Новости партнеров

США меняют правила борьбы с терроризмом

На смену американским военным идут дипломаты и пропагандисты

Война с терроризмом, которую США уже почти четыре года ведут в горах Афганистана и в пустынях Ирака, закончена. Нет-нет, это не значит, что враг разбит, Осама бин Ладен попал в плен, а мулла Омар сидит в личном зиндане Хамида Карзая. Не означает это и капитуляции Америки. Просто отныне "война" будет переименована в "борьбу".

Война миров

"War on terror" ("война против терроризма") - ключевая фраза, которую президент США Джордж Буш произнес сразу после терактов в Нью-Йорке и Вашингтоне 11 сентября 2001 года - уступает место новой, более труднопереводимой, фразе "struggle against violent extremism" (что-то вроде "глобальной борьбы против экстремизма и насилия"). Этот лингвистический трюк не следует недооценивать. Смена названия означает смену стратегических приоритетов США, а вместе с ними - и методов "борьбы".

"Америка, ее друзья и союзники едины со всеми, кто хочет мира и безопасности во всем мире, и мы плечом к плечу победим в войне против терроризма", - заявил Буш в своем обращении к нации, прозвучавшем в эфире через несколько часов после того, как "Боинги" врезались в башни Всемирного торгового центра и в здание Пентагона. Удачная с пропагандистской точки зрения метафора (потому что в действительности войну терроризму, как абстрактному понятию, объявить невозможно) прижилась. В ней в яркой и выразительной форме соединились две идеи: всеобщего характера новой опасности, касающейся не только США, но и всего "свободного мира", и решимости этого мира победить террористов любыми, в том числе и прежде всего военными, способами.

Под лозунгом "войны против терроризма" начались боевые действия в Афганистане в 2001 году и в Ираке в 2003-м. Правда, их непосредственной целью стали все-таки не абстрактные идеи, а конкретные люди и правительства. В Афганистане американцы сражались с режимом талибов, которые укрывали у себя саудовского миллионера Осаму бин Ладена и его пособников из террористической сети "Аль-Каеда", а в Ираке военная машина США обрушилась на суверенное государство с его законным правителем Саддамом Хусейном, который хотя и был, по уверению американцев, диктатором, но к террористам из "Аль-Каеды", а следовательно к терактам 11 сентября, отношения не имел.

С тех пор прошло немало времени. Американской армии, самой мощной армии в мире на сегодняшний день, удалось одержать ряд военных побед, которые привели к важным политическим изменениям в Центральной Азии и на Ближнем Востоке. Но главные цели, которые президент Буш ставил перед Пентагоном и другими участниками "войны против терроризма", достигнуты не были. Не только не были пойманы и наказаны непосредственные организаторы терактов в Нью-Йорке и Вашингтоне, но и безопасности в мире, в том числе и в "свободном мире", не прибавилось. Как показали события в Мадриде и Лондоне (не говоря уже, например, о Бали, Израиле или России), террористы приняли вызов Буша всерьез и активно включились в "войну". Оказалось, что даже самая мощная армия в мире не в состоянии справиться с врагом, который действует не на полях сражений, а на улицах густонаселенных городов всего мира.

Его борьба

Война, объявленная президентом Бушем абстрактному терроризму (потому что трудно считать реальным врагом США "Аль-Каеду" - полумифическую организацию, о которой рядовой европеец или американец знает только то, что в нее входят исламисты и что ее возглавляет бин Ладен), не то чтобы проиграна, но она непростительно затянулась. Это, наконец, поняли даже в Пентагоне. Опрос, проведенный компанией Gallup в июле этого года, показал, что лишь 34 процента американцев верят, будто Америка побеждает в этой войне. А значит, надо было искать выход. И он был найден, причем первыми о необходимости переименовать "войну" в "борьбу" заговорили, как ни странно, военные.

В то время как Джордж Буш продолжал в своих публичных выступлениях поминать "войну" (последнее произошло в прошлую пятницу, 22 июля, на выпускной церемонии в Академии ВМС США в Аннаполисе), его министр обороны Доналд Рамсфелд заговорил о "глобальной борьбе с экстремизмом и насилием" (в последний раз там же в Аннаполисе). А в понедельник, 25 июля, неназванный, но высокопоставленный сотрудник Белого дома и оборонного ведомства США заявил журналистам из "Нью-Йорк Таймс", что это не случайная оговорка, а целенаправленная стратегия. "Фраза "война против терроризма" очень проста, понятна, лаконична. Слышишь ее и тут же представляешь себе людей в униформе, сражающихся против экстремистов и террористов. Однако наша задача не столь узка", - заявил этот источник.

Конечно, отмечают наблюдатели, сам Буш вряд ли в одночасье откажется от употребления своей любимой фразы, которая помогла ему сплотить нацию в ходе его первого президентского срока и остаться на второй. К тому же "никто не говорит о необходимости отказаться от борьбы против терроризма вооруженным путем", утверждает тот же источник в Белом доме. И все же в Вашингтоне все отчетливее начинают понимать, что одними только военными мерами эту борьбу вести нельзя и, главное, что она не закончится, даже если бин Ладен будет, наконец, ликвидирован, а "Аль-Каеда" полностью разгромлена.

По словам высокопоставленных американских военных, начало этому процессу переименования было положено еще в январе, когда президент начал серию консультаций со своими советниками по безопасности. С тех пор в своих публичных выступлениях он все чаще говорит не столько о столкновении вооруженных сил "свободного мира" и "террористов", сколько о столкновении идей и мировоззрений. Иными словами, конфликт из военной плоскости, в представлении президента США и его помощников, все больше перемещается в область идеологических разногласий. А это требует от Америки несколько иных методов борьбы.

Ураганная Карен

"Речь идет не просто о военных операциях против террористов, - прокомментировал американским журналистам последние события советник президента США по национальной безопасности Стивен Хэдли. - Наша задача шире. Это глобальная борьба против экстремизма. Мы должна оспорить кровожадную идеологию наших противников и предложить более позитивную точку зрения". Ему вторят военные: "Решение лежит в области мер в большей степени дипломатических, экономических, политических, чем собственно военных", - утверждает начальник Объединенного комитета штабов США генерал Ричард Майерс.

О том, что Белый дом, наконец, осознал слабость своих идеологических позиций, свидетельствует еще одно важное событие, произошедшее в Вашингтоне на этой неделе. Прежний советник президента Буша Карен Хьюз, бывшая ближайшей помощницей Джорджа Буша во время обеих предвыборных президентских кампаний и обеих губернаторских (она, как и Буш, родом из Техаса), получила назначение на пост помощника госсекретаря США по общественной дипломатии. Официально утверждение Хьюз в должности состоится чуть позже, но члены сенатского Комитета по иностранным делам во вторник одобрили ее кандидатуру единогласно. Отныне Ураганная Карен, как ее называют в Белом доме, будет отвечать за имидж Америки в глазах всего мира, причем в первую очередь, как подчеркивает сама госпожа главный пропагандист США, в глазах исламского мира. Заранее можно сказать, что ее ждет нелегкая работа.

"Я не настолько наивна, чтобы не понимать, насколько огромная задача стоит перед всеми нами, - заявила Хьюз членам сенатского комитета. - Это грандиозное предприятие. Это задача всего нашего поколения, призванная изменить жизнь во всем мире". По словам Хьюз, она собирается "победить пропаганду с помощью правды", а точнее бросить вызов идеологии радикального исламизма, который сегодня является питательной средой для тех, кого в США условно называют "террористами".

Пока неизвестно, как далеко готова зайти Ураганная Карен в этой борьбе "правды с пропагандой". Прежние иделогические инструменты, которыми оперировали ее предшественницы на этом посту - вроде организации турне Лоры Буш по мусульманским странам или вещание спонсируемых американцами арабско- и персидскоязычных радиостанций, пытавшихся приобщить своих слушателей к ценностям западного мира с помощью песен Бритни Спирс - доказали свою несостоятельность. Прежде всего потому, что исходили из концепции идеологического противостояния западного и восточного миров, в рамках которого западный мир должен был до определенной степени ассимилировать восточный (или по крайней мере ту его часть, которая активно соприкасается с западным). Между тем, полагают наблюдатели, главная задача вашингтонских идеологов сегодня лежит в иной области - им предстоит не столько участвовать в "столкновении цивилизаций", сколько активно вмешиваться в процессы, разворачивающиеся в рамках одной цивилизации - исламской.

