— В тот день мы вешали шторы в детском саду, я тогда была там заведующей. И тут прямо почувствовала, что мне срочно надо домой. Мне не объяснить — было такое чувство, что случилось что-то страшное, — вспоминает в беседе с «Лентой.ру» Людмила Швыдко, мать одного из школьников тогдашнего четвертого «Г».

Она одна из немногих, кто соглашается общаться на эту тему с журналистами. Сын Дмитрий, по словам Людмилы, не любит вспоминать о том дне и даже с родителями об этом говорит неохотно, хотя сейчас он уже взрослый мужчина, отец двоих детей.

— Я взяла такси, хотя тогда это было не так распространено, и поехала, — рассказывает Швыдко. — Возле дома мне встретилась девочка, она рыдала и говорила, что ее брата захватили в заложники. Я поднялась в квартиру, услышала, как разрывается телефон, звонили из обкома партии: «Вы только не переживайте…» Потом позвонил муж, сказал, что в заложниках и наш сын. Я спросила, что известно, как он. А муж ответил: «Пока жив».

Ее супруг Леонид Швыдко тогда занимал высокий пост — был секретарем райкома партии. Он одним из первых узнал о случившемся и догадался, что в салоне автобуса может быть его Димка.

— В тот день приезжал на обед, и сын говорил, что едет на экскурсию, потому не успевает поесть, — говорит Леонид Швыдко. — Я ему сказал: нет, ты пообедаешь, голодным никуда не пойдешь. И я сразу понял, что он там, в том экскурсионном автобусе. Проехал через весь город, прошел через три закрытых кордона, и лишь тогда в темноте показался автобус. Рядом стояли люди, замминистра МВД вел переговоры. Я поднялся в обком, второй секретарь был руководителем штаба по спасению. Да, говорит, твой сын там, фамилия в списке.

Швыдко попросил предложить террористам обменять его на сына. Но оказалось, что те уже в курсе, чьего сына взяли в заложники, и в обмене отказали. Объяснили: удерживать детей гораздо проще, чем взрослых.

— Когда захватчики поехали в Минводы, мы двинулись следом за ними со скоростью 40-60 километров в час, по морозу… Колонной светящихся фар, — вспоминает собеседник «Ленты.ру». — Ехали и надеялись: может, увидим кого, выглянет какой ребенок, но окна были наглухо зашторены. Никто точно не знал, там ли дети, живы ли они.

Через несколько десятков километров машины родственников заставили развернуться. Дальше ехали только власти и спецслужбы. Родителям пришлось возвращаться домой и ждать. Новостей ждали и в школе: казалось, жизнь в ней остановилась — в коридорах было тихо, никто не бегал и не смеялся, все словно замерло.

— Никто ничего не знал, СМИ молчали, только в кабинете директора был мужчина с рацией, через которую мы слушали, что происходит у автобуса, — рассказывает завуч школы №42 Татьяна Ларина. — Я помню: вела урок, дети молчали, слушали, а потом кто-то не выдержал и попросил: «Сходите, узнайте, что там с ними». И я ходила, узнавала, рассказывала. Мы ведь в те годы и слов-то таких не знали — заложники...

«Держитесь изо всех сил»

Дальнейшие события описал в своей книге «"Альфа" — моя судьба» генерал-майор Геннадий Зайцев. Когда автобус с детьми выехал из Орджоникидзе, первый зампредседателя КГБ Филипп Бобков дал указание первому замначальника седьмого управления генерал-майору Колобашкину направить в Минводы сотрудников Группы «А», будущей «Альфы».

Бойцы приехали на место раньше террористов. Автобус въехал на летное поле только около четырех утра, на взлетной полосе бандитов уже поджидал транспортный самолет Ил-76Т. На платформе возле здания аэропорта разместился оперативный штаб, автобус с заложниками поставили в ста метрах от него.

Начались переговоры. Окна автобуса был завешены наглухо, бандиты говорили только по рации и, услышав вопрос о состоянии детей, отдали переговорное устройство учительнице Ефимовой.

Зайцев: Наталья Владимировна, я обращаюсь к вам как к главной защитнице детей. Как они чувствуют себя?

Ефимова: Дети сейчас спят. Конечно, все хотят домой. Проснутся — опять начнут плакать.

