Иранский deadline

Союзники и противники Тегерана подошли к последней черте

За последние время Россия и США, будто не сговариваясь, нанесли последовательные удары по Ирану, который, согласно резолюции Совета безопасности ООН, к 23 февраля должен прекратить обогащение урана. В этот день глава МАГАТЭ Мохамед Эль-Барадей представит членам Совбеза доклад о том, что сделал Иран, начиная с декабря 2006 года, в соблюдение требований международного сообщества. Отзыв агентства вряд ли будет обнадеживающим. А нынешняя позиция российской стороны открывает дорогу как минимум для ужесточения санкций, а как максимум - для военной операции США.

Последняя резолюция Совбеза ООН под номером 1737, принятая 23 декабря 2006 года, оказалась (не без участия России) довольно "лояльной" по отношению к Ирану, поскольку касалась только запрета на поставку материалов и технологий, которые могли бы быть использованы в военной ядерной программе страны. Масштабных и жестких санкций она не предусматривала. Видимо, оттого Тегеран и не воспринял резолюцию всерьез. Иранцы и без зарубежной помощи развивали свой атомный проект, поэтому принятие документа для "шестерки" международных переговорщиков (РФ, США, КНР, Великобритании, Франции и Германии) стало неким промежуточным шагом, который позволял сохранить диалог со строптивыми иранскими властями.

Российская сторона в документе отстояла важное для себя положение, согласно которому разрешалось дальнейшее строительство АЭС в Бушере и поставка ядерного топлива в Иран. Электростанция строится силами специалистов из России, причем контракт с Тегераном был подписан еще в январе 1995 года. Все последнее время российские власти, в лице секретаря Совбеза Игоря Иванова и главы Росатома Сергея Кириенко, заверяли иранскую сторону, что АЭС будет введена в строй в намеченные сроки. Поставка топлива планировалась в марте, физический пуск первого блока - в сентябре, а энергетический - в ноябре 2007 года.

Однако 19 февраля российская сторона неожиданно объявила о том, что поставки топлива на атомную станцию в Бушере могут быть отложены на неопределенный срок, поскольку у Ирана возникли сложности с финансированием строительства. По официальной версии, это произошло из-за того, что ранее иранские власти запретили проводить платежи в долларах США и перешли на расчеты в евро. Теперь, по словам российских чиновников, требуется заключить дополнительные соглашения, так как контракт на строительство АЭС был оформлен с учетом долларовых переводов. Правда, все эти "финансовые трудности" появились уже давно, но объявили о них почему-то только сейчас. Например, в конце 2006 года иранская сторона перечислила 60 процентов необходимых средств, в январе текущего года - 25 процентов, а в феврале не провела ни одного платежа, тогда как обязана ежемесячно платить 25 миллионов долларов.

Источник "Независимой газеты" в Росатоме заявил, что приостановка финансирования строительства электростанции со стороны Ирана связана вовсе не с какими-то его затруднениями в пересчетах валют, а с нежеланием достраивать энергоблок на российских условиях. При таком раскладе российская сторона вряд ли будет поддерживать Тегеран в дальнейших переговорах и уж точно не станет способствовать смягчению положений новой резолюции Совбеза. А ее принятие уже предрекают. Тональность доклада Мохамеда Эль-Барадея 23 февраля будет вполне предсказуемой, поскольку Иран не прекращал работы на ядерных объектах. Правда, куда более очевиден другой вариант развития событий. После того, как Совбез примет более жесткую резолюцию, Тегеран может полностью отказаться от сотрудничества с МАГАТЭ, а это сделает невозможным для России продолжение строительства АЭС в Бушере.

Однако, даже если это преувеличение и Иран с Россией урегулируют свои финансовые разногласия (в конце февраля иранская делегация должна посетить Москву), впечатление о монолитности позиции Москвы будет испорчено. Иран на дальнейших переговорах окажется слабее, и давление на него возрастет. Правда, российская сторона могла поступить тоньше, намеренно обозначив противоречие, чтобы добиться большей сговорчивости иранцев. Тем самым она продемонстрировала определенное взаимопонимание со своими партнерами по "шестерке". Ведь вряд ли Москве выгодно прекращение строительства АЭС в Бушере, завершенной на 80 процентов, при теперь уже явной задолженности Тегерана. Однако сейчас невыгоден разрыв с Россией и самому Ирану.

На следующий день после того, как российские чиновники объявили о замораживании поставок топлива, в зарубежные СМИ просочилась информация о наличии у США готового плана воздушных ударов по иранской территории. Эти сведения были обнародованы явно вовремя и с расчетом. Неназванный источник в американской разведке прямо указал на то, что ракетные удары в первую очередь будут нанесены по объектам, имеющим отношения к ядерной программе Ирана. В их числе: заводы по обогащению урана в Натанце и Исфахане, а также объекты в Араке и Бушере. Бомбить Бушер, когда на нем работают российские специалисты, американцы вряд ли будут. Хотя это и не является для них основным препятствием. Но как бы там ни было, после замораживания строительства АЭС возможность военной операции США в отношении Ирана станет ближе. Американцы давно подготовились к ней, сосредоточив в районе Персидского залива две авианосные многоцелевые группы.

Правда, скорее всего, неисполнение решения нынешней резолюции Совбеза ООН вряд ли будет иметь для Ирана какие-то сиюминутные последствия. Все последние подобные документы, также содержавшие требование к Тегерану прекратить обогащение урана, иранцами просто игнорировались. Пойдут ли они на уступки на этот раз, сказать трудно. Неожиданно мягко по вопросу иранской ядерной программы накануне встречи с секретарем Высшего совета национальной безопасности Ирана Али Лариджани высказался Мохамед Эль-Барадей. Он предложил сторонам конфликта взять тайм-аут, а затем попытаться наладить прямой диалог между иранцами и американцами. Относительно появившихся в СМИ предположений о наличии у США плана применения силы против Ирана глава МАГАТЭ заметил, что "эта страна рассматривала бы такой вариант действий и в отсутствии какой-либо иранской ядерной программы".

Таким образом, выстраивается следующая картина. Иранская ядерная программа в ближайшее время будет снова активно обсуждаться Совбезом ООН и "шестеркой" переговорщиков. Причем очевидно, что Иран не выполнил требования международного сообщества и нажил скрытый конфликт с Россией, которая все последнее время способствовала переговорному процессу, фактически выгораживая иранцев. А это значит, что Тегеран стал более уязвимым и в итоге может оказаться в изоляции, что не входит в планы иранского руководства, в том числе президента Махмуда Ахмадинеджада, относящегося к радикалам-консерваторам. Снова безнаказанно проигнорировать требование Совбеза Иран не сможет, поскольку такие его действия стали раздражать уже всех. Тегеран рискует окончательно остаться без поддержки и загнать себя в угол. А там недалеко и до военной операции. Причем, США уже намекнули на то, что не допустят развития ситуации по северокорейскому сценарию (КНДР сначала испытала ядерную бомбу, после чего возобновили переговоры) и начнут бомбардировки сразу после появления любого подтверждения о создании Ираном собственного ядерного оружия.

Другими словами, Тегеран сейчас как никогда заинтересован в собственной безопасности, поэтому отворачиваться от России для него крайне опасно. Развивать ядерную программу иранский режим сможет только при посредничестве российской стороны, причем уже не столько технической, сколько политической. Москва также имеет экономический интерес в продолжении строительства АЭС в Бушере, поэтому ей выгоден вялотекущий процесс переговоров по ядерной программе Ирана, который исключит возможность силового решения "иранской проблемы". Видимо, на тот случай, если Тегеран вздумает "зарываться" и попытается играть по своим правилам, Россия и продемонстрировала, что и она, как ключевой арбитр, имеет мощные рычаги воздействия.

Руслан Кадрматов