Новости партнеров

Не про "ЮКОС"

Что ждет остальных российских олигархов и простых россиян в ближайшем будущем?

В России полным ходом идет пересмотр итогов приватизации, сам процесс которой теперь будет контролировать лично президент, а не чиновники из правительства. Можно сколько угодно рассуждать о судьбе набившего всем оскомину "ЮКОСа", но это всего лишь самый яркий пример того, что "лед тронулся". Просто в данном случае собственность одной из самых неугодных Кремлю структур начала перераспределяться через механизм банкротства. Вполне логично произвести зачистку территории перед окончательной легитимизацией крупных капиталов, чтобы в список белых и пушистых не попали ненужные фигуры. С этой же целью "ЮКОСу" отказали в сделке с "Экссон", не дав отсидеться за спиной иностранных инвесторов. Может быть, сейчас утрясаются последние детали предстоящей сделки после того, как из нее по налоговым делам был исключен Ходорковский.

Впрочем, кто сказал, что зачистка закончилась? Отработка данного метода на "ЮКОСе" может породить аналогичные иски против других крупных компаний. К концу 2004 года как раз обещают закончить проверку нефтяных компаний на предмет истинных объемов добычи. ВВП не удвоишь с помощью монетизации льгот пенсионеров и инвалидов. А вот финансовые потоки нефтяных компаний для этого - очень даже симпатичный инструмент.

Так в чем же может заключаться обряд этой самой легитимизации? Прежде всего, дальнейшие события могут быть связаны с ревизией результатов залоговых аукционов, которым в следующем году исполнится 10 лет. То бишь столько же исполнится нашим олигархам, у которых в 1995 году государство взяло в долг для латания дыр в бюджете, а в качестве гарантии возврата средств отдало пакеты акций крупных предприятий: "ЮКОСа", "Норникеля", "Лукойла", "Сургутнефтегаза" и других. Однако в глазах общества эти ныне крупные предприниматели по сути остались всего лишь "принимателями" крупных кусков госсобственности.

Периодически с этими аукционами пытались разобраться с помощью Генпрокуратуры. В этом году появлялись даже сообщения об аресте Потанина, который десять лет назад возглавил движение "кредиты в обмен на акции". Весной же Александр Шохин призвал побыстрее легитимизировать результаты приватизации, придав схеме отношений государства и крупных собственников правовую окраску. По мнению председателя наблюдательного совета в инвестиционной компании "Ренессанс-Капитал", государство должно уже наконец объявить, какие обременения коснутся приватизированной в 90-х годах собственности, и прописать это в законе. Действительно, сколько уже можно нервировать бизнес и инвесторов? Ведь нынешнее бегство капитала из страны происходит именно из-за неопределенности - что дальше? Или кто следующий?

Однако государство не спешит загонять само себя в рамки закона, предпочитая неформальный уровень общения с бизнесом. О чем можно говорить, если до сих пор не принят закон о национализации. Впрочем, даже если на осенней сессии Госдумы он и будет принят, скорее всего будущий передел останется за рамками этого закона, который предполагает, что государство должно активы выкупать, а не отнимать.

Но, помимо налоговой схемы, которая сейчас отрабатывается на "ЮКОСе", есть и другие варианты честного отъема денег и активов через суд.

Ложь взад!

Чиновники попытаются признать сделку по залогу акций ничтожной. Имели ли компании право продавать акции, находившиеся в залоге? Законодательная база у нас такая широкая, что и трактовать законы можно очень широко. Кто лучше "оттрактует" на сей раз, того и бумаги. А мантрами контролируемых олигархами СМИ о падении капитализации компаний можно напугать только студента-первокурсника. Басманный суд уже имеет опыт возврата акций в руки государства. Так, в 2001 году ему были возвращены акции пароходства "Новошип". Правда, тогда руководство компании, в отличие от всех остальных участников залоговых аукционов, замешкалось и не успело перевести акции окончательно на себя.

Но затевать такой процесс - все равно что объединять нефтяную трубу с канализационной. Грязи всплывет столько, что Демократическое Конго покажется действительно демократическим. Так что с олигархами могут попытаться договориться и во внесудебном порядке. А то сами знаете: не хотите по-плохому, по-хорошему хуже выйдет. Здесь возникает ряд вопросов. Например, в случае с "Норникелем". На чьи акции будет претендовать государство? На РАО "Норильский никель", которая из некогда материнской превратилась в дочку ОАО "ГМК "Норильский никель", или самой ГМК, на баланс которой были переведены все активы РАО, но при этом обладающей и другими активами? Например, компаниями Goldfields и Stillwater Mining. Как будут учитываться проведенные допэмиссии акций и их перераспределение на фондовом рынке? Даже несмотря на то, что новые акционеры владеют скромной долей в ГМК, любые решения, нарушающие их права, вызовут волну исков с их стороны. Подобное мы наблюдаем уже сейчас в отношение "ЮКОСа".