Зайцев: Нужно ли кому то из детей оказать медицинскую помощь? Или иную помощь, по вашему мнению?

Ефимова: Нет. Они чувствуют себя хорошо. Помощи медицинской не надо. Только есть хотят, и домой бы поскорей.

Зайцев: Я очень прошу вас: держитесь изо всех сил. Что бы ни произошло, знайте — все о вас беспокоятся. Подчеркиваю, вашей жизни, если все пойдет нормально, ничто не угрожает.

Миллион «русским золотом»

В пять утра детям удалось передать еду, но никто к ней даже не притронулся. Дело в том, что целый день и ночь маленьких пленников не выпускали в туалет — бандиты организовали его прямо в салоне, возле задней двери. Как потом рассказывали ребята, они стеснялись идти туда на глазах у всех, да и просто боялись вставать с места, потому что в конце автобуса сидела большая овчарка. Потому «туалетом» пользовались только сами захватчики.

Тем временем террористы продолжали переговоры с генерал-майором Зайцевым. Выбирая иностранное государство, которое их не выдаст, бандиты остановились на Израиле. Кроме того, они потребовали миллион рублей «русским золотом», миллион долларов и миллион фунтов стерлингов. Но найти за одно утро мешок золота не представлялось возможным, потому с бандитами удалось договориться на два миллиона долларов.

Пока шли торги, сотрудники четвертого управления КГБ буквально опустошали сейфы Внешторгбанка СССР, забирая всю имевшуюся наличность. Как только нужная сумма была собрана и написана расписка, доллары расфасовали по мешкам и в сопровождении трех сотрудников Группы «А» самолетом направили в Минводы.

«Детей оставляй — и лети!»

...Договорившись о выкупе с оперативным штабом, бандиты вдруг вспомнили о гарантиях безопасности. Якшиянц потребовал, чтобы к нему прилетела Раиса Горбачева: «Знаю, с ней меня и за два миллиона никто не уничтожит». Жену генсека ЦК КПСС ему не привезли, как и его собственную супругу, которую он просил доставить вместе с ребенком.

Тамара Фотаки изначально находилась среди заложников, но в какой-то момент захватчик отпустил ее, испугавшись, что ребенка могут убить при штурме автобуса. Штурма не было, дети оставались на своих местах, и главарь банды потребовал вернуть семью в салон. Но Фотаки отказалась — она очень боялась мужа.

Все, что она смогла сделать, — попытаться убедить мужа отказаться от оружия. Якшиянц требовал принести ему бронежилеты и семь автоматов.

— Павлуша, родной, послушай, — умоляла Тамара. — Я только что разговаривала с заместителем председателя КГБ Советского Союза. Гарантии полные. Детей оставляй — и лети! Там же дети, чьи-то дети. Ты представляешь, если бы это твои дети были? Кошмар! Сколько это длится? Сутки! Вдумайся. Вам все дадут. Уже мешки денег стоят наготове. Забирайте, езжайте. Зачем вам оружие? Вас же с ним не пустят никуда.

Но образумить мужа-наркомана ей не удалось. К тому времени, как разговоры зашли в тупик, Москва разрешила выдать террористам четыре пистолета Макарова в обмен на детей. Захватчики потребовали еще и автомат Калашникова, чтобы прикрываться им на входе в самолет.

«Они получили оружие, но отдавать детей им не хотелось»

Выменивать оружие на школьников по очереди ходили начальник четвертого отдела УКГБ по Ставропольскому краю подполковник Евгений Шереметьев и бывший сотрудник Группы «А» Валерий Бочков. Первыми выпустили девочек, испуганно столпившихся у входа. Их вел Бочков, обнимая обеими руками и требуя, что бы ни случилось, идти спокойно и не бежать — даже когда за спиной раздался выстрел: это бандиты, проверяя оружие, стреляли в люк автобуса.

Таким образом сотрудники КГБ вызволили из рук захватчиков 20 школьников. Еще четверых выменяли на наркотики и наручники для членов экипажа самолета и даже пилота, хотя тот утверждал, что при всем желании не сможет управлять самолетом в таком положении.

«Они получили вожделенное оружие, но отдавать детей им явно не хотелось. Они, видимо, интуитивно чувствовали, что только живой щит позволит им избежать возможных неприятностей», — писал генерал-майор Зайцев.