Задача, которая стоит сегодня перед идеологическим отделом Госдепартамента и важностью которой прониклись даже в Пентагоне, заключается в том, чтобы помогать части исламского мира, готовой жить в светских государствах в рамках мирного сосуществования с людьми иной веры и культуры, в ее борьбе с другой частью - радикальной, настаивающей на необходимости тотальной войны со всеми "неверными". Пока, отмечают наблюдатели, в самом исламском мире верх над "умеренными" берут "радикалы", и западные страны своей неумной политикой по отношению к исламу вообще и Ближнему Востоку в частности только способствуют победе вторых.

Стратегический план

Но что будут означать все эти перемены в области идеологии и пропаганды для самих американских военнослужащих, которые до сих пор гибнут в Афганистане и Ираке? Еще в октябре 2003 года Доналд Рамсфелд забросал своих подчиненных лавиной вопросов на тему "Побеждаем ли мы в войне против терроризма?". В недрах Пентагона за закрытыми дверями началась дискуссия, которая велась на протяжении последних полутора лет. Буквально во вторник американским журналистам стало известно, что дискуссия была завершена еще весной этого года и 3 марта Рамсфелд и Майерс подписали "Стратегический план войны с терроризмом для Вооруженных сил США". Ожидается, что вскоре этот секретный документ будет представлен широкой публике. Президент Буш был ознакомлен с основными его положениями еще в январе - как раз тогда, когда было положено начало процессу переименования "войны" в "борьбу".

Известно, что в новом плане описывается многопрофильная стратегия борьбы против террористических сетей, основанная на преследовании сразу восьми различных целей с помощью шести новых методов, далеко не все из которых можно назвать собственно военными. Причем если в начале "войны против терроризма" речь шла главным образом об "Аль-Каеде" и ее лидерах, то теперь, считают подчиненные Рамсфелда, целью армии США являются около двух десятков различных террористических групп.

Особенное внимание новая военная стратегия уделяет сотрудничеству армии США с иностранными партнерами - уверенность в своих силах, которую США демонстрировали в марте 2003 года (заявляя, что хотя бы весь мир отказался поддержать военную операцию против Саддама, Америка способна провести ее в одиночку), уходит в прошлое.

Наконец, аналитики Пентагона разработали новую систему оценок успехов в борьбе с террористами - теперь речь идет не только об ущербе, нанесенном террористическим группировкам на поле боя, но и о подрыве их финансового благосостояния, о пресечении каналов вербовки новых членов и так далее. То есть и в этой области акцент смещается с собстенно военных аспектов на иные, ранее не входившие в сферу внимания армии.

Что в итоге?

Белый дом не случайно допустил все эти совпадения: назначение новой ключевой фигуры на пост главного зарубежного пропагандиста США, заявление о смене названия "война с терроризмом" на "глобальную борьбу", утечку сведений о новом стратегическом плане Вооруженных сил США. Надо отдать должное команде Джорджа Буша - она сумела признать, что ситуация зашла в тупик, и оказалась готова маневрировать, на ходу меняя тактические цели и приоритеты. Означает ли это, что победа не за горами?

Несомненно, нынешняя постановка вопроса выглядит более реалистично, чем та цель, которую Джордж Буш провозгласил четыре года назад. Аналитики отмечают даже, что определенный опыт по расколу позиций и налаживанию "диссидентского движения" в стане идеологического врага у США уже имеется - речь идет о борьбе за умы, которую американская пропаганда развернула в ходе Холодной войны на территории Западной Европы, чтобы не позволить местным социал-демократам примкнуть к просоветски настроенным коммунистам. Ту "войну умов" США выиграли. Теперь их ожидает куда более сложная задача, в которой очень многое зависит от того, сумеют ли американцы в конце концво преодолеть "комплекс сверхдержавы", зачастую не позволяющий им считаться с реалиями окружающей действительности, и не силой оружия, а другими методами доказать умеренной части исламского мира, что с ними, американцами, как и с прочими странами христианского мира, можно жить дружно.

Дмитрий Иванов

Мир00:0231 июля

Напартизанил

Он спал с детьми и драконил врагов. Его звали Ким Ир Сен