Другой вопрос, который также может повиснуть в воздухе. Почему же чиновники так любезно поддались в 1995 году на уговоры и устроили этот залоговый аттракцион, а потом еще и не заложили денег в бюджет на 96 год для выплаты полученных кредитов и возврата акций из залога? И почему народные избранники в Госдуме, которые рассылали письма с просьбой не спешить с аукционами, все-таки утвердили такой бюджет?

Липосакция от Минфина

Государство может изъять разницу между ценой покупки предприятий в 90-х годах и их нынешней стоимостью. В частности, сейчас обсуждается возможность использования налога на сверхприбыль (windfall tax), который несколько раз применялся на Западе. Конгресс США в 1980 году постановил, что в условиях высоких цен на нефть, приближавшихся тогда к 30 долларам за баррель, и дерегулирования цен на продукцию нефтяной промышленности местных нефтяников следует обложить налогом на дополнительно полученную ими прибыль. За первый же год действия закона в бюджет США поступило 6 миллиардов долларов. Пришедшая к власти в том же году администрация Рейгана откликнулась на жалобы нефтяного лобби и снизила ставки по этому налогу.

В сфере приватизации для нас любопытен опыт Великобритании, которая получила 5,2 миллиарда фунтов стерлингов в 1997 году от приватизированных ранее коммунальных компаний. А в 2001 году британский Минфин собирался даже обложить этим налогом нефтяников. В Великобритании современную рыночную стоимость определяли не просто как капитализацию. Сначала рассчитывали среднюю прибыль за четыре года после приватизации предприятия. Затем это среднее умножали на показатель price/earnings (отношение капитализации к прибыли компании).

В качестве примера возьмем тот же "Норникель", на долю которого приходится более 20 процентов мирового производства никеля, более 10 процентов кобальта и 3 процента меди. Используем данные за три последних года. Возьмем по минимуму, то есть чистую объявленную прибыль "Норникеля" (по МСФО). Средняя чистая прибыль за год в указанный период составила 529 миллионов долларов. У "Норникеля" на конец 2003 года показатель price/earnings превышал 10 (у иностранных коллег "Норникеля" этот показатель значительно превышает данное значение, зачастую в 2 раза). Проведем нехитрую арифметическую операцию (529000000 х 10) и из полученных 5,29 миллиардов долларов вычтем 270 миллионов долларов, которые ЗАО "Свифт", контролируемое "Интерросом", заплатило за пакет акций "Норникеля" в 1997 году. Ставка налога равняется 24 процентам. То бишь выплаты по такой упрощенной схеме составляют 1,2 миллиарда долларов. Однако реальные выплаты, которые, разумеется, растянут на несколько лет, составят значительно меньшую величину, так как при этом надо учитывать, что в 1997 году "Онэксим" купил не 100 процентов акций "Норникеля", а 38 процентов или 51 процент голосующих.

При использовании данной схемы существует серьезная опасность, что возникшие налоговые платежи компании постараются компенсировать за счет потребителей. Например, в форме картельного сговора нефтяников о поднятии цен на продукцию нефтепереработки. И получится, что за восстановление справедливости придется платить самим гражданам.

Теперь сравним эту схему с предыдущим вариантом возвращения акций в руки государства, а именно с получением по ним дивидендов. Сейчас в российских компаниях дивиденды платят исправно, пытаясь восполнить заботой об акционерах недостаточную прозрачность своего бизнеса.

"Норникель" потратил на них по результатам 2003 года более 35 процентов своей чистой прибыли, то есть около 306 миллионов долларов. По 38-процентному пакету акций можно получить неплохие деньги. В целом дивидендная политика компании предусматривает отчисление на дивиденды до 25 процентов чистой прибыли. Думается, бюджету будет значительно приятнее получать ежегодно с крупнейших компаний дивиденды, нежели взимать с них единоразовый платеж.

Пусть камнем бросит тот, кто без Энрона

Решение вопроса, скорее всего, будет отложено до президентских выборов в США. Республиканцам можно будет заткнуть рот поддержкой, в том числе военной, их действий в Ираке. При демократах, которые снова начнут дудеть в свою дуду о нарушениях прав человека в России, разобраться с героями залоговых аукционов будет сложнее.