Якшиянц не сдержал слова: он все-таки завел на борт самолета 11 детей и учительницу, потребовав привести вместо них полковника Шереметьева, который предложил им оставить себя в качестве заложника.

Пока он стоял под прицелом пистолетов, учительница Наталья Ефимова и Тамара Фотаки стали выводить из самолета обессиленных школьников. Среди последних заложников был тот самый Дима Швыдко. Спустившись с трапа, он на несколько секунд задержался и метнулся назад — ждал учительницу, которая шла последней…

Самолет с бандитами вылетел в Израиль, где преступники, по просьбе советской стороны, были задержаны. Они пытались подкупить израильтян, предложив миллион долларов, но получили отказ. Впоследствии из тюрьмы Абу-Кабир их передали советским властям при условии, что к ним не будет применена высшая мера наказания в виде расстрела — законодательство Израиля смертной казни не предусматривало.

Шрамы на жизнях

Освобожденных детей отправили во Владикавказ, где в аэропорту их дожидались родители, а на улице — кажется, половина города. Людмила Швыдко вспоминает: услышала, что самолет идет на посадку, и упала в обморок.

— Мы повезли Димку домой, там родственники уже накрыли стол, все выбежали встречать его, — рассказывает она «Ленте.ру». — А сын, едва дойдя до кровати, упал и уснул. Прямо в куртке и сапогах. Замученный и уставший.

Позже Дима рассказывал родителям о случившемся — правда, очень неохотно. Вспоминал, как их пугали канистрами с бензином, как они не спали всю ночь и придумали способ выбраться: задние двери были завязаны проволокой, и, бегая «в туалет», ее можно было развязать. Но не стали рисковать, подумав, что если они сбегут, могут пострадать другие… А еще дети совершили поступок, который по советским временам можно назвать геройским.

— Бандиты сказали им снять пионерские галстуки и сжечь — и тогда их отпустят, — говорит Людмила Швыдко. — А мой Димка снял его и положил в сапог, так и сохранил… И другие последовали его примеру — никто не сжег галстук, все спрятали, кто куда.

Запуганные захватчиками школьники как могли заботились друг о друге. Они сами просили выпустить первой маленькую Ивелину, у которой были больные почки. А мальчишки предложили отпустить первыми девочек.

— Дети вернулись оттуда другими, это было видно, — говорит завуч Татьяна Ларина. — С поврежденной психикой. Кто-то закрылся, кто-то, наоборот, стал более активным, мы старались поддержать их, отвлечь, как могли. Их возили на экскурсию в Москву, возили в «Артек». Они не любили говорить о случившемся, редко что-то проскальзывало. Уже потом, повзрослев, многие уехали из Владикавказа. А те, кто остался, уже обзавелись семьями и приводят в школу своих детей.

Учительница Наталья Ефимова стала первым кавалером ордена «За личное мужество». Дмитрий Швыдко — последний ребенок, покинувший самолет, много лет спустя отправился на войну в Чечне. В одном из боев он спас товарищей и был тяжело ранен.

Так или иначе, сутки, проведенные в заложниках, не прошли для ребят бесследно. У многих начались проблемы со здоровьем: почками, мочевым пузырем, сердцем. Двоих из тех, кого детьми захватили бандиты, сейчас уже нет в живых.

***

Террористы, захватившие детей в заложники, уже вышли на свободу. В марте 1989 года Верховный суд приговорил их к тюремным срокам от 3 до 15 лет.

Наибольший срок получил Якшиянц. Отбывая наказание в Златоусте Челябинской области, он удвоил свой срок, попытавшись организовать с сокамерниками побег. Следуя его плану, заключенные записались к тюремному врачу и постарались захватить в заложницы двух женщин-контролеров. Но попытка не удалась, осетинский террорист вновь предстал перед судом и получил еще 15 лет лишения свободы.

В 2005 году его освободили по УДО.

Обратная связь с отделом «Силовые структуры»:

Если вы стали свидетелем важного события, у вас есть новость или идея для материала, напишите на этот адрес: crime@lenta-co.ru
Больше важных новостей в Telegram-канале «Лента дня». Подписывайтесь!