Только важное и интересное — в нашем Twitter
Новости партнеров

Сандра Рулофс и тридцать спецназовцев

Тбилиси провел первый этап операции по присоединению Южной Осетии

По Михаилу Саакашвили уже можно писать учебники. Читать их будут все политики мира, имеющие дело с проблемой сепаратизма. Причем, наблюдая за происходящими сейчас в Южной Осетии событиями, можно увидеть, как грузинский президент и его американские советники оттачивают свое мастерство и пытаются не просто достичь результата, подчинив центральной власти очередную непокорную автономию, но и сделать это красиво.

Грузино-осетинский конфликт

26 мая, во время телеобращения к нации по случаю Дня независимости, Михаил Саакашвили вдруг заговорил по-абхазски и по-осетински. Он обратился к братским народам Абахзии и Южной Осетии с призывом вместе заняться построением демократического государства. А еще сообщил, что Цхинвальский музей получит осетинскую национальную реликвию - Оконский триптих, сначала украденный в 1990 году, а потом обнаруженный в Швейцарии и переданный грузинской стороне.

Вслед за этим красивым жестом последовала операция, на первый взгляд, гораздо менее симпатичная. Утро 31 мая началось с того, что власти Южной Осетии на весь мир завопили о начале грузинского военного вторжения на территорию непризнанной республики. Речь шла о появлении спецназа внутренних войск Грузии в нескольких населенных грузинами южноосетинских селах, расположенных неподалеку от грузино-осетинской административной границы.

На самом деле, грузинские силовики в этих селах находились давно. В Тквиави, Пхенвиси, Никози и Эредви работают грузинские миротворцы, входящие в состав смешанного (грузино-осетино-российского) миротворческого контингента. А в конце мая там также разместились посты грузинского МВД и финансовой полиции. Сделано это было по согласованию с сопредседателями Смешанной контрольной комиссии, отвечающей за порядок в конфликтном регионе. Официальной целью присутствия грузинских полицейских в зоне конфликта было противодействие контрабандному провозу в Грузию российских автомобилей через территорию Южной Осетии.

Как заявляет осетинское руководство, грузины, установив свои посты, фактически начали экономическую блокаду нескольких осетинских сел. Эти села расположены таким образом, что единственная автодорога, связывающая их со столицей Южной Осетии - Цхинвали - проходит через грузинскую территорию. Именно через эту автодорогу в села поступают продукты питания и другие необходимые товары. Понятно, что в Цхинвали они, в свою очередь, попадают из России. Что дает грузинским полицейским повод считать выпеченный, например, на Северном Кавказе хлеб контрабандой и конфисковывать его у населения.

Поэтому осетинские власти резко выступали против существования постов грузинского МВД в зоне конфликта. А утром 31 мая с заявлением на эту тему выступил командующий Смешанных сил по поддержанию мира российский генерал Святослав Набздоров. И что бы он ни сказал во время своего выступления, его слова дали Тбилиси повод ввести в Южную Осетию дополнительные подразделения спецназа для усиления полицейских постов и организовать в селе Тквиави штаб по противодействию контрабандистам.

Как заявил генпрокурор Грузии Ираклий Окруашвили, охрана постов была усилена в связи "с решением командования российских миротворческих сил в зоне конфликта силой снять эти посты". "Мы не допустим силовых акций против грузинских полицейских постов, давно кануло в историю время, когда такими методами можно было разговаривать с властями Грузии", - сказал генпрокурор.

Сам же генерал Набдзоров утверждает, что ничего о ликвидации грузинских постов не говорил, так как подчиняющиеся ему миротворческие силы не имеют на это права и действуют только по согласованию с СКК, сопредседатели которой знали о намерении грузин бороться с контрабандой на вышеозначенной территории. Если верить генералу, то 31 мая он всего лишь сообщил о своем намерении восстановить в селе Тквиави некогда снятый пост российских миротворцев для того, чтобы не допустить провокаций с грузинской стороны.

Однако в то время, когда Набдзоров успокаивал грузин, в горийском районе Грузии - в непосредственной близости от Тквиави уже заседал Совет безопасности Грузии. К 14 часам туда приехали министр внутренних дел Георгий Барамидзе, секретарь Совета национальной безопасности Вано Мерабишвили, генеральный прокурор Грузии Ираклий Окруашвили, министр государственной безопасности Зураб Адеишвили, начальник генерального штаба Вооруженных Сил Грузии Гиви Иукуридзе и командующий Внутренними Войсками МВД Гоги Тавтухашвили. Совет безопасности, в частности, принял решение оснастить грузинские посты тяжелой техникой.

К этому моменту весь мир уже знал, что Грузия направила в Осетию войска МВД. И хотя российский генерал Набдзоров сообщил агентству "Интерфакс", что речь идет примерно о тридцати полицейских, осетинские источники называли совсем другие цифры. А на следующий день Комитет информации и печати республики Южная Осетия вообще распространил заявление, согласно которому "в спецоперации Грузии против Южной Осетии приняли участие 700 человек спецназа внутренних войск, 100 спецназовцев МГБ Грузии и 100 сотрудников других грузинских силовых структур" в сопровождении 8 вертолетов. Учитывая, что численность всего контингента миротворческих войск в Южной Осетии едва достигает двух тысяч человек, картина происходящего в описании осетин выглядела как начало настоящего военного наступления грузин.

Однако еще до заката генпрокурор Грузии Ираклий Окруашвили заявил, что провел телефонный разговор с генералом Набдзоровым, что генерал опроверг информацию о планировавшейся силовой ликвидации грузинских постов и что, поскольку недоразумение разрешилось, Грузия немедленно выведет дополнительные подразделения спецназа из зоны конфликта и они вернутся в места постоянной дислокации. Антиконтрабандные посты при этом останутся в Тквиави.

Вся эта операция заняла меньше суток и позволила Тбилиси слегка потрепать нервы руководству Южной Осетии. Уже вечером 31 мая президент непризнанной республики Эдуард Кокойты выступил по местному телевидению с воинственным заявлением. "Вооруженные силы РЮО приведены в боевую готовность. МВД, КГБ и охрана президента также приведены в боевую готовность", - вещал с телеэкранов Кокойты. А в это время президент Грузии Михаил Саакашвили также выступал по ТВ, но с его уст лилась сплошная патока. Он заявил, что с июля все без исключения пенсионеры Южной Осетии (даже те, кто владеет российским паспортом) начнут получать грузинские пенсии. Как бы ни было мало денежное довольствие грузинского пенсионера (максимальная пенсия по старости составляет в Грузии 7 долларов в месяц), оно станет существенной прибавкой к бюджету семей в республике, где мало кто зарабатывает больше 300 рублей в месяц.

Также Саакашвили заявил, что уже через неделю будет восстановлено железнодорожное сообщение Тбилиси-Цхинвали, а грузинские телеканалы в ближайшее время начнут передавать программы на осетинском языке. Короче, грузинский президент всем своим поведением показывал, что годы войны и противостояния между грузинами и осетинами закончены, а теперь настало время для мирной жизни. Кроме этого, он с довольным видом сообщил, что провел телефонный разговор с Владимиром Путиным и обсудил с ним ситуацию в зоне грузино-осетинского конфликта. Хотя о содержании разговора ничего сказано не было, выглядело это заявление так, будто Путин полностью одобряет действия Саакашвили.

А во вторник, 1 июня Саакашвили разыграл следующий ход своей красивой комбинации. В Южную Осетию отправилась супруга грузинского президента - гражданка Нидерландов Сандра Рулофс. Лучшего кандидата на посещение стана сепаратистов представить себе трудно. Поводом для визита Сандры стал международный день защиты детей, Сандру сопровождали собравшиеся выступать перед детьми артисты, и одного взгляда на нее достаточно, чтобы любой кавказский мужчина развел руками и пропустил ее куда угодно. Однако власти Южной Осетии отлично понимали, что кроткая Сандра на самом деле является символом грузинской власти в их претендующей на независимость республике. Поэтому, находясь на взводе после только что отраженной "атаки грузинского спецназа", они выступили с резким заявлением о нежелательности визита Сандры Саакашвили. Советник президента Южной Осетии Константин Кочиев вообще сказал следующее: "Я не знаю, как она туда поедет. Наверное, на танке".

Сандра же сделала вид, что руководствуется лозунгом "любовь спасет мир", и вроде бы не заметила осетинских заявлений, Утром 1 июня ее кортеж пересек административную границу Южной Осетии и направился в сторону населенного грузинами села Тамарашени, которое, собственно, и было целью визита. Тогда осетинским властям пришлось поступить совсем некрасиво - они остановили кортеж гуманитарной миссии и отказались пропустить его в село. И Сандра решила лететь в Тамарашени на вертолете. Сбить вертолет осетины не решились, так как кровопролития все же испугались. Сандра провела свою акцию, выступила перед детьми и сельчанами на грузинском и осетинском языках и вернулась в Тбилиси. Правда, перед возвращением ей пришлось еще раз пообщаться с осетинскими силовиками, которые снова заставили ее предпочесть вертолетный транспорт автомобильному.

2 июня в Цхинвали начались грузино-осетинские переговоры по урегулированию конфликта. На них обсуждается как будущая судьба грузинских постов в Тквиави, так и увеличение количества присутствующих в Южной Осетии грузинских миротворцев до 500 человек (именно столько предусмотрено квотой). А за последние несколько дней Тбилиси удалось добавить несколько ярких штрихов к своему новому миролюбивому имиджу, что позволит грузинскому руководству особенно выгодно смотреться на фоне измотанных Сандрой Рулофс и тридцатью спецназовцами осетинских лидеров.

Елена Любарская

Другие материалы
Бывший СССР00:02Сегодня

Формула мира

До Донбасса Штайнмайер пытался помирить Грузию и Абхазию. Тогда все закончилось